ЕЩЕ НЕ ВЕЧЕР
В 1967 году я отдыхал в санатории “Курпаты” под Ялтой.
“Курпаты” принадлежали Музфонду, но главный корпус арендовался “Интуристом”,
так что рядовым обладателям советских путевок (меня устроил папа — член
Музфонда) приходилось довольствоваться номерами на двоих. Моим соседом
оказался бодрый восьмидесятилетний старичок с легко запоминающимися именем,
отчеством и фамилией: Александр Сергеевич Соловьев.
— Я вас понимаю, — сказал он в первую же минуту знакомства.
— Ваше дело молодое. Так что чувствуйте себя свободно. Приходите и уходите
в любое время, хотите — в дверь, хотите — в окно. Меня не стесняйтесь.
Я понимаю.
Лучшего соседа нельзя было себе пожелать, и мы зажили
душа в душу. Правда, воспользоваться широтой его взглядов мне почти не
пришлось: в то лето я усиленно работал над диссертацией, а когда у меня
все–таки возник курортный роман, у его героини, интуристовской переводчицы,
оказалась отдельная комната, и я приходил к себе уже после
завтрака.
Как–то раз мы встретились с Александром Сергеевичем, когда
он вернулся с утренней прогулки в очень возбужденном состоянии.
— Сейчас был новый заезд, — сказал он. — Я познакомился
с одной из новоприбывших. Такая полная дама, лет пятидесяти. Я подошел
к ней, представился, предложил показать территорию... Мы с ней погуляли
по парку, разговорились. Очень интересная дама. Я, как будто, тоже произвел
на нее впечатление. Но потом я сморозил страшную глупость...
— Глупость? Какую?
— Она спросила, сколько мне лет, я подумал и сказал: семьдесят.
И сразу понял, что свалял дурака, — она тут же потеряла ко мне интерес.
Да... Надо было сказать, что мне шестьдесят!..
Он сокрушенно замолчал. Разница между шестьюдесятью и
семьюдесятью показалась мне, тридцатилетнему, сугубо академической, но
я, конечно, не подал виду. Заключительная реплика Александра Сергеевича
немедленно врезалась в мою память, и с тех пор я несколько раз использовал
ее в шутливо–утешительных тостах на шестидесятилетних юбилеях старших коллег
(в том числе Розенцвейга — в 1971-м).
А недавно мне самому стукнуло шестьдесят два, и я подарил
себе ко дню рождения эту запись.
