* * *

Скончалась Барби, кровь ее мертва,
Оторваны рука и голова,
И похороны в будущую среду,
Утешен Кен подругою другой,
Ее он гладит твердою рукой,
Сопровождая к званому обеду.

Бедняжка Барби, смерть в расцвете лет,
Твой траурный роскошен туалет,
Изящен гроб, пластмассовы мимозы.
Ах, молодость за трепетной чертой,
Где блюдца глаз и локон золотой,
И гардероб без белых тапок прозы!

Покойся с миром! В будущем году
Я голову прекрасную найду
На мерзлой клумбе, огуречной грядке,
Я отыщу тебя в пустом шкафу,
Чтоб ты сказала: "Господи, живу!
Пусть инвалид, но в целом я в порядке!"

* * *

Есть в черепе домик, а в доме окно,
В нем клеточка, жердочка, птичка,
В пуху материнском пригрелось одно,
Одно непростое яичко.
Весь век эта птичка поет и поет,
Яичко, как клуша, сторожит,
Но кто-то, когда-то яичко крадет,
Иголку ломает и - Боже!..

* * *

Поэзия - игра в слова,
Как в детстве жмурки или прятки,
Когда в рифмованном порядке
Они в тебя, как в жернова,
Текут. Ты пробуешь на зуб:
Авось да что-нибудь застрянет,
Но их гранит порою ранит
Чувствительную пленку губ.
И не доводит до добра
Игра, как говорила мама,
Меня, беспечного, упрямо
Гоня с любимого двора.

* * *

Так ангел с отмороженным крылом
Остался жить и не покинул дом,
Куда принес благую весть от Бога.
Стоял декабрь, вернее, возлежал,
И холода отточенный кинжал
Следил за пленником и бдительно и строго.

А за окошком трактор вмерз в сугроб,
Из русских печек глиняных утроб
Тянулись в небо пуповины дыма.
Младенец в люльке безмятежно спал,
А хворый ангел колыбель качал
И пел о том, что жизнь необъяснима,

Что жизнь - суть тьма, простуда и мороз,
С забытым именем покинутый колхоз,
Подвыпившая к празднику доярка,
Но есть другие, звездные поля,
Куда душа, отмучась, отболя,
Уйдет светить и радостно, и ярко…


* * *

	                             Володе

за четвертое море как мой гандельсман
за четвертое море четвертый обман
в измеренье четвертое то есть
где в ночнухе ночник канделябр-ганделябр
новосветская дама движением жабр
выдыхает нездешнюю повесть
что записана в книге судеб и времен
незавидных начал эмигрантских имен
продолжений и переложений
все подсчитано-читано толстый гроссбух
со времен христофора раскис и разбух
но не требует возражений
это то что мы новый мы свой но не мы
потому-то теперь и глухи и немы
и себя по ночам четвертуем
кандалы-гандалы для моей детворы
канделябрами швабры чадят из норы
светят нам только в ус мы не дуем
но мечтаем за море заморское ре-
комендует реклама махнуть на заре
раз два три наконец-то четыре
только страшно ведь помниться будет и пять
зайчик за море как-то сходил погулять
он мишенью работает в тире
но ура не замочен в сортире

БЛАГОВЕЩЕНИЕ

Вам письмо, голубиная почта,
Темной комнате - солнечный свет,
По востребованию, срочно
Долгожданный ответ.
Сочетание с Ним - во благо,
Озарение изнутри,
Шелестящая губ бумага,
Дочитай ее, сотри
Слезы с глаз.
Так должно случиться,
Что во чрево, едва дыша,
Залетит осиянная птица,
Семя в клюве - 
Его душа.