Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Знамя 2018, 6

Дает о себе знать

Рассказ

Об авторе | Владимир Аристов — поэт, прозаик, эссеист

Об авторе | Владимир Аристов поэт, прозаик, эссеист. Автор одиннадцати поэтических сборников, одна из последних вышедших книг — «Открытые дворы (избранное)» (НЛО, 2016). Опубликованы также романы «Предсказания очевидца» (2004), «Mater Studiorum» (2017), пьеса «Театр одного философа» (2013). Лауреат премии им. Алексея Крученых (1993), им. Андрея Белого (2008), «Различие» (2016). По образованию физик и математик, окончил МФТИ, доктор физико-математических наук. Предыдущая публикация в «Знамени» — эссе «Идешь, на меня похожий…». Цветаева — Мандельштам: «Ода пешему ходу» — «Стихи о неизвестном солдате» (2017, № 10). Публикуемый рассказ входит в цикл «Жизнь незамечаемых людей».

 

 

Он долго шел зимней тропой с большим коловоротом. Но как только ступил на лед канала, был немедленно задержан двумя. Они спросили его по очереди: «Куда путь держишь?». Он ответил им довольно грубо: «Что, не видишь?» — хотя их было двое, и указал на вращательный инструмент. Ему ответили весьма туманно, указав, что нельзя сверлить сейчас во льду отверстия, потому что огромная рыба заплыла в канал. Он не понял и заявил, что сквозь маленькую мою лунку никакая большая рыба не выбежит. На что ему возразили, что рыба там очень крупная, единственная в своем роде, если не сказать, что вообще единственная такая, и никак нельзя тревожить ее зимний сон и покой. Но он наставил на них свой металлический инструмент, и они отбежали в сторону, хватаясь рукой за кобуру, но кобуры не было, и поэтому он продолжил свой путь. Пройдя примерно с полкилометра, он приставил бур к прозрачной поверхности льда и только хотел углубиться на глубину в один сантиметр, как увидел, что под самым льдом кто-то шевелится большой. Двое тоже подошли поближе, чтобы понять, что происходит, поскольку были призваны охранять покой этой очень большой рыбы, но не справились в силу открывшихся обстоятельств непре­одолимой силы. Он перестал готовиться к бурению и прислушался. Но вокруг была ослепительная снежная тишина. Ни один звук не шелохнулся выше уровня замершей воды.

Внезапно на соседнем холме показалась фигурка лыжника, вначале размером с белую муху, но быстро достигшая человеческих размеров. Все думали, что он на горных лыжах, но оказалось, что на обычных, беговых. Он норовил почему-то проскочить точно мимо них троих, и они почти одновременно его спросили: «Вот еще один бездельник нашелся, почему не на работе?». Он приостановился и заносчиво так спросил: «Это что, проверка документов?». «Нет, просто интересуемся», — ответили ему. «Может, у меня отгул», — зачем-то заметил лыжник. «Что-то непохоже, — сказал один без кобуры, — ты скорее похож на вечного студента». «А сам-то ты кто?» — спросил предполагаемый студент. «Я не уполномочен тебе отвечать», — заметил второй бескобурный. «Вот вы бездельники, это точно», — определил студент и собрался дальше идти по целине канала, но ему объяснили, что заняты важным делом — дежурят рядом с рыбой. Он заинтересовался, но поверил несильно. Тогда ему показали окно прозрачного льда. Он сделал шаг в сторону льда, чтобы быть поближе к месту событий, но ему объяснили, что здесь не аквариум, и просто так на рыбу смотреть нечего, но если у него есть серьезный вопрос к рыбе, то он может его задать в письменной форме, и кто надо его передаст. «Но рыба безмолвна», — веско заметил он. «Эта рыба даст о себе знать, что получила письмо», — объяснили ему. Мнимый студент все более заинтересованно вглядывался вниз и наконец вдруг, не снимая лыж, приблизил лицо к самому льду. «Да здесь лед совсем зеленый и прозрачный, как леденец», — радостно пробормотал он. «Да ты вобще еще школьник, — сказали ему почти все, — смотри только не лизни этот леденец, не потому, что язык примерзнет, а потому, что не надо рыбу тревожить». «А вы что, — оперуполномоченные этой рыбы?» — обратился он грубо к бескобурным. «Мы не имеем полномочий отвечать на такие вопросы», — ответствовали ему. «Да посмотрите — эта большая рыба движется», — вдруг вновь сказал студент, и все завороженно посмотрели вниз. «Смотри, коловоротом лед здесь не задень», — обратились почти все к первому. «Да и не думаю здесь бурить, — сказал тот, — да и теплеет как-то, как бы к вечеру лед не тронулся». Бескобурные побледнели. «Нам бы не тронуться», — пробормотал студент, пристально вглядываясь в лед, как в линзу. «Смотрите, — тихо сказал он, — у нее на спине что-то написано». Все еще раз посмотрели вниз и увидели, что это правда. Бескобурные побледнели еще. «Там какие-то письмена», — почти хором сказали студент и человек с коловоротом. Действительно, на спине медленно движущейся рыбы были видны, хотя и неясно, какие-то цифры и буквы. «Это, наверное, к нам обращение», — сказали бескобурные. «Помогите нам их прочесть, — умоляюще обратились они к первому и четвертому, — у вас же есть высшее образование». «Незаконченное, — иронически сказал лжестудент, но милостиво добавил, — ну ладно, чем смогу помогу».

Версия для печати