Сергей Чупринин
СВОИ СРЕДИ СВОИХ
Хорошо театральным деятелям – провели только что съезд, на котором, конечно, пособачились вволю, как без этого, но все равно друг с другом не расстались.
То же и с кинематографистами, которых держат воедино, поди, не одни только завораживающие пассы “дорогого Никиты Сергеевича” Михалкова и не одна только мечта безраздельно владеть прибыльным московским Киноцентром.
Писатели же...
Их ничто вместе не держит. Развод на баррикадах, случившийся в августовские дни 91-го, вылился сначала в гражданскую – и спасибо, что лишь чернильную, - войну между “патриотами” и “демократами”, а затем привел к ситуации апартеида. Это, если кто позабыл, почти так, как раньше в Южной Африке было: вынужденно совместное, но раздельное проживание писательских сообществ внутри одного языка, одних классических традиций, одной культуры.
У нас теперь всего по паре. Есть – почувствуйте разницу – ни в чем друг с другом не совместные Союз писателей России и Союз российских писателей, равно как есть в упор не видящие друг друга Академия российской словесности и Академия русской современной словесности. Выходят, с одной стороны, ежемесячники “Наш современник”, “Молодая гвардия”, “День литературы” и выходят, с другой, “Новый мир”, “Звезда”, “Дружба народов”, “Октябрь”, “Знамя”. Одни литераторы издают свои книжки в “Вагриусе”, “Амфоре”, “Изографе”, другие – в “Вече”, “Голосе”, “Советском писателе”. Одних удостаивают Букером, “Триумфом”, премией имени Аполлона Григорьева, других – премиями имени Льва Толстого, Шолохова или Тургенева...
И пускай бы литераторы делились только надвое. Так нет же. То – при полной мировоззренческой общности – Союз писателей Москвы выделится из Союза российских писателей (так что я, например, теперь, право, и не знаю, в какой сам-то организации состою). То Юрий Поляков, обиженный хамством национал-коммунистических коллег, создаст писательскую артель “Литрос”, а затем, на прошлой вот неделе, заявит о своем выходе из Союза писателей России. Да и на местах – то сибиряки соберут свою ассоциацию, то уральцы провозгласят автономию, то в петербуржцах или в вятичах ладу нет...
Есть точка зрения, для меня вполне авторитетная, что чума, мол, на оба ваши дома, и писателям вообще, мол, незачем сбиваться в стаю, искать союза друг с другом. Представляю, с каким веселым недоумением следит за межписательскими разладами Владимир Осипович Богомолов – единственный, кажется, из крупных мастеров не вступавший даже в Союз писателей СССР, когда, напомню, членский билет подороже ценился. Вполне понимаю и Владимира Николаевича Войновича - он в “Известиях” сказал недавно, что ему, в Союз вступавшему, из Союза исключавшемуся, в Союзе восстановленному, эта организация вовсе больше ни к чему, как ни к чему она любому сильному писателю. Союз или союзы – так кажется Владимиру Николаевичу – прибежище заведомо слабых литераторов.
Мне тоже так кажется.
С одной лишь поправкой – прибежище не только слабых, но и находящихся (либо пока, либо уже) в ослабленной позиции.
Зачем в самом деле корпоративная защита – а смысл любого объединения прежде всего в корпоративной защите, - тому же Войновичу? Или Ахмадулиной, или Искандеру, или Петрушевской? “Вас заграницы издают, вас продавщицы узнают”, как пошутил бы Андрей Вознесенский, и действительно за каждым из двух-трех десятков “артистов в силе” охотятся журналы, издательства, переводчики, премиальные жюри, собеседники, наконец.
Ну а за остальными? За стариками, например? Среди них немало достойных людей, совсем не зря десятилетиями возделывавших литературную ниву. Есть, разумеется, и писатели так себе. Но – если так себе инженеры, врачи, учителя с полным правом рассчитывают и на пенсии, и на больничные бюллетени, и на другие социальные гарантии, то почему же именно так себе литераторы должны быть вышвырнуты на обочину? И кто перед лицом государства зашитит их статус, их интересы, кроме Союза?
И с другой совсем стороны, молодые. Они тоже в ослабленной позиции, поскольку профессиональный статус защищать им пока ни к чему, а вот доказывать свое право на него, на звание писателя – в самый раз. И кто же выдаст аттестат о профпригодности, как не своя корпоративная среда, как не сообщество коллег – включая в это понятие и ровесников и мэтров?
Недаром ведь и молодые писатели-индивидуалисты начала 1920-х, заявив, что они ни с кем, кроме как с пустынником Серапионом, тут же создали Серапионово братство – чтобы читать и поддерживать друг друга, чтобы общаться.
Чтобы общаться, чтобы людей посмотреть и себя показать, около 200 юных дарований со всех концов страны собрались в середине октября в подмосковном санатории “Липки”. Организатором встречи выступил Фонд социально-экономических и интеллектуальных инициатив во главе с С.А.Филатовым, а участников на нее приглашали редакции авторитетных литературных журналов, предварительно – в поисках талантов - объездившие едва ли не всю матушку Русь. Причем ни у кого не требовали свидетельства об идеологической и эстетической благонадежности, и случалось так, что один и тот же участник Форума оказывался рекомендован одновременно “Знаменем” и “Нашим современником”.
Всех – для удобства работы – распределили по семинарам, все привезенные из Ростова-на-Дону, Иркутска, Саратова, Екатеринбурга рукописи были тщательно обсуждены, но, как и на всяком совещании, самым интересным и самым, я уверен, полезным явились кулуары.
Когда можно было познакомиться с Борисом Васильевым и Владимиром Маканиным, за чашкой кофе поговорить с Риммой Казаковой и Андреем Волосом, перекинуться шуткой с Алексеем Зверевым и Лазарем Лазаревым, прослушать развернутые выступления Андрея Илларионова, Александра Починка, Михаила Швыдкого или, напротив, проманкировать ими в пользу чего-либо более увлекательного, - например, скоротечного романа или чтения стихов по кругу.
Когда, иными словами, можно было наконец-то почувствовать себя своим среди своих.
Чувство, мне кажется, драгоценное и, бывая в “Липках” лишь наездами, я видел, как быстро с юных лиц уходят озирающаяся робость и напускное нахальство, как руководители мастер-классов, поначалу охавшие при виде штабелей нуждавшихся в прочтении рукописей, вдруг воспламенялись и по доброй уже воле друг у друга брали на вечерок наиболее яркие тексты.
Форум молодых писателей России в Липках приготовил для литературы, а следственно для читателей, немало открытий чудных, и мне не позабыть, как ироничный обыкновенно Андрей Дмитриев, вперебой с невозмутимым обыкновенно Анатолием Курчаткиным, на память цитировал фразы, куски из “Сермяжной сказки” двух молодых пензяков, а Александр Семенович Кушнер деликатно, но твердо советовал не пропустить стихи такого-то, такого-то и еще – не забудьте, пожалуйста! - вот такого-то стихотворца.
Что-то из привезенного на Форум будет непременно напечатано в журналах, рекомендовано издательствам и, наверное, замечено критиками.
Это важно. Но – снова и снова повторюсь – еще важнее, мне кажется, родившиеся в “Липках” ощущение среды, общего контекста, принципиально новой для нас литературной ситуации, когда никого не обязывают ходить строем, но никого и не бросают в одиночестве.
Об этом, то есть о принципах и формах обустройства современного литературного пространства, и шла, собственно, речь на замыкавшей совещание встрече с вице-премьером российского правительства В.И.Матвиенко.
Молодые писатели на этой встрече тоже выступали, но быстро стушевались, когда в бой пошли “старики” - редакторы “толстых” журналов, руководители мастер-классов, именитые писатели, пуще всего страшащиеся принудительного единства, но нуждающиеся, как выяснилось, в постоянных контактах, в диалоге и друг с другом, и с государством.
Да, и с государством, так как лишь оно способно защитить качественую литературу от наглого диктата книжной коммерции, разворачивающей свои интересы лишь в диапазоне между прибылью и сверхприбылью, и, выстраивая цепочку национальных приоритетов, поддержать все то, чья социальная и культурная значимость не измеряется рыночным эквивалентом.
Это и “толстые” литературные журналы, которые в беседе с В.И.Матвиенко были названы не просто средством доставки текстов, но системообразующим фактором современного литературного пространства.
Это и “книги о книгах”, литературная критика и эссеистика.
Это и переводы с языков народов Российской Федерации.
И это, наконец, творчество и творческие проекты молодых, в особенности, провинциальных писателей.
Внутриписательских раздоров не касались. Говорили о принципах культурной политики своего государства. И, что вполне естественно, выходили к вопросу о необходимости встречных писательских инициатив, а самоорганизации литераторов как важном инструменте гражданского общества.
И, хотя никто не загадывал на будущее, невольно думалось, уж не станут ли годы спустя именно “Липки” называть тем местом, где литература впервые в постсоветское время стала жить и не по законам гражданской войны, когда нужно поезда пускать под откос, и не по нормам крепости, осажденной рыночными неприятелями.
Время, видит Бог, для этого пришло.
