Ex Libris “Независимой газеты”, № 228 (2538), 6 декабря 2001.

Виктор Куллэ. Палимпсест. - М.: Багаряцкий, 2001, 223 с.

Такая книга должна была выйти лет десять назад.

Виктор Куллэ — исследователь и комментатор Бродского и Окуджавы, составитель сборника лучших поэтов Литинститута "Латинский квартал", повлиявший, указавший, способствовавший и т.д., — публиковал многих, а свои стихи печатал редко. Больше всего Куллэ интересует, как человек оказывается в большой Истории — в пространстве тех подземных токов, что потихоньку подтачивают материки. Откуда человек берется в истории? В стихотворениях Куллэ происходит выход в эту самую тайно меняющую свои русла Историю из дружеских пирушек и разнообразных путешествий. Доверительная, расслабленная атмосфера бесприютного общения у Куллэ наполнена не только дымом и разговорами, но и невидимыми токами происхождения — от древних кочевников, от греков до послевкусия русского акмеизма.

 

Ex Libris “Независимой газеты”, № 22 (382), 4 июля 2002.

Виктор Куллэ. Палимпсест. — М.: Багаряцкий, 2001, 224 с.

Есть такая замечательная схема: “В угол — на нос — на предмет”. Говорят, действует неотразимо. Даже если речь идет о стихах. В них местоположение указанных направлений определить не очень трудно. “Угол”, несомненно, связан с весьма центристской в наши времена маргинальностью, “нос” — с всевозможными традициями и не менее общеупотребимой интертекстуальностью, а “предмет” с личностью автора, безусловно, являющейся центральной темой любых лирических произведений. Овладение такой схемой некоторым дается при рождении (например, девушкам), некоторым в результате многолетнего кропотливого труда. Задача одна — понравиться, и столь великая цель, разумеется, оправдывает средства. Так вот, книга Виктора Куллэ мне лично нравится. В ней все вышеперечисленное есть в достатке. Она изящна, кокетлива и приятна. Хоть сейчас перепечатывай ее целиком или кусками в журнале “Cosmopolitan”. Куллэ — поэт очень профессиональный и дипломатичный. Он великолепно знает поэзию и с большим удовольствием играет в изысканные строфы и ритмы, в мировую и отечественную культуру. Запросто перекликается с многочисленными предшественниками — от Пушкина до Бродского. Вообще, чтение “Палимпсеста” напоминает роскошное дефиле на Неделе высокой моды. Когда косноязычный мальчик смог стать виртуозом светской болтовни. А кто сказал, что такой поэзия быть не должна? Мы утратили традиции альбомной лирики, писать, как Языков или Игорь Северянин, никто нынче не отваживается. Полноте! Мудрые китайцы давно сказали, что быть богатым и здоровым лучше, чем бедным и больным. А желание нравиться — одно из самых здоровых желаний. И книга Куллэ одна из самых здоровых книг. В конце концов не всем же вершки и корешки. Кто-то же должен удобрять ниву отечественного стиха: Тебе родительный; творительный — тому, кто не стыдился перегноем лечь не в землю даже, но в родную речь.

Владимир Александров