Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Знамя 2006, 12

Анна Кузнецова

Виктор Пелевин. Все повести и эссе. — М.: Эксмо, 2005.

Виктор Пелевин. Все рассказы. — М.: Эксмо, 2005.

Классиками сегодня становятся быстро — за каких-нибудь десять-пятнадцать лет. Как раз четырнадцать лет и прошло от первой заметной публикации Пелевина (повесть “Омон Ра”, “Знамя”, 1992, №5) до полного собрания сочинений, которое началось в прошлом же году в “Эксмо” с “Раннего и неизданного”. Для меня главный признак хорошей прозы — присутствие в тексте индивидуальной философии, нажитой осмыслением личного опыта. Поэтому собрание Пелевина у меня есть.

Александр Хургин. Кладбище балалаек. — М.: Зебра Е, 2006.

Сборник прозы (две повести и рассказы) писателя, умеющего иронизировать светло — на грани с юмором, а не сарказмом. Странно, но в периодике миниатюры Хургина смотрятся более выигрышно, чем в книге, — видимо, юморески — жанр штучный.

Игорь Сахновский. Счастливцы и безумцы. Повесть и рассказы. — М.: Вагриус, 2005.

Роман “Насущные нужды умерших” и некоторые лирические новеллы из этой книги публиковались в периодике. В целом это писательское расследование случайных связей, счастливых — хотя бы на миг — и безумных, потому что ум тут ни при чем. Случайность встроена в любую нормативную судьбу, чудо является совершенно обычным людям, любовь — мистическое переживание, доступное каждому человеку, — Сахновскому, как никому, удаются эротические описания. Книгу украсил неизбежный аннотационный штамп: все книги рассказов о любви непременно сравнивают с бунинскими “Темными аллеями”.

Дмитрий Новиков. Вожделение. Повесть в рассказах. — М.: Вагриус, 2005.

Издательский ход, предпринятый в коммерческих целях, — выдать сборник рассказов за цельное произведение — пополнил жанр повести множеством не имеющих к нему отношения новинок. И здесь все в точности наоборот: большинство рассказов Новикова внутренне объемны, поэтому тяготеют к жанру повести каждый в отдельности. Лучше всех определил это их качество первый издатель Новикова А. Житинский, увидевший в этой прозе “проекцию частного, бытового на вселенский, космический порядок”.

Павел Вадимов. Лупетта. Роман. —
М.: РИПОЛ классик, Престиж книга (Живая линия), 2005.

Homo homini lupus est… Поэтому, наверное, девушка, которую выдумывает, цепляясь за жизнь, герой, умирающий от рака, — волчонок. Он, умирая, ищет, что же в его жизни было ценного… А она не хочет стать этой самой ценностью, оправдывающей его жизнь, оставаясь именем, словом. Как ни настойчив герой в своем пигмалионизме, сколько ни переливает он ей литературной крови, доходя порой до таких стилистических жертв, которые иначе как пошлостью не назовешь, — живее она не становится.

Антон Уткин. Приближение к Тендре. Повести и рассказы. — М.: Ясная Поляна, 2005.

Основной конфликт прозы талантливого стилиста, работающего в чеховской традиции, сформулировал герой Достоевского. Мысль о том, что природа равнодушна к человеческим драмам, выражена здесь через контраст описаний природы и действий (точнее, бездействия) героев, будто подавленных красотой и величием мира, в котором они так ничтожны и бессильны.

Сергей Матюшин. Плохая музыка (Добрая весть). — Уфа: Китап, 2005.

Философская и фантастическая проза, то живая — тогда читать интересно, то притчеобразно-символическая. Автор — активный участник критического журнала “Гипертекст” (см. ниже).

Александр Климов-Южин. Чернава. Стихотворения. — М.: Б.С.Г.-Пресс, 2005.

Стихи исключительно предметны, бытие лирического “я” дается в форме деловитых сообщений: “я вышел”, “прохожу”, “любуюсь”... Иногда жесткий контур прощупанного словом предмета прорывается — так человек и дерево могут стать сообщающимися сосудами: “Я выдыхал, оно вдыхало, / А выдыхало — я вдыхал”.

Вера Горт. Вещи и вещицы. — М.—Тель-Авив: Издательское содружество А. Богатых и Э. Ракитской (Э.РА), 2005—2006.

Бо┬┬льшую часть книги в 450 страниц занимают переводы — немного с грузинского, в основном — с иврита. Довольно ловкие. Оригинальные стихи — размашистые, экспрессивные — выдают увлечение поэзией Марины Цветаевой.

Александр Тимофеевский. Письма в Париж о сущности любви. —
М.: Дом-музей Марины Цветаевой, 2005.

Сборник избранного с 1950-х годов. Лирический герой Тимофеевского — шансонье из богемных низов, который смотрит наивно, поет хрипло, но так ловко рифмует и так закручивает мысль, что поверхностный треп на грани с графоманией вдруг оборачивается поэзией. Разобрать прием трудно, повторить невозможно, поэтому у Тимофеевского очень узнаваемый голос.

Андрей Нитченко. Водомер. Стихи и записные книжки. Составление и предисловие:
Ю. Беликов. — М.: Алгоритм, 2005.

Первая книга молодого поэта, обратившего на себя внимание благодаря участию в липкинском Форуме молодых писателей и в молодежной премии “Дебют”. В отличие от бурного потока молодежных виршей, при всем их пестром разнообразии очень похожих друг на друга — это со всей очевидностью демонстрируют и дебютовские, и липкинские сборники, — поэзию Андрея Нитченко формировала не рок-культура, а русская классика. Своеобразие этого голоса — в счастливом сочетании неожиданной образности, ясности поэтической мысли и высокой культуры стиха. В книгу включены фрагменты записной книжки, позволяющие видеть, как творческое наитие становится поэтическим профессионализмом.

Сергей Васильев. Бересклет. Стихотворения. — Волгоград: Издатель, 2005.

Стихи ловкие и симпатичные взволнованной интонацией. Несколько мертвит их библейская образность, которой они перенасыщены, а покорное движение за логикой рождающей их мысли приводит к тому, что поэтических открытий немного, больше адекватно переданных настроений.

Анар. Сочинения. В 3-х тт.: Том 1: Проза; Том 2: Проза, Том 3: Проза. Предисловие: Чингиз Айтматов. — Баку: ЮРД, 2005.

Азербайджанский советский писатель-шестидесятник, публиковавшийся еще в “Новом мире” Твардовского, в новом Азербайджане стал депутатом парламента, председателем комиссии по культуре, председателем союза писателей… Его рассказы и повести — “городская проза” 60-х, своеобразие которой придает национальный колорит — детали, утепляющие узнаваемый советский быт. Это собрание сочинений Анара на русском — работа многих переводчиков, как русских, так и азербайджанцев. “Все спят. Но спят мятно, тревожно”. Кто бы ни спутал “маятно” и “мятно”: Сиявуш Мамедзаде, переводивший рассказ 1964 года “Наутро после той ночи” о событиях 1937-го, или корректор данного издания — подобные ошибки скорее умиляют, чем раздражают.

Фланнери О’Коннор. Мудрая кровь. Перевод с английского. —
СПб: Азбука-классика, 2005.

С маленькой книжкой коротких рассказов О’Коннор (М.: Международные отношения, 1980) многие до сих пор практикуют английский. На русский было переведено несколько рассказов из двух ее сборников, прижизненного “Хорошего человека найти нелегко” и посмертного, название которого в этой книге — “На вершине все тропы сходятся” (есть еще громоздкий, но более точный перевод — “Все, что поднимается ввысь, должно сойтись воедино”. Я бы перевела еще более коротко и небуквально — “Все там будем”: в рассказе, по которому назван сборник, описана бытовая сцена, где люди ненамеренно оскорбляют друг друга своим поведением, принадлежа к разным мирам — расам, поколениям. Когда женщина, ехавшая в автобусе с недовольным сыном, умирает прямо посреди улицы, оскорбленная в лучших чувствах негритянкой, в свою очередь оскорбленной, — сын узнает, что от оскорбления можно-таки умереть).

Теперь мы можем поставить на полку работу двадцати переводчиков — полное собрание прозы О’Коннор в одном томе с выразительным оформлением: два романа, два сборника и семь рассказов, не вошедших в сборники.

Б. Травен. Корабль мертвых. История одного американского моряка. Роман. Перевод с немецкого: Г. Прашкевич. — Новосибирск: Свиньин и сыновья, 2006.

Тридцать лет, с 1928 по 1958 год, приключенческие романы этого писателя расходились в Америке и Европе миллионными тиражами, по ним снимались фильмы, а о писателе никто ничего не знал, кроме того, что жил он в Мексике, в штате Чьяпас, среди индейцев, — да и то никто не может сказать, не легенда ли это. С издателями он общался только по почте, никогда не звонил и не встречался. “Журналистские расследования” выдавали одну версию за другой: немец, чех, бывший русский князь, потомок Гогенцоллернов, Джек Лондон, симулировавший самоубийство…

Роман о скитаниях американского моряка по Европе новосибирский издатель Свиньин полюбил в детстве, а теперь переиздал в полном переводе.

Д. Святополк-Мирский. История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Перевод с английского: Р. Зернова. — Новосибирск: Свиньин и сыновья, 2005.

Одно из самых замечательных переводных изданий последнего времени.

Литературный критик Серебряного века, эмиграции, а затем русского зарубежья, ставший реэмигрантом и погибший в ГУЛАГе, написал на отличном английском историю русской литературы для студентов Лондонского университета, где в 1920-х годах он читал лекции по этому предмету.

Впервые книга вышла двумя томами в 1925—1926 годах, с тех пор переиздается каждые несколько лет, вот уже восемьдесят лет в Англии учат русскую литературу именно по ней. На русском она вышла в Лондоне в 1992 году в издательстве OPI — это издание и перепечатал новосибирский издатель. Первый тираж сразу продался, допечатка 2006 года скоро поступит в продажу.

Кристиаан Л. Харт Ниббриг. Эстетика смерти. Перевод с немецкого: А. Белобратов. — СПб: Издательство Ивана Лимбаха, 2005.

Эстетический аспект смерти — проблема невозможности выразить на языке искусства окончание жизни, повторить умирание средствами мимесиса.

Автор, швейцарский профессор, разбирает литературные, изобразительные и музыкальные метафоры, обходящие по замкнутому кругу этот неотображаемый предмет. Удивляет в этой искусствоведческой работе чрезмерная литературность стиля: сам автор увлекается иносказанием настолько, что разговор об эстетике смерти выглядит таким же вызовом науке, как разговор о смерти — искусству.

Альберто Моравиа. Аморальные рассказы. Перевод с итальянского: Г. Дозмарова. — СПб—Москва: Лимбус Пресс, 2005.

Впервые на русском — рассказы Моравиа о сексуальных аномалиях: лесбиянках, медсестре-извращенке, муже, влюбленном в умершую жену, и т.п. Неизбежное сравнение в аннотации с “Темными аллеями” не миновало и это издание.

А.А. Дельнов. Торгаши: риэлторы, книжники, сутенеры. — М.: Алгоритм, 2006.

В книге — три документальные повести, соотносимые с популярным в XIX веке жанром физиологического очерка, объединенные временем действия и ситуацией: перестройка, резкий слом привычного бытования, постигший человека средних лет. Кто-то начинает торговлю книгами, кто-то — собой или другими, кто-то — квартирами. Все это — в условиях криминальной страны, законы которой только оформляются.

Автор умен и наблюдателен, у него доброжелательный взгляд на мир, читать его интересно.

Борис Вайсберг. Статуэтка Пушкина: Помню своих учителей. Издание 3-е, дополненное. — Екатеринбург: Банк культурной информации, 2005.

Книга памяти, время от времени переиздаваемая с дополнениями, посвящена школьным учителям города Семипалатинска, у которых автор в конце 40-х учился языкам, истории, математике, а главное — интеллектуальной и человеческой культуре. Все это были репрессированные интеллигенты.

Геннадий Селиванов. Дорогие мои робинзоны: Интервью, зарисовки, очерки. — Березники: ИПК Звезда, 2005.

Сборник газетных публикаций о людях нестандартной судьбы из российской провинции: о человеке, живущем на необитаемом острове под Соликамском, о слепой биатлонистке, о “морже”…

Автор — лауреат областных (Пермская область) конкурсов журналистского мастерства, очерк “Соликамский робинзон” из этой книги принес ему премию Союза журналистов России.

Елена Макарова, Сергей Макаров. Крепость над бездной. Я — блуждающий ребенок. Дети и учителя в гетто Терезин, 1941—1945. — М.: Мосты культуры, 2005.

Второй альбом четырехтомика “Крепость над бездной” (рецензия на первый том — Артем Каратеев. “Здесь можно было бы жить…” — Знамя, 2004, №3) посвящен в основном детям Терезина. Издание производит сильнейший публицистический эффект, обходясь без прямого пафоса. Поразительные по трагизму документы — записи, стихи и рисунки обреченных — сами за себя говорят.

“Тайное становится явным”: Мемуары сотрудников советской внешней разведки и литература о них: Биобиблиографический справочник. Авторы-составители: С.П. Бавин, Л.Г. Бардонова. — М.: Пашков Дом (Автор, книга, судьба), 2005.

В первом разделе “Ориентировка” — аннотированный обзор книг по истории советской внешней разведки, в подавляющем большинстве вышедших за последние 10—15 лет, и только две из них — художественно-документальные повести дуэта А. Азаров и В. Кудрявцев о доблестных советских разведчиках-нелегалах в годы Второй мировой войны — изданы в 1972 году. Раздел “Персоналии” — биобиблиографические очерки о разведчиках, писавших мемуары. Здесь тоже два исключения: Рудольф Абель (В. Фишер) и “кембриджская группа” мемуаров не оставили, но справочник по этой теме без их присутствия оставить авторы не решились. Книга снабжена всеми нужными указателями.

Игорь Бунич. Золото партии. — М.: Яуза, Эксмо, 2005.

Первые сто страниц книги — прелюдия революции 1917 года. Концепция русской истории здесь такова: пятьсот лет в государстве Российском идет война власти с народом. От начала Московской Руси правители здесь ставят свой народ в такие условия, чтобы все его силы уходили на борьбу за выживание.

Еще триста страниц посвящены советской власти. Сильно, страстно, с комментированными доказательствами в виде выдержек из ленинских приказов и множества других документов автор доказывает, что вождь и партия вели себя в родной стране как оккупанты. Главной их опорой было сознание пролетариата, который не имеет родины, а также немецкие деньги, заплаченные Ленину с соратниками за позорный Брестский мир.

Книга переиздается с 90-х, поэтому конечные выводы в ней устарели. Тот, например, что американский доллар стер рубль в порошок и оккупирует весь мир. Мир сегодня меняется слишком быстро, и при переизданиях книг, подобных этой, хорошо бы учитывать последние события.

Протоиерей Георгий Эдельштейн. Записки сельского священника. —
М.: Издательство РГГУ (История и память: очевидцы), 2005.

Не убоявшись народной мудрости “Кто старое помянет, тому глаз вон”, православный священник поднимает тяжелые для РПЦ вопросы, касающиеся ее советского прошлого — прежде всего сотрудничества с КГБ. Оспаривая позицию компромисса с безбожной властью ради спасения церкви в тех условиях, о. Георгий приводит исключительно убедительный аргумент: “Нельзя заключить сделку с диаволом на 17% души, чтобы спасти остальные 83%”.

Российская национальная библиотека и отечественная художественная культура: Сборник статей и публикаций. Выпуск 3. Составитель: О.С. Острой. — СПб: Российская национальная библиотека, 2005.

Сборник исследований, связанных с фондами Императорской Публичной библиотеки (теперь — РНБ), с 1795 года бывшей одним из главных российских культурных центров. Самый любопытный материал для чтения — статья Л. Кильдюшевской “Планы городов: от книжной иллюстрации к атласу” об эволюции пейзажных иллюстраций в географические издания.

Бунин и Кузнецова. Искусство невозможного. Дневники, письма. Составление и предисловие: О. Михайлов. — М.: ГрифонМ, 2006.

Письма, по всей вероятности, выйдут вторым томом этого издания, выполненного при помощи навыков кройки и шитья: кусочек “Грасского дневника” Галины Кузнецовой подшит к корпусу прозы Бунина, отнюдь не только дневниковой. Артефакт “Комментарии” присутствует здесь, видимо, в подтверждение статуса ведущего специалиста, коим является составитель.

Марина Цветаева. Вадим Руднев. Надеюсь, сговоримся легко. Письма 1933—1937 годов. Составление, подготовка текста, примечания: Л.А. Мнухин. Предисловие: В.К. Лосская. — М.: Вагриус, 2005.

Литературоведческий сюжет “Цветаева и Руднев” не столь привлекателен для широкого читателя — любовной истории здесь нет. Есть история писательско-редакторских взаимоотношений, всегда трудных, потому что автор, особенно поэт, не хочет понимать словосочетания “объективная реальность”, к которому восходят аргументы редактора, касающиеся денег, сроков публикации и журнальных площадей. Поэт же, при всей невыносимости характера, — личность харизматическая, верить будут ему…

В возглавляемых Вадимом Рудневым и Марком Вишняком “Современных записках” — журнале, выпустившем семьдесят номеров в Париже с 1920 по 1940 год, уникальном по количеству оригинальных публикаций, признанных впоследствии шедеврами русской литературы ХХ века, — Цветаева публиковалась обильно, практически без отбора, поэтому шедевров среди ее публикаций немного — эмигрантские годы не лучшие в ее поэтическом наследии. Вот, например, первое стихотворение подборки, вышедшей с восторженным предисловием Бальмонта в 7-м номере за 1921 год:

Мое убежище от диких орд,
Мой щит и панцырь, мой последний форт
От злобы добрых и от злобы злых —
Ты, в самых ребрах мне засевший стих.

Шедевр? Может быть… Хвала редактору, не тронувшему это “мне”.

Особенно хочется отметить аппарат издания: Цветаевой повезло, как мало кому: книги, подготовленные Львом Мнухиным, переделки не требуют.

Рюрик Ивнев. Богема. Составление, предисловие, примечания: Н. Леонтьев. —
М.: Вагриус, 2005.

А вот эту вагриусовскую книгу за качество издания похвалить трудно — она практически без аппарата, подготовлена чрезвычайно неряшливо, и то, что здесь впервые опубликованы несколько текстов, ситуацию не спасает: Ивнев не из тех авторов, которых нужно издавать несколько раз. А переделывать работу Н. Леонтьева кому-то придется.

Гипертекст. Критический журнал. — Уфа, 2006.

С 2004 года в Уфе брошюрой в стильном черно-белом оформлении издается вполне профессионально сделанный журнал культурного реагирования. Учредитель и издатель — ООО “Агентство “Акулы пера”. Главный редактор — Кристина Абрамичева. Рубрики: Культурная жизнь, Издатель — читателю, Полемика, Критик как художник, Антимиры науки, Издательский дом, Типографика, Кинокритик, Музычка, Человейник, Эссеист, Мониторинг. Какие из них постоянные, имея единственный номер (2005, №3), сказать не могу. Если уфимцы пришлют еще парочку номеров — получат развернутую рецензию. Объем — 36 полос. Тираж не указан.

Иные берега: Альманах Объединения русскоязычных литераторов Финляндии. Выпуск 3. Составитель: Е. Лапина-Балк. — СПб: Геликон Плюс, 2005.

Выступая от редакции, Соломон Кагна открывает выпуск полемическим заявлением: “Среди русскоязычной прессы альманах “Иные берега” выделяется тем, что в нем представлены произведения именно художественной литературы”. Потом утверждает, что в Объединении русскоязычных литераторов Финляндии сложилось “совершенно новое уникальное явление — финская русскоязычная литература”. И обещает написать об этом обширную статью.

Честно говоря, чтение альманаха меня не увлекло, а особенностей финской русскоязычной литературы, представленной в нем, не наберется и на абзац. Главная для стихов — банальность метафорики (“Я не твоя. Я бескрылая птица. / Я никогда не смогу летать”) и выморочность тематики: многовато стихотворений о том, как пишутся стихи (или картины). Для прозы характерен уклон в очерковость.

Дни и книги Анны Кузнецовой

Редакция благодарит за предоставленные книги Книжную лавку при Литературном институте им. А.М. Горького (ООО “Старый Свет”: Москва, Тверской бульвар, д. 25; 202-86-08; vn@ropnet.ru); магазин “Русское зарубежье” (Нижняя Радищевская, д. 2; 915-11-45).

Версия для печати