Об авторе | Максим Альбертович Амелин родился в 1970 году в Курске. Занимается издательской деятельностью. Автор трех книг стихов. Живет в Москве. Предыдущая публикация в “Знамени” — №6, 2008 года.

 

Максим Амелин

Простыми словами

* * *

День весенний среди зимы,
самовластно взятый взаймы
у наследницы без возврата,
весь прозрачный и золотой,
ослепительной теплотой
озаряющий таровато,
чрезъестественный, вширь и ввысь
по-над мёрзлой землёй продлись!

Гость из будущего захожий,
синеваторозовокожий,
вместо серости на свету
повторяющий многократно,
на мазки распавшись и пятна,
разноцветную пестроту,
не спеши в разверстую бездну, —
я же вслед за тобой исчезну!

Победная песенка

        Старая распустила
        яблоня пышный цвет! —
Откуда на склоне лет
взялась молодая сила
                и весенняя
                жажда нравиться?

        Белая пена кружев
        дряблых ветвей кору
скрывает, но на ветру
истреплется, обнаружив
                знаки возраста
                настоящего.

        Вверх от корней направясь
        трухлым стволом, вода
не сможет налить плода:
осыплется наземь завязь, —
                пусть останется
                хоть единственный!

* * *

                        В смутные времена
      раздоров и потрясений,
            когда разъярённое тело,
кивая на дверь, загостившуюся
                  вон душу выталкивало,
воззвал я простыми словами:

                        “Господи, помоги,
      в лихой беде не остави,
            пусть тем, кто меня проклинает
и кто на меня наговаривает,
                  вернутся их собственные
            проклятия и наговоры”.

                        Прошлое — впереди,
      оглядываясь, в грядущем
            известное вижу, но знаю:
однажды молитва подействовала,
                  и, если понадобится,
            усилится вдвое, нет, втрое.

* * *

Кто губительной силы Твоей
      на себе не испытывал
и целящей не чувствовал мощи,
объяснить невозможно тому,
      бесполезно доказывать,
хрусткий воздуха куст сотрясая,

что пловец, безущербно прошед
      по волнам необузданным
на челне человеческой речи
меж звенящих высот и глубин
      до внезапного, Господи!
брега, верой в скорбях утвердится,

самым преданным станет рабом,
      ибо карам и милостям
есть предел, полагаемый свыше, —
легче выплыть, трудней утонуть,
      но без соли, без горечи
пресной может спасения сладость

показаться. — Случайным словам,
      в беспорядке расставленным,
напрочь связи лишённым позвучной
и помысленной, полня меня,
      изнутри распирающих
ощущений не выразить точно.

* * *

Как после трёх урожаев пожатых поле
должный под паром выстаивается срок
в праздности сорняковой и произволе; —
словно до новой овчее стадо впрок

стрижки волну нагуливает, обрастая; —
точно по осени плавно течёт на юг,
обезголосев, пернатая певчих стая,
дабы ворваться в оглохший от воя вьюг

за зиму с песнью свежей простор, — подобно…
Хватит сравнений развесистых! — Ни одно
выразить мысль простейшую не способно:
кто безупадочен, тот не создатель, но

лишь исполнитель, творящей лишённый силы,
и не дерзает заданность побороть,
кровью заёмной свои наполняя жилы,
собственной миру являя чужую плоть.