Иван Шульпин

Песенки про речку

1

Друг от друга мы живём с милой недалечко,

Но меж нами — вот беда! — протекает речка.

Обходить её кругом — никакого смысла.

Я решил построить мост вроде коромысла.

Взял топор и ну строгать, путь мостить к подружке.

И поплыли по реке, словно чайки, стружки.

2

Бежит речка-ручеёк,

Через речку — мостик.

Приходи ко мне, дружок,

Через мостик в гости.

Угощу тебя чайком,

Пряником попотчую.

И уйдёшь ты вечерком

Иль глубокой ночью.

А у речки, где всегда

Соловей пощёлкивал,

Соскользнёт к тебе звезда

Как по нитке шёлковой.

Донесёшь её до сна

На своих ресницах.

И пускай тебе весна

Будет долго сниться!

3

Ещё река твоя во льдах,

Ещё мой чёлн на берегу,

Но я с терпеньем не в ладах,

Весны дождаться не могу.

Скорей, скорей истай твой лёд,

И пусть откроется река,

И пусть по ней меня несёт

Вдоль молодого тальника.

И будет долго в лоне волн

Меня река твоя нести

И обнимать мой влажный чёлн,

А я грести, грести, грести...

Сауна

Я, конечно, патриот,

Но тот финн был парень славный,

Что построил баню-сауну

И зазвал в неё народ.

Хоть нерусский это пар —

Распрямит, уймёт хворобу,

Сил придаст мужскому роду,

Женскому добавит чар.

Вон, смотрите, мужичок

Влез на самый верхний ярус,

Приукрасился стеклярусом

Овощ, слывший за стручок.

А у женщин на полкй

Кольца вьёт жар-парикмахер,

И стоит, как спирт в рюмахе,

Бабий пот в крутом пупке.

Я, конечно, патриот,

Но тот финн был парень славный,

Что построил баню-сауну

И зазвал в неё народ!

* * *

За лесами, за горами —

Окна, полные герани.

Я когда-то, ранней ранью,

Любовался той геранью.

Я не помню, был ли запах

В её огненных накрапах...

Но и в пасмурном апреле

В наших окнах зори рдели.

И от жаркой той герани

Занавески выгорали!

* * *

У русского сердца немного дорог:

Лихая гульба — иль монаший острог.

Любить — так весь мир до конца,

Убить — так родного отца.

У русского сердца немного дорог,

Поэтому тянет всегда за порог.

Воспоминание о солдатчине

Ленкорань — это лебедя крик,

Мелодичный, серебряно-звонкий,

Будто с Волги далёкой проник

Колокольчик со свадебной гонки.

Ленкорань — это чайки полёт

Над волною, над утренне-алой.

Ленкорань — так труба нам поёт,

Отдаваясь в крутых перевалах.

Ленкорань — начинается день

Этой песней солдатской побудки.

Из-за моря встаёт голубень,

Как в России цветут незабудки.

* * *

Никогда я не был таким нежным,

Как во время службы в армии.

Никогда, ни позже ни прежде,

Не ждал я так писем маминых.

Не то чтобы был я маминым сыночком,

Я был солдатом на равных с прочими.

Только, может, почаще перечитывал её строчки

И видел многое ещё и между строчками.

Она писала: переживать не нужно,

Девки вообще на это дело скорые...

Я читал: вышла замуж твоя подружка,

Одноклассница, ну та, которая...

Ещё писала: отец тут выпил случайно

И долго беседовал с отслужившими парнями.

Я читал: отец по тебе скучает,

Пиши почаще про себя и про армию.

Ещё поздравляла, как малого ребёнка,

С сентябрём. Было смешно немножко мне.

Я-то знал: провожала каждого октябрёнка

И оборвала все цветы под своими окошками.

* * *

Есть такое село — Бакуры,

Там в калитках щеколды звенят,

Там по улицам шляются куры,

Там давно позабыли меня.

Даже если и вспомнит который,

Непременно хихикнет в кулак:

“И дался же ему этот город,

И чего он там ищет, дурак.

Отчий дом тут, как старая крепость,

Стережёт тишину по утрам.

И какая же это нелепость,

Когда ищут добро от добра!”.

Не ищу, мой сосед, мой знакомый,

Но ведь если попячусь, как рак,

Ты мне первый об этом напомнишь:

“И зачем он вернулся, дурак.

Там веселье и умные люди,

И, по слухам, большие дела.

Тут забота унылая буден

До зелёной тоски довела”.

Всё-то так. И не так. Я б соседу

Приготовил достойный ответ...

Дело в том, что такую беседу

Я веду сам с собой много лет.

* * *

Стучатся в комнату,

А у меня неприбрано,

Так неуютно и разбросано...

Не покажу себя небритого,

Незащищённого и босого.

Кричу: “Пожалуйста, минутку!”.

Сам прибираюсь суетно,

Но сор не убавляется...

И слышу вдруг, и делается жутко —

Шаги пришедших гулко удаляются.

Вот так и в душу —

Кто-то просится,

А там неприбрано, разбросано,

И ждут друзья,

И огорчённо удивляются,

Потом услышишь вдруг —

Шаги их гулко удаляются.

Молитва

Боже праведный и великий,

Не ропщу под твоим указом,

Но прошу перед светлым ликом:

Сохрани мне и память и разум

В час последний земной юдоли,

Чтоб не сгинуло в смертной мгле,

А явилось без страха и боли

Всё, что дорого мне на земле:

Отчий дом и речная пристань,

И любимой родное жильё —

Пусть им светит и ныне и присно

Благодатное солнце твоё;

Чтоб пред тем, как на суд твой явиться,

Я увидел мне милые лица

И успел бы во всём повиниться,

И тебе смог светло помолиться.

* * *

Сколько стружек настружил,

Сколько дел поделал,

А как будто и не жил

Я на свете белом.

Много мест я навестил,

Повидал свет божий,

Но везде как гость гостил,

От души не пужил.

Скольких женщин миловал

И любил, и нежил —

Словно песни напевал.

А как будто нй жил.

Как при утренней звезде,

Всё в тумане в прошлом.

Где же полдень, вечер где?

Будто дня не пружил...