Первая глава этой книги скорей завершает предыдущую часть, чем начинает новую. Предыдущая часть посвящена обстоятельствам связанным с войной 1941-45 г, из-за которых я (в чём никого не обвиняю - даже Сталина) вынужден был выступать в несвойственных мне ролях, с которыми плохо справлялся. Книга же, которую вам сейчас при желании предстоит прочитать связана с моим возвращением в собственно мою жизнь, начатую еще в довоенном Киеве, и посвящена моему вхождению если не в литературу, то в московскую литературную среду, (прежде всего, в молодёжную) и вообще моему формированию в первые послевоенные годы, бывшие одновременно и первыми годами поздней сталинщины. Но именно в эти годы не только вырабатывались мои профессиональные и эстетические взгляды, но и при воздействии деформирующих тенденций продолжали - пусть болезненно, пусть с падениями - формироваться и общественно-политические воззрения. Разумеется обе эти ветви моего развития не были изолированы друг от друга. Но рассуждения об этом я решил отложить до заключительной, “теоретической”, главы, играющей в этой части роль послесловия, когда читатель будет знаком с материалом и сам сможет решить, нуждается ли он в том, чтоб её прочесть.