Брежнев едет в членовозе по Москве. "Это кому памятник?" - "Пушкину, Леонид Ильич". - "Знаю, он "Муму" написал". - "Нет, это Тургенев". - "А почему тогда памятник Пушкину?"
Или так: "Однажды улитка Герасим, начитавшись художественной литературы, повел на веревке амебу Рахиль по прозвищу Муму топить в пруд, так как Рахиль по собственной инициативе очень привязалась к Герасиму, жила в его доме в конуре и ночами выла, якобы сторожа дом, а на самом деле просто на луну.
И тем самым эта Рахиль Муму не давала спать улитке Герасиму - улитки очень чувствительны.
А уходить из дому Герасим, начитавшись литературы, не хотел, он знал, чем такие вещи кончаются, станцией Лев Толстой Казанской ж.д." (Людмила Петрушевская. "Дикие животные сказки").
Или так: "та-та, та-та, уже прочел "Муму" (цитирую по памяти) - это горделивое признание пародист Александр Иванов вложил в уста очередного незадачливого стихотворца.
Понимаете? "Муму" - это смешно. Это повод для анекдота, для пародии, примитивной или литературно изощренной. "Муму" - это та простота, что хуже воровства.
Я не могу с этим согласиться. Мне жаль собачку. Она этого не заслужила.
И тем не менее: "Что читаете?" - "Перечитываю". - "Что же?" - "Бесов". - "А я "Уллиса"..." Нормальная интеллигентская беседа. Но: "Что читаете?" - "Перечитываю". - "Что же?" - "Муму"... В ответ даже не смех. А так, недоуменная, неопределенная улыбка: непонятно нужно ли смеяться, шутка это или нет.
Впрочем, я знаю двух мужественных людей, которые могли бы бестрепетно признаться в неподдельном интересе к этой книге, если бы она действительно была им интересна. Но для Курицина в ней не хватает духа постмодернизма. А для Золотоносова в ней, в отличие от тургеневского "Жида", нет повода для исследования СРА (субкультура русского антисемитизма - термин Золотоносова).
Ну пусть это буду я. Летом на отдыхе, листая том тургеневской малой прозы, я наткнулся на пресловутую "Муму". Чем-то давним повеяло, забытым. помню проходили в школе: барыня приказала Герасиму утопить собачку. Больше ничего не помню. Я вдруг понял, что "Муму" по-настоящему, в сознательном возрасте не читал. Решил перечитать. Впечатление замечательное.
Конечно, это не детская вещь. то есть читать ее детям можно и нужно, но понять ее до конца они вряд ли могут. Да и Тургенев не для них рассказывал эту историю. Не отрываясь от пишущей машинки, спрашиваю десятилетнего сына: "Читал про Муму?" - "Не-а, слышал, но не читал". - "В школе проходили?" - "Пока нет". Ну, и славно. Потом, позже прочтет - о том, как "с обычной своей вежливостью" ела Муму в трактире, перед тем, как Герасим повел ее к реке. Эта штучка посильнее "Бесконечного тупика" Галковского.
Нет, серьезно, небольшой рассказ, написанный Тургеневым под арестом (за некролог Гоголю), обладает массой несомненных достоинств:
- он хорошо написан, словесная ткань безупречна;
- фабула заставляет дочитать книгу до конца;
- последнее совсем нетрудно, поскольку повествование предельно лаконично, хотя при желании его можно было "замедлить", размазать и вдвое, и в трое;
- живые запоминающиеся характеры (барыня, Герасим, собачка), которые нынешние сочинители писать не умеют;
- трогательность - книга никого не может оставить равнодушным;
в ней присутствует ясное писательское различение Добра и Зла.
Словом, эта книга д л я ч т е н и я, что вовсе не очевидно, поскольку большинство сочинений новой российской словесности, которые у всех на слуху, суть БИБЛИОТЕКА НЕ ДЛЯ ЧТЕНИЯ. Тургенев о таком и не слыхивал. Но эта особая тема. Нет, нынче так не пишут. Кого можно поставить рядом? "Кенгуру"? "Линии судьбы"? "До и во время"? "Сердца четырех"? Некого.
Исполняется 140 лет со дня первой публикации "Муму". как известно, она была напечатана в некрасовском "Современнике" (№ 3, 1854). Мое предложение: не дожидаясь стапятидесятилетнего юбилея, поставить в столице нашей Родины Москве в каком-нибудь хорошем сквере памятник Муму - с Герасимом или без.
