СЕРГЕЙ ЗАВЬЯЛОВ

	SLUSSEN1

1

Прикоснись верхней губой
подушечками пальцев
смычком от детской скрипки притронься

к следу
(шрамчику чуть заметному)
что остался от этого времени

легкомыслия?
(да нет — не легкомыслия)
наверное правильнее сказать
что невинности
Как чисто вдруг стало
поразительно
(может быть подозрительно?) чисто

Зима — не — зима
весна — не — весна
и как-то зябко и жестковато

как в той (из стиха)
стокгольмской постели
застеленной
нечеловечески свежим бельем

3

Так и смотреть
пока ночная мгла
(как Пушкин бы выразился)

да пока мгла смерти
не упадет
и не смешает небо с морем

(как выразился бы
более искушенный в таких вещах поэт
Василий Тредьяковский)
Корабль уже дымит в открытом море
Еще почти светло
но руки замерзли

и стихотворенье оборвалось
словно жалобно скрипнувшая
пиния

 
4

Я так и не смог оживить
звук тот виолончельный послышавшийся
у створа нижней камеры

Что это было?
рокот моторов  непривычно-сдержанный
у статуи Густава-Адольфа

или замедленный
перевод
с одного языка на другой?

Видеоряд:
Гамла Стан        музыкальная лавка
витрина:

что-то там медное духовое
(благородство лакированных дек
прогнувшийся беловолосый смычок)

И вот он всё не утихает
за два месяца
вконец           истомил измучил меня

Если я верно реконструирую
это до малой октавы
впрочем нет:

палец
с утолщеньем мозольным
прижат и вибрирует

который?
безымянный?       (это труднее всего)
значит фа        может быть фа-диез
а если легкое
(смотри начало поэмы)
неуверенно-робкое

как объятье первое отроческое
прикосновение
Да флажолет

то есть снова
хотя и иное
но до

5

Вот ты всё говоришь       этот звук
вздох этот струнный   спазм оркестровый
а ведь рушится         рушится всё
всё ниже и ниже давящее небо

Стенки сосудов черствеют     глохнут
так что не слышно уже ничего
бункер телесный
музыку поглощающий склеп

Лето и осень
и снова:    лето и осень     Боже       как
утомительно всё это кольцами годовыми
дряхлеющий ствол бытия
и когда-то         к радостным
прикосновениям чуткие руки
превращаются в грубые ветви
негибкие ветви старых деревьев

и ветер играет   шевелящимся мусором
....................................
..................................................................
................................

6

Нет           я был не прав в прошлый раз
никакие
это не вздохи

озлобленные крики людей
сирены
свистки

обрывки разнузданных шлягеров
смех порочный
деформированный вокализм
дыханье душное
с привкусом легким
гниенья

Удар по лицу
нос заложило от крови
подступает рвота

Приехали:
Вот он           последний шлюз —
он открыт

7

Да        и никакой уже сладостности
и мелоса уже            почти никакого
сочетанье отдельное звуков
сетки ритмической хлеб зачерствел
то ли аккорды
то ли просто последовательности нот
и это небо октябрьское  в непролившихся
   в нас неостудивших каплях дождя

 
тихое перетекание струй           через воображаемые
реалии уже совсем позабыты           (как будто замечены были они)
створки чего-то              (кто же знает
как это там называется?)

и только птицей            не по сезону весенней            кричит
не то окончанье чего-то            не то начало чего-то
песня мезолитическая           звукоряд ущербный
и тот случайный      и тот невпопад

обращающийся
то вульгарной частушкой
то ностальгическим шлягером
то гомофонным хоралом

его повторить невозможно
как звон карильона
как ритмику    затихающих во дворе
аплодисментов

 
1999

 

1 Шлюз и одноименная станция метро в Стокгольме. - Примеч. автора