Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Звезда 2003, 10

Из английской поэзии XV-XVI веков

Перевод с английского Александра Гуревича


ФИЛИП СИДНИ (1554-1586)

ИЗ ЦИКЛА "АСТРОФИЛ И СТЕЛЛА"

Сонет XLIII

И глаз твоих, и губ, и сердца кладом
Со мной делиться медлит Купидон:
Ведь, им владея, предается он
Побед, игры и отдыха усладам.
Он дерзкого окидывает взглядом
Очей твоих - и тот уже сражен
И сам теперь к Любви идет в полон,
Смерть за нее всем предпочтя наградам.
Резвится Купидон в губах твоих,
Целует, покраснев, одну другою:
Сама Любовь к нему ревнует их!
Когда же предается он покою -
Себя вверяет сердцу твоему,
Куда нет входа больше никому.

Сонет LII

Любовь и Добродетель спорят страстно,
На Стеллу претендуют та и та.
Любовь твердит: в ней каждая черта
Печать Любви несет, всем это ясно.
Но Добродетель с этим несогласна
И видит в Стелле душу, что чиста,
Как дочь небес, а тела красота,
Мнит Добродетель, к делу непричастна,
И облик сей, сводящий нас с ума,
Любви подарит Добродетель смело,
Коль Стелла ей достанется сама.
Любовь! Все то, что для нее есть Стелла,
Пусть ей и отдадут, чтоб кончить спор,
А нам - ту плоть, что радует наш взор.


ЭДМУНД СПЕНСЕР (1552-1599

ИЗ ЦИКЛА "AMORETTI"

Сонет XXVI

Отрадна роза, но в шипы одета,
 отраден клен, но он зимою гол,
 отрадна ель, но нет под нею света,
 отраден дуб, но груб у дуба ствол,
Отраден мед, но злы укусы пчел,
 отраден перец, но на вкус не сладок,
 отраден лук, но дух его тяжел,
 отраден МолиI, но внизу он гадок.
В отрадах вечен горечи осадок,
 но тем для нас желаннее они:
 ведь человек, увы, не слишком падок
 на то, что дарят, только помани.
Что ж мне скорбеть о боли небольшой,
 коль счастью век владеть моей душой?


УИЛЬЯМ ШЕКСПИР (1564-1616)

Сонет 2

Когда твой лоб обложат сорок зим
И лягут рвы в красы твоей жнивье,
Весь твой наряд, что днесь неотразим,
Падет в цене, как старое тряпье.
И если спросят, где твоя краса,
Где все богатство дней твоей гульбы,
Чем озаришь ты впалые глаза -
Огнем стыда и жалкой похвальбы?
О, был бы ты рачительней стократ,
Коль мог сказать бы: "Вот дитя мое,
В нем - мой итог и ссуд моих возврат",
Красу вложив в наследие ее.

Тогда, старея, вновь ты был бы млад,
Зря теплой кровь, в которой чуешь хлад.

Сонет 66

Уставши жить, о смерти я молю,
Чтоб не смотреть, как губят бедняка,
И шлют дары ничтожному нулю,
И попирают веру свысока,
И оставляют доблесть без наград,
И честь девичью грубо гонят в блуд,
И правду мысли кривдою клеймят,
И властью хилых силу стерегут,
И держат кляп у гения во рту,
И ставят дурь следить за ремеслом,
И простодушьем кличут простоту,
И доброту закабаляют злом.

Уставши жить, о смерти слезы лью,
И лишь любовь не брошу здесь свою.   

Сонет 71

Не дольше мой оплакивайте век,
Чем будет звон оповещать людей,
Что подлый мир заметил мой побег
К слепым червям, которых нет подлей.
Да не напомнят строки, чья рука
Писала их. О, пусть моя любовь
От ваших мыслей будет далека
И скорбью их не омрачает вновь.
Пусть этот стих, коль встретитесь вы с ним,
Когда я стану глиною давно,
Не отзовется именем моим:
Пусть будет чувство в вас погребено.

Чтоб мир не вник в ожившую беду
И не язвил вам вслед, когда уйду.

Сонет 77

Глянь в зеркало, как блекнет красота,
Глянь на часы, как ты теряешь миг;
Коснись душою чистого листа,
И вкусишь от полезнейшей из книг.
Морщины честно зеркало сочтет,
И вспомнишь ты гробниц отверстых вид,
А видя стрелок вороватый ход -
Что время втайне к вечности спешит.
Все то, что память не хранит сама,
Отдай странице белой и пустой:
Доверь ей нянчить отпрысков ума,
Чтоб узнавать их сызнова душой.

И каждый раз они, лишь бросишь взгляд,
Тебя и труд твой вновь обогатят.

Сонет 130

Ее глаза не солнечны ничуть,
Кораллы не алеют на губах;
Не белый снег моей подруги грудь,
Не вижу струн я в черных волосах.
Ал или бел дамасской розы цвет,
Но роз в щеках найти не может взгляд.
А у духов пленительней букет,
Чем этого дыханья аромат.
Мне дороги речей ее слова,
Но музыка звучит куда милей;
Я незнаком с походкой божества:
Моя любовь ступает по земле.

И все ж она не хуже, без сомнений,
Любой из жертв неискренних сравнений.


Перевод с английского Александра Гуревича

I Волшебный корень, который Цирцея дала Одиссею, 
чтобы превратить его и его спутников из свиней обратно в людей. 
- Примеч. переводчика.

Версия для печати