Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Звезда 2005, 5

Стихи


* * * 

Стихи писали на стекле...
Но разлеталось все в осколки.
Искали солнце в серой мгле,
А натыкались на иголки.
Спускались за полночь к реке.
Цветы кидали в черный омут.
Дом возводили на песке
И не желали по-другому...

Искали истину в огне.
Травились дурью и водярой.
Подобно лопнувшей струне
Кидались под ночные фары...
Искали клад в чужих глазах,
А находили тьму да стены.
Отказывали тормоза,
Сердца рвались, пилились вены...

Венки плели за упокой -
Вода всегда свое получит...
Ночь нависала над рекой,
И звезды прятались за тучи...
Метались искры на ветру,
А находили только воду,
Но дождь закончится к утру,
И солнце обретет свободу...

Вот только дом размыт дождем.
И тонет горизонт в тумане.
И мы опять чего-то ждем,
Но солнце снова нас обманет.
...В твоих глазах опять стена.
Струна оборвана и снята...
Я знаю: есть моя вина
В том, что исчезло все куда-то...

Вновь над рекою птичий гам.
Слова беспомощным потоком.
Осколки тянутся к рукам,
Как руки тянутся к осколкам...

Стихи писали на стекле...

* * *

Кого-то снова выбирали,
Кого - неважно.
На телебашне "трали-вали"
Разводят, ажно

Тошнит от этой свистопляски,
С души воротит.
Весна! Весною ярче краски
И легче вроде

Тянуть баржуv судьбы за лямку
Из ожиданий.
Ты внешне точно так же замкнут,
Но взор кристальней.

И тень мифической надежды
Ясней и резче.
И опьяняет воздух вешний.
И плакать есть чем.

Кораблик по весенней луже,
Борта в мазуте.
Водоворот его закружит,
Судьба раскрутит

И шандарахнет под колеса
Транзитной "нивы".
И ни к чему слова, вопросы.
Всё лживо. Лживо.

* * *

На стекло налипает листва.
(Прошлогодняя, что ли?)
Раскололась моя голова
От хронической боли.

Разлетелись осколки, звеня,
По паркетному полу.
И уже больше нету меня -
Междометья, глаголы.

Раскатилась тоска по углам,
Словно шарики ртути.
В этом доме, чье имя "бедлам",
Избавленья не будет.

В этом городе, в этой стране,
В этой части вселенной
Нет забвения, даже во сне
Эта боль неизменна.

И душа (ни жива, ни мертва)
Обмирает, а толку?
Разлетелась моя голова
На осколки, осколки. 

* * *

...А по утрам они просыпались сами
Переговаривались простуженными голосами,
Любили друг друга, потом курили в постели,
Разглядывали заоконные акварели.

Той зимою смеркалось рано, уже в четыре
Становилось все расплывчатым в этом мире,
Люди, дома, деревья, площадь у рынка
Подернуты были сиреневой, сизой дымкой.

Той зимою не было солнца, но было небо,
Заполнявшее этот город так, что где бы
Ни находились бы мы с тобою, всегда казалось,
Что нас от него отделяет всего лишь малость. 

* * *

Ну, что ты смотришь? Я еще не пьян.
Стакан в моей руке пока уместен.
Все тихо, мирно, в меру, честь по чести.
Вполне цивильно, чудный ресторан.
Никто не вздорит, не гони волну.
Халдеи все, как на подбор, в проборе.
О! Если б взгляд твой стал бездонным морем,
Я б захлебнулся и пошел ко дну.
Ну, что ты смотришь? Я еще не пьян.
Еще сто грамм - и будет под завязку.
Ты так хотела былью сделать сказку.
Увы, принцесса, вышло - не фонтан.
Тебе достался пьянь, а не герой, -
Бесстыжий бабник с низменной моралью.
О, если б взгляд твой стал разящей сталью,
Ты села бы давно по "сто второй"
Или какая там сейчас статья...

...Искусство постиженья бытия.

Версия для печати