Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Знамя 2011, 4

Анна Кузнецова

Андрей Левкин. Марпл. — М.: Новое литературное обозрение, 2010.

“Ленивый” роман — неструктурированные записи, которые все чаще позволяют себе известные писатели: и так пройдет. И действительно проходит: издательства принимают, книги выходят. Отличаются эти книги одна от другой тем же, чем Левкин отличается, скажем, от Гришковца: в жизни и памяти Левкина много Риги, литературы и кино, а в стиле — талантливых описаний.

Виктор Пелевин. Ананасная вода для прекрасной дамы. — М.: Эксмо, 2011.

Книга представляет собой цикл повестей о том, что сильнее человека, — о системах, в которые он встроен. Первая часть цикла называется “Боги и механизмы”, вторая — “Механизмы и боги” — такая вот осевая симметрия. Мессидж автора в первой же повести внятно изложен: “…человека нельзя ни в чем обвинять. Ибо если мы начнем искать его с помощью самого яркого фонаря, мы поймем, что никакой отдельной личности нет, а есть просто элемент на множестве пластилиновых картинок, измятый пальцами других любителей изюма, которых перед этим так же мяли третьи, и так от начала времен — и в результате все вокруг стало именно тем, чем стало”.

Марина и Сергей Дяченко. Мигрант. — М.: Эксмо, 2010.

Сюжет нового романа писателей, умеющих обходиться одним-двумя фантастическими допущениями, оставляя мир своих произведений почти реалистическим, на этот раз полностью фантастический. Герой эмигрировал на другую планету, почему — осталось для него загадкой: расплатившись за переезд двумя последними годами жизни, он стал на два года моложе и не знал, что заставило его покинуть Землю, где у него остался сын. На принявшей его планете он сделал то, что до него не удавалось ни одному переселенцу, — прошел с местными подростками инициацию, дающую гражданские права, хотя пройти ее в принципе не мог по биологическим параметрам, а не проходя мог жить спокойно и безбедно, тогда как теперь должен был сам себя содержать и постоянно поддерживать свой “индекс ответственности” — что-то вроде социального статуса… Написан роман, как всегда, динамично и увлекательно, но в блеклости главного характера и инерционности некоторых сюжетных ходов заметна писательская усталость.

Анна Старобинец. Первый отряд. Истина. — М.: АСТ; Астрель; Харвест, 2010. (Первый отряд).

Анну Старобинец с легкой руки Льва Данилкина окрестили “наш русский Филип Дик”. Но атмосферы триллера я в ее писаниях как раньше не улавливала, так и теперь не удалось. Коммерческая писательница, не стесняющаяся заимствовать по тридцать процентов дозволенного у коллег по цеху — в “Первом отряде” узнаются коллизии сразу из двух книг М. и С. Дяченко — “Vita Nostra” и “Цифровой”; был бы результат, а он есть: издание книги опередила анимационная постановка, она-то и даст гарантию продажи тиража, несмотря на явную писательскую неудачу.

Лара Моревски. Афганская сага. — М.: Вест-Консалтинг, 2010.

То чеченский дневник, то афганская сага — дамы в последнее время часто пишут о девушках, бросающих благополучную жизнь, чтобы поехать туда, где страшно: “Да поймите же вы, — воскликнула Лиза, — в Афгане пацаны и девчонки революцию защищают, а мы?”. На вечеринке Лиза пьет за Чацкого. Очнувшись в постели рядом со спящим мужчиной, опять за свое: “А в это время ребята и девчонки в Афганистане отстаивают правое дело!”. Пытаясь понять, кем надо быть в России, чтобы в жизни настолько не было места подвигу, я заглянула в аннотацию — автор была директором школы искусств. А в это время ребята и девчонки…

Тина Шамрай. Заговор обезьян. Роман. — Praha: VT-World Communication Agency, 2010.

Тина Шамрай — библиотекарь, правозащитница из общества “Мемориал”, ее роман “Посвящается всем выжившим на фронтах необъявленных войн. Всем, кому не сломали хребет ни собственный успех, ни собственные неудачи, посвящается…”. Главный герой — “заключенный № 1”, человек, пошедший против государственной машины, решившей его наконец добить, но череда спасительных случайностей обращает его последнее испытание в возможность побега... Роман объемный, написан в толстовском ключе — с подробным перебором психологических деталей, заставляющих читателя сопереживать всем перипетиям героя.

Дмитрий Вачедин. Снежные немцы. Роман. Рассказы. — М.: ПРОЗАиК, 2010.

В книге — роман, написанный экспрессивными внутренними монологами, и одиннадцать рассказов, один из которых напечатан в “Знамени” (“Расписание”. — 2010, № 9). Снежными автор называет екатерининских немцев, приглашенных императрицей колонизовать безлюдные российские просторы, и их потомков, после всех перипетий, постигших их семьи в России, вернувшихся на историческую родину, где им живется непросто: для новых соотечественников они русские. Их отправляют в малые города на востоке Германии, селят в казармах, где раньше помещались выведенные из Германии советские войска… Автор сам живет в Германии, знает все это не понаслышке, “Снежные немцы” — его первая книга.

Анна Соловей. Палата №. — М.: Зебра Е, 2010.

Повести и рассказы этой писательницы действительно заставляют вспомнить Чехова — герои берутся, как правило, в те моменты жизни, когда им приходится вплотную сталкиваться с иррациональным, а емкая деталь позволяет увидеть и ощутить то, с чем не справилось бы никакое описание. “У меня такое ощущение, что я запутался в пододеяльнике и никак не могу найти дырку” — пишет в дневнике умирающий в израильской больнице подросток, когда ему еще не очень плохо (“Йорик”). Автор берется за трудное и рисует убедительные психологические портреты: старушку, потерявшую память (“Маленькая бабушка”), глупую даму, обнаружившую первую морщину (“Мыслитель Лу”), даже японского профессора, умудрившегося забеременеть (“Ребенок профессора”), и русского парня, принявшего решение защитить старого алкаша от черных риэлторов (Палата №), хотя все понимает: “Сколько раз его бесили эти сообщения о разборках, одинаковых в своей наглости, независимо от того, кто заказчик — бандиты или власть. Но злился он недолго, понимая, что бессилен, а таскаться на митинги или подписывать письма — только подставлять себя”…

Повседневность. Повести. — М.: Независимая литературная премия “Дебют”, Гуманитарный фонд Андрея Скоча “Поколение”, 2010.

В книге три повести лауреатов и финалистов прошлогоднего “Дебюта”: “Под столом” Никиты Бегуна — приключения болезненно впечатлительного юноши, злоупотребляющего внутренним монологом, в полном юродивых Питере; “Салам тебе, Далгат” Алисы Ганиевой, чьи герои, напротив, не рефлексируют, а говорят вслух что-то малопонятное, несмотря на сноски и расшифровки, но призванное, видимо, передать колорит кавказской речи и показать быдловатую повседневность тамошней молодежи; и “Повседневность” Виктории Чикарнеевой — о бунте юного человека против заведенного порядка вещей. Ни одна не показалась обещающей будущего прозаика. Из Чикарнеевой может получиться хороший публицист. Если, конечно, перестанет писать “кричала благим голосом” (с. 155) и “опрометью схватила” (с. 156)…

Красный верблюд. Пьесы и рассказы. — М.: Независимая литературная премия “Дебют”, Гуманитарный фонд Андрея Скоча “Поколение”, 2010.

Драмы Айрата Ахметова “Красный верблюд”, Анны Батуриной “Фронтовичка” и Киры Малининой “Lenn_on”, хоть и совершенно разные по тематике и материалу, имеют много общего. Все они написаны на материале, далеком от реальности: психоаналитического бреда у Ахметова, исторического прошлого у Батуриной, биографии Джона Леннона у Малининой; и все содержат элемент абсурда — именно он движет действие и держит интерес к сюжету во всех трех пьесах. Уж не знаю, зачем понадобилась юной Анне Батуриной фактура конца Великой Отечественной войны и первых послевоенных лет для трагикомического сюжета, но одно высказывание ее героини кое-что проясняет: “В войне люди не побеждают, и страны не побеждают. Просто наступает новый день, и он такой солнечный, что можно, наконец, вынести на улицу и высушить все подушки, валенки, перины, поставить граммофон на подоконник и услышать Бетховена. Побеждают не люди, не страны, а Бетховен”.

Решение составителей соединить под одной обложкой с рассказами драмы, а не повести или эссе, мне кажется неудачным. То ли среди рассказов нет ярких, то ли они пропали на фоне драм.

Поколение “Я”. Эссе и стихи. — М.: Независимая литературная премия “Дебют”, Гуманитарный фонд Андрея Скоча “Поколение”, 2010.

Раздел “Эссе” открывает плач по деревне Екатерины Кочетовой, в котором ценна живая эмоция, а все остальное, к сожалению, взято от классиков жанра: мифологизация образа любящей человека деревни, оппозиция “деревня — город”, непременная бабушка, ждущая внуков на каникулы, и т.п. Продолжается раздел рецензиями Елены Погорелой, опубликованными в центральной периодике, а заключает его самоанализ юных представителей среднего класса, выполненный от имени всего поколения Евгением Табачниковым, — здесь много любопытного.

Поэтическая часть сборника порадовала. Алексей Кащеев интересно работает с жанром баллады, при этом стихи живые; Дмитрий Машарыгин производит экспрессивные опыты с речью, на мой взгляд, удачно; своеобразие Екатерины Соколовой, представительницы народа коми, заключается в элегантном сочетании двух культур, своей и русской, и только стихи Кирилла Корчагина показались мне литературно-культурными, не содержащими индивидуальной реальности.

Международный конкурс молодых российских поэтов зарубежья “Ветер странствий” под патронатом княжны Елены Волконской. — Рим, 2010.

Итоги римского конкурса молодых — от 19 до 35 лет — русскоязычных поэтов зарубежья за 2009 и 2010 годы. В жюри прошлого года — поэты, редакторы, филологи: Владимир Салимон, Александра Петрова, Даниил Чкония… Тем не менее среди вышедших в финал участников 2009 года нет никого, о ком можно было бы поговорить как о подающем надежды поэте, среди финалистов 2010 года способной мне показалась только Юлия Драбкина из Израиля.

Путь мастерства. Сборник поэзии и прозы. Составление: Спиридонова А.М., Великанова Ю.А., Князев С.В., Снитенко Л.М. — М.: Локус Станди, 2010.

Сборник представляет творчество преподавателей и слушателей Высших литературных курсов Литературного института им. А.М. Горького. В него по принципу выставки достижений вошли произведения разных жанров, от рецензии до лирического стихотворения, написанные в разные годы людьми, объединенными институтом, в котором получили дополнительное образование, — на ВЛК принимают людей, окончивших негуманитарные вузы. Поэтому, наверное, уровень большинства участников заставляет вспомнить сборники, которые выходят в литературных кружках негуманитарных вузов.

Александр Рогов. Глупость окрыляет. Рогалики. — М.: Литературная Россия, 2010.

“Рогалики” — жанровый подзаголовок, жанр представляет собой афоризмы А. Рогова, чем они отличаются от просто афоризмов — я не поняла. Есть удачные, есть неловкие, удачных больше, книгу читать интересно. Правда, в ней есть еще что-то чудовищно стихоподобное — этого автору точно лучше не делать.

Вадим Муратханов. Испытание водой. — М.: Воймега, 2010.

Пятая книга стихотворений поэта Ташкентской школы. Ему хорошо удаются знойные пейзажи с проблесками воды и метафизические картины восточного быта:

(…) Плоды разбились всмятку, переспев.
Едят их мухи, муравьи и осы.
Читает мать молитву нараспев,
А Сабутхон-ака все воду носит.

Анна Клятис. Синкопа. Стихи 2007—2009 годов. — М.: Э.РА, 2010.

Очень спокойные стихи мастеровитого стихотворца. Анна Клятис любит фольклорные образы и классическую завершенность, создает красивые композиции из поэтического инвентаря прошлых веков и явно получает от этого удовольствие.

Александр Мельник. Лестница с неба. — Харьков: Майдан, 2010.

Поэт живет в Бельгии с женой и котом — лучшие строки связаны именно с ними. Поэтому такое прозрение: “Слово — там, где ты живым еще не был” — и удивляет, и заставляет ждать нового качества от новых стихов.

Евгений Яночкин. Отголоски. Стихотворения 1976—2010. — М.: ПолиграфМастер, 2010.

Самое интересное в книге — предисловие “Моя история и география”, историческая часть. Родина автора — казачья станица в Минусинской котловине, предки — неординарные люди, совершавшие непростые поступки: ссыльный питерский рабочий, основавший род матери, взорвал себя в лесу на гранате, когда узнал о революции. “Было это приступом раскаяния или чем-то другим — неизвестно”. Стихи и рисунки, которыми оформлена книга, — трогательный лубок.

Павел Васильев. Дистанция. Мемуарная повесть. — М.: Квадрига, 2010.

Название этих воспоминаний — из характеристики Москвы, вложенной Грибоедовым в уста Скалозуба: “Дистанция огромного размера”. Автор, тезка крестьянского поэта, историк по образованию, ответственный секретарь и литературный редактор журнала “Московский спорт”, делает из оговорки солдафона метафору — Москва его юности превращается в пространство-время, пройденное на одном дыхании. Текст, окрашенный ностальгией по прошлому, хорош как текст и несправедлив по сути: “Хотя нынешний общепит сравнивать с прошлым — как сравнивать самолет с самокатом”, — заявляет автор и живописует обед из молочного супа, манной каши и кефира, главное достоинство которого — дешевизна. Я вот и даром не хочу молочного супа с манной кашей и могу рассказать, где можно поесть хороший шашлык из телячьей мякоти недорого — только вряд ли получится художественно…

Николай Болдырев. Лес Фонтенбло: Эссе. Внутренние ландшафты. Переводы
из Р.М. Рильке. — Челябинск: Книга, ММХ.

Философские эссе чрезвычайно насыщенного содержания. Автор, о котором в книге, увы, нет никаких сведений, хорошо знает философскую традицию и историю, при этом углублен в специфику русского мыслительства.

“Программным” мне показалось эссе “Этический танец Швейцера”, в котором автор создает сложный этико-эстетический концепт этического танца, справедливо не соглашаясь с критиками Швейцера, упрекающими его в “теоретичности”, но в свою очередь формулируя спорные положения: “Всякий грешник исходит в действии из инерционно-массовидной системы готовых умственных предвзятостей, шаблонов “греха”” (с. 386). Чтобы не согласиться с этим, достаточно вспомнить свои детские поступки или просто понаблюдать за детьми, без всяких “умственных предвзятостей” творящих вперемежку добро и зло, — грешное действие так же имманентно человеку, как и доброе.

Оригинальные эссе дополняют переводы малой прозы Рильке (из книги “Рассказы о Боге”), к которому у автора особый интерес в силу особого отношения Рильке к России и точного понимания многих ее особенностей.

Французский ежегодник 2010: Источники по истории Французской революции XVIII века и эпохи Наполеона. — М.: Квадрига, 2010.

Научное периодическое издание, в 2009 году отметившее 50-летие выхода в свет и 10-летие возобновления, оказалось на грани закрытия “из-за последствий экономического кризиса”, но выжило, сменив издательство, формат и многое другое. В выпуске 2010 года представлены эпистолярии и комментарии русских свидетелей Французской революции П.А. Строганова и Б.В. и Д.В. Голицыных (публикации А.В. Чудинова и В.С. Ржеуцкого), фрагмент хроники Никула ат-Турка о Египетском походе Наполеона — важный источник, показывающий арабский взгляд на события (публикация Е.А. Прусской) и другие интересные материалы.

В.Г. Гельбрас. Экономика Китайской Народной Республики: курс лекций в двух частях. — М.: Квадрига, 2010.

Китайское экономическое чудо разбирается в этой книге в разных контекстах и аспектах. Много внимания уделено истории вопроса: в первой части рассматриваются этапы развития экономики Китая с 1949 года, так как “прошлое не исчезает, а в той или иной форме накладывает неизгладимый отпечаток на последующие события”, считает автор. Провозглашение республики, “Большой скачок”, “Культурная революция”, а затем, с исторического пленума ЦК КПК 1978 года, — политика “реформ и открытости”. “К началу 1980-х годов экономика представляла собой плохо организованное государственное хозяйство”, но переход в деревне от подобия наших колхозов к подворному хозяйству быстро дал свои плоды, а в городе стала формироваться гибкая банковская система, для каждого района своя — в зависимости от экономической ситуации… Все это чрезвычайно интересно написано, без лишней терминологии, снабжено таблицами и графиками, сделаны важные оговорки о слабой разработке понятийного аппарата — все привычные нам понятия здесь можно употреблять с большими натяжками, а для целого ряда явлений у нас нет названий, так как нет аналогий в нашей культуре — настолько Китай особая цивилизация. Курс читается в Институте стран Азии и Африки МГУ, но вполне доступен для самостоятельного освоения.

Национальная гуманитарная наука в мировом контексте. Опыт России и Польши. Перевод с польского: Н. Кузнецов. — М: Издательский дом Госуниверситета — Высшей школы экономики, 2010.

Сборник-монография международного коллектива авторов, среди которых профессора Варшавского университета и сотрудники ГУ ВШЭ, РГГУ и Института психологии РАН, — осмысление польскими и российскими гуманитариями своего вклада в мировую науку. В предисловии И. Савельева анализирует саму потребность такого осмысления учеными восточноевропейских стран, название первой польской конференции на эту тему — “Присутствие и отсутствие Польши в мировом гуманитарном научном дискурсе” — говорит само за себя. Основные проблемы: преодоление “провинциализма” — наследия многолетней политической изоляции — и рецепционизма, то есть комбинирования “инноваций” из плохо усвоенных или устаревших чужих идей. Статьи распределены по разделам: Классическая филология, Литературоведение и языкознание, История, Ориенталистика, Философия, Психология, Социология и право, Экономическая наука.

Фридерик Шопен глазами россиян. Антология. Составление, перевод, примечания, вступительное слово: Гжегож Вишневский. — Варшава: Национальный институт Фредерика Шопена, Государственный издательский институт, 2010.

“Сей сочинитель, уже прославившийся в Париже, еще у нас неизвестен”, — писала в 1834 году “Северная пчела”... Составитель и переводчик этой двуязычной антологии — на каждом развороте текст по-русски и по-польски — проследил историю русской шопенистики от ее зарождения в начале XIX века и первых печатных откликов, когда русские музыковеды оценили Шопена как ведущего представителя музыкального романтизма, до сегодняшнего дня, когда существует Шопеновское общество, конкурс и фестиваль им. Шопена и, наверное, нет чаще исполняемого нашими пианистами зарубежного автора.

Болгары в России. По страницам российской печати XIX века. Составление, предисловие и примечания: И.Ю. Мельникова: — М.: Центр книги им. М.И. Рудомино, 2010.

Сборник разножанровых текстов, условно обозначенных составителем как “болгарские письма”, написанных болгарами, в XIX веке жившими в России.

История “болгарского вопроса” тянется с русско-турецких войн XVIII века, тогда же на юге России появилась первая диаспора болгар, бежавших от османских притеснений. В XIX веке в России и Европе развивается научный интерес к истории и культуре балканских славян (в основе которого лежат политические интересы), и русская печать начинает публиковать болгарских авторов.

Сборник открывается письмами Ивана Деконглу (Иван Ненов Денков), коммерсанта и мецената, в 1844 году внесшего в фонд МУ сумму, проценты с которой шли на стипендию студентам-болгарам, еще известного тем, что повез на лечение в Прагу от чахотки Николая Катранова — прототипа Инсарова из “Накануне”… Биографии участников бывают увлекательнее самих публикаций, но задачей сборника и является представление личностей, а не текстов. Но и интересных текстов, чаще всего мемуарно-автобиографических, в книге немало.

Мария Стефанова Николова. Русская книга в Болгарии (1878—1912). — М.: Пашков дом, 2010.

В монографии болгарской исследовательницы прослеживается история русского книгоиздания в Болгарии с момента ее освобождения от османской власти до балканских войн. Распространению русской книги способствовало и языковое родство, и благодарность болгар за участие России в их судьбе. Все это очень повлияло на становление болгарских библиотек — например, переводы мировой классики делались в освобожденной Болгарии с русского языка, а не с языков оригиналов.

Мемуары в культуре русского зарубежья. Сборник статей. Ответственный редактор: А. Данилевский. — М.: Флинта, Наука, 2010.

Материалы международной конференции, проведенной в Москве в 2008 году силами Дома Русского Зарубежья им. А. Солженицына и кафедрой русской литературы Таллинского университета, хороши игрой контекстов, в которых рассматривается жанр. Открывающий сборник Ф.П. Федоров (Даугавпилс), статья которого “Мемуары как проблема” выполняет роль предисловия, считает, что от литературного и исторического контекста исследований мемуаров пора повернуться к “структурно-поэтическим исследованиям ego-словесного феномена”. Н.В. Ликвинцева (Москва) будто возражает ему, рассматривая воспоминания Матери Марии “в контексте ее художественного творчества и богословской мысли”, а М.Г. Литаврина, исследующая мемуары актрис, неизбежно выходит на аспект субъективности: “было или не было?”. Для меня в этом сборнике самым интересным оказалось выступление Е.Н. Проскуриной из Новосибирска “Протоиерей Александр Шмеман как диарист” — радует, что наследие о. А. Шмемана, чрезвычайно сложный, но и благодарный для исследователя материал в силу специфики занятий автора, находит своих исследователей.

Александр Арнштам. Воспоминания. Перевод с французского: М.Ю. Герман. Научная редакция и комментарий: О.А. Коростелев. — СПб.: Издательство им. Н.И. Новикова, 2010.

Живописец-мирискусник, график, один из первых художников кино и один из создателей “отважной эстетики Новейшего времени”, как определяет в послесловии его значение М. Герман, Александр Арнштам (1880—1969) начинает свои мемуары с детства и юности, проведенных в Москве конца XIX века, — счастливейшего времени жизни. Дальше — слом эпох, девять месяцев в тюрьмах ЧК: “Допросы тяжелые и длинные, и днем, и ночью. Потом следователь “записывает” все то, что вы сказали, но читать не дает. Он может написать, что захочет. Но вы подписываете это внизу. В ту пору это было так!”… Потом, с 1921 года, — путь большинства русских эмигрантов: Берлин, затем Париж. Как справедливо отмечает М. Герман, Арнштам — “нечастый пример художника-интеллектуала”. Его мемуары отличают вдумчивость и литературная одаренность. Издание богато иллюстрировано и хорошо откомментировано.

Георгий Иванов — Ирина Одоевцева — Роман Гуль: Тройственный союз. Переписка 1953—1958 годов. Публикация, составление, комментарии: А.Ю. Арьев, С. Гуаньелли. — СПб.: Петрополис, 2010.

В основе издания — архив Р. Гуля, хранящийся в Йельском университете (США): письма четы Ивановых, написанные от руки, и машинописные копии ответов Р. Гуля. Началась переписка с разведки Г. Ивановым возможности опубликоваться в “Новом Журнале”, а развилась в эпистолярное общение редкой информативности и занимательности. Чтение чрезвычайно интересное и, так сказать, острое — публикаторы не зря напоминают о разумности полувековой дистанции от написания “человеческих документов” до возможности их огласки. “Редактор редкая сволочь, тупица, дурак и к тому же “предатель”. Ссорит всех со всеми, кого можно унизит, кому требуется вылизать ж. — его стихия”, — пишет Г. Иванов об историке С. Мельгунове, авторе легендарного труда “Красный террор”, возглавлявшем журнал “Возрождение”, в ответ на куда более мягкий выпад Гуля в его адрес…

Переписка подробно откомментирована и снабжена именным указателем.

И.А. Бунин и его окружение. К 140-летию со дня рождения писателя. Составление: Т.Н. Бонами и др. — М.: Русский импульс, 2010.

Юбилейное книгоиздание, наверное, может быть глуповатым, даже если адресуется научной общественности и претендует на вклад в буниноведение: научные материалы в сборнике соседствуют с лирическими выступлениями, достойными грифа “для среднего школьного возраста”.

Дни и книги Анны Кузнецовой

Редакция благодарит за предоставленные книги Книжную лавку при Литературном институте им А.М. Горького (ООО “Старый Свет”: Москва, Тверской бульвар, д. 25; 694-01-98; vn@ropnet.ru); магазин “Русское зарубежье” (Нижняя Радищевская, д. 2; 915-11-45; 915-27-97; inikitina@rоpnet.ru)

Версия для печати