Валерий Николаевич Трофимов (род. в 1960 г.) — поэт, автор книг: “Ночное дежурство” (М., 1988), “Зимний город” (Казань, 1991), “Заклинание” (СПб., 2006). Живет в С.-Петербурге.

© Валерий Трофимов, 2007



 

* * *

Снег — это символ забвения.
Белыми за полчаса
Стали поля и селения,
Люди, дороги, леса.

Смотришь — как будто из поезда…
Видишь, как небытием
Мир постепенно становится,
Однообразен и нем.

Только, казалось бы, высыпал
Снег, а уж всюду бело!..
Явь эту, схожую с вымыслом,
Будет забыть тяжело.

Но исчезает из памяти
Жизнь, даже та, что сейчас —
В пепельном мареве, замети —
Рядом, почти что у глаз.

Теплая тяжесть телесная,
Запахи, сны, голоса —
Все сохранилось бы, если бы,
Если бы не начался

Этот буран, эти белые
Хлопья, густые, как дым,
Не повалили бы, делая
Все в этом мире чужим.

* * *

Он умер, но еще не знает
И мечется под фонарем,
Летит, как бабочка ночная,
В окна мерцающий проем,
Домой пытается вернуться,
В земной привычный неуют,
Прижаться хочет, прикоснуться…
Но здесь его не узнают,
Не слышат и не отвечают,
Сидят, о чем-то говорят,
Как будто праздник отмечают
И сквозь него на ночь глядят.
Не понимая, где он, что он
И почему так одинок,
Он больше тяжестью не скован,
Ни рук не чувствует, ни ног.
Теперь он — чистое сознанье.
И держат на земле его
Чужие сны да поминанья —
И всё,
         и больше ничего.

Жалость деревьев

Деревья прикованы к месту рожденья.
И что в них такого — слепые, глухие?
И мы существуем от них в отчужденье,
В заботах своих… А деревья — живые!

Когда я всей грудью к стволу прижимаюсь
И запах коры горьковатый вдыхаю,
Я словно в заброшенный дом возвращаюсь,
В забытый младенческий мир проникаю.

Пусть недолговечное тело не знает,
Зачем оно столько от жизни терпело,
Немые деревья его утешают,
Им однообразие не надоело.

И с деревом я говорю, как со старшим,
И вижу, обнявшись с лесным великаном,
Наш путь не таким сиротливым и страшным,
А лишь бесконечным, таинственным странным…

Родиться, прожить, умереть, раствориться —
В живых существах, в анонимных потомках,
Во сне мировом кем-нибудь воплотиться,
Чтоб снова исчезнуть в безличных потемках.