ДЕНИС ДАТЕШИДЗЕ * * * Говорить хотелось бы только о "самом главном", Только "самое главное" - слишком абстрактно, чтобы Хоть немножечко быть веселым или забавным. И к тому же требует слишком высокой пробы. Свысока - равнодушно к твоей на него обиде. Ведь вполне добросовестны поиски, и упорны!.. Кто-то мне говорил, что и золото в чистом виде - Вроде желтого пластилина: не держит формы. И поэтому бог с ним!.. Прекрасно, что мы болтаем, И что ветер слоняется без толку по газонам, И при этом наполнен шумом, собачьим лаем, Детским криком... со светофора машин разгоном... И не то чтобы счастлив. И было бы однобоко Восторгаться... Всё мелочи, мусор, излишки фона... И не зря вспоминаешь любимую строчку Блока: {"Жизнь пуста, безумна и} - (мало того!) - {бездонна".} Только самое главное - в том, что на этом фоне, Сплошь изученном, стертом, - как раз и мелькнет украдкой (Уж его и не ждешь) - это "самое...", то, чего не Рассказать... - улыбкой? насмешкою? вспышкой краткой! * * * Господь уже не ждет, не просит Ни достижений, ни побед. Нас терпеливо переносит И льет бесплатно белый свет, И дни благословенно длятся, На них поставлена печать Неустремленности меняться И что-то важное начать... Мне тошно!.. Стыдно быть бессильным. Но стыд не прибавляет сил. И так спокойно в небе синем... И если Он мне все простил - Не так ли, как и мы прощаем Того, кто нами не любим, - Устав обидам и печалям Покорствовать, следя за ним?.. * * * Как весело березам, липам, кленам, - К земле корнями прочно прикрепленным! Они шумят, живут! Они растут. А я не знаю, чем я занят тут. Их место - вот. Искать его не надо. А мне всегда безмерная утрата Грозит - того, чего я не найду... Как хорошо открыто, на виду, Раскидистые ветви доверяя И стуже ноября, и ласке мая, Быть просто так. Не думать о "потом". С таким достоинством, с таким трудом... * * * Учись у мира, - как он одинаков! Ему не скучно быть всегда одним. Качаются метелки диких злаков, Над трубами плывет фабричный дым, Ни о каком развитии-прогрессе Не сообщая... Библия одна Навязывает мысль, что в этой пьесе Какая-то развязка быть должна. Родиться б на Востоке - стать буддистом, За колыханьем листьев и стеблей Следить статистом в созерцанье чистом... Но там, наверно, тоже все сложней... Чужую роль не сделаешь своею, Чего ж теперь... такая уж "модель" Дана. Осталось уживаться с нею... - А если я мертвею? Костенею?!. - Мертвей - решительней!.. "Играй, Адель!" * * * Дождь прошел, и небо просветлело, И лазурь вечерняя бледна, Лишь откуда-то над крышей, слева Появилась черная одна Тучка, - как дворняжка, - шерсть собачья Клочьями торчит над головой. Непростая - слиться - ей задача С отдаленной стаей грозовой. И, меняя на ходу обличье, Словно примеряется, с каким - Поскорей? - собачье или птичье? Или - лодка с парусом тугим?.. - Только жаль, что с каждой переменой, Хоть и вправду движешься быстрей, - Что-то тонет в пустоте беспенной... Вот уже - ни паруса, ни рей... Вот совсем растаяла... Устало Я очнулся... Формам нет числа. Так что... долетела, добежала! Просто - неизвестную нашла. * * * Что мне нравится, что вызывает зависть - Это то, что птица есть просто птица, - Поднимается, кружится, не терзаясь Подозреньем, что с нею могло б случиться Что-то большее... Ласточка ли, ворона - Хоть летя в одиночку, хоть влившись в стаю, Не отступит от заданного закона... Извини, что талдычу и повторяю, - Но ведь это и значит: "она - свободна!" - От - возможностей... Что ж - вслед зигзагам птичьим Мыслям в небе - можно куда угодно! - Безнадежно - бессмысленно - беззаботно! - Так как только неба и не достичь им... * * * Слабо светится на пустыре Лента длинной глинистой тропинки; Шаркают устало во дворе Позднего прохожего ботинки, Прозвучал и замер у земли Низкий оклик "Валя!" (или "Галя"?); Полминуты где-то "жигули" Попищали вдалеке, сигналя... Ночь как ночь. И плотные кусты Неподвижны. Холодок по коже. Слившиеся тени так густы... Нужно что-то пережить! Но что же?.. Что же ты не хочешь? Я готов. Нашепчи!.. Но, глубоко вздыхая, Мне не отвечает - нету слов? - В полудреме полутьма сухая... * * * Пять старых тополей под заводской стеною - Обрезаны под пень, острижены под ноль. Тот, кто старался тут, орудуя пилою, Оставил метра три, а веток - ни одной. Их было бы теперь и не причислить к "старым", Когда б не толщина стволов, точней - столбов... И не скажу, что жаль... Наверное, недаром: Не били стекла чтоб, не рвали проводов... И вот уже - смотри - как заново из почвы, Горячие ростки с кудрявой бахромой Из складчатой коры - вторичны и побочны - Торчат то здесь, то там. И хороши собой, И место есть для них... И не расслышать в прошлом - В беспамятстве густом, в движении теней - Тяжело-пышный шум... Вот этот тополь, - что ж нам Сказать о нем?.. Он стал... "слабей" или "сильней"?.. "Все тот же"?.. "Не совсем"?.. Упрямее, покорней - Тянись куда-нибудь... Останется - куда... А если слишком горд, отказывайся в корне! Замолкни от тоски, засохни от стыда... * * * Любая тропинка приводит в тупик - К стене неподатливой, чтоб Ты продемонстрировал силу - проник... (Хоть взрыв, хоть пролом, хоть подкоп.) И непредставима ее толщина, Но камень - холодный такой, Добротный, - что быть безусловно годна Твоею последней стеной. Уходят минуты, года, поезда, Упреки, желанья любви; Порядком сменяются снег и вода... Долби, раз уж взялся, долби!.. И если она наконец упадет - О, как перспективы ярки Предстанут!.. под тем же девизом: "Вперед! Нас новые ждут тупики". * * * Осень - странная... Ленивым осам, Обреченным, хорошо пока Ползать по гниющим абрикосам В мусорной коробке у лотка. Только где ж их музыка густая? Будто просто отключили звук... И порой - взлетая, повисая, Кажется сомнамбулою вдруг Тоненькое тельце с острым ядом, Слепо ударяясь о рукав. И прохожий осторожным взглядом Не следит, значенья не придав... Дни - порывисты, чернополосы, Стылых облаков войска растут. Эта смесь фруктозы и глюкозы По случайности осталась тут. Скоро-скоро... Снег не за горами. "Так их всех" - бездельниц и проныр. Как, наверно, в вялом умираньи Сладок медленнотекущий пир!.. * * * Боже мой, как сегодня красиво! Облака, облака, облака... Слабый ветер, бессилье отлива, Вкус ментолового табака. Поднимая или отпуская Взгляд в такую просторную тишь - То ли плотная, то ли пустая, - То ли движешься, то ли стоишь. И слышны хорошо на вокзале Поездов уходящих гудки... Никакие заветные дали Не заветны и не далеки. Просто... Так вот бывает красиво... Я смотрю и не чувствую сам, Как шепчу потихоньку "спасибо" Никому. Облакам, облакам... * * * Хорошо, что некуда деваться. Облака так дивно высоки! С ними тянутся поцеловаться Луковицы церкви, как соски... Под высокой крепостной стеною В зарослях репья и бузины Две реки становятся одною... Новые дома вдали видны... Может быть, совсем неважно, где я? К смерти и готов и не готов, Я - на свете. Глупая затея Вырваться... Случайный город Псков, Движущийся в забытьи, зеленый, Вместе с небом взглядом обниму... В некой точке, равноудаленной, Равно-близкой - видимой Ему.
