Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Знамя 2005, 7

От астрологии до ясновидения

Петр Образцов. АнтиМУЛДАШЕВ. От кого произошел уфимский офтальмолог. Москва. Яуза. Эксмо. 2004.
Петр Образцов. АЗБУКА ШАМБАЛОИДОВ. Мулдашев и все-все-все… Москва. Яуза. Пресском. 2005.

Существует на удивление обширная категория людей, которые любят, когда им врут в печати или по телевидению, и чем выше градус вранья, тем крепче любовь. А за тем, чтобы она не осталась беспредметной, присматривает другая, гораздо более узкая группа специалистов по производству устного и письменного вранья. Обе группы структурированы. У одних конек — политика, у других — частная жизнь элиты, у третьих — история, от древнейшей до новейшей, у четвертых — чудеса науки и техники, у пятых — просто чудеса и т.д. Но границы, конечно, размыты, и бывают тексты, где можно найти фальшивые сенсации на любой вкус, а сенсационность — совершенно необходимое качество лжи, пользующейся спросом у ее поклонников и потребителей. На газетном, журнальном и книжном рынке такого добра хватает. Лженаука тут не в первых рядах, но уфимскому врачу Э.Р. Мулдашеву (доктор наук, действующий хирург!), поддержанному таблоидом “АиФ”, удалось раскрутить свои удивительные, мягко говоря, тексты достаточно лихо.

Противостоят этому потопу немногие. Редакторы отделов науки в средствах массовой информации — фигуры, увы, чаще всего крайне одиозные, именно они привечают авторов типа Мулдашева. Но нашлось счастливое исключение — П.А. Образцов, кандидат химических наук, отвечающий за вкладку “Наука” в “Известиях”. Он взял на себя малоприятный труд внимательно прочитать книги Мулдашева и детально прокомментировать их содержание. Получилось увлекательное и, что совсем уж неожиданно, довольно веселое чтение.

А книжки Мулдашева одно время шли нарасхват, ибо, как правильно заметил П. Образцов, “осознавать себя происшедшим от атланта или лемурийца гораздо приятнее, чем от волосатой кривоногой обезьяны”. И общую коренную причину сегодняшнего процветания авторов типа Мулдашева Образцов определяет правильно: “Главная и господствующая лженаука — марксизм-ленинизм — не терпела конкурентов. А при демократии никому не воспрещается выдвигать любые теории”. Теориями дело не ограничивается, и от некоторых эпизодов использования доктором Мулдашевым своих эзотерических концепций в хирургической практике волосы встают дыбом.

Поскольку разоблачать выдумки можно только противопоставляя им факты, книги Образцова прежде всего очень информативны. Из них можно узнать не только о том, как нигде не учившаяся Елена Блаватская, которой “довелось выступать наездницей в цирке, совершить турне по Сербии с фортепианными концертами, открыть чернильную фабрику в Одессе, торговать страусовыми перьями в Париже и разработать декор интерьера для императрицы Евгении”, сделалась духовным лидером международных оккультных обществ. И не только о том, что случилось на склоне лет с Мишелем Нострадамусом, известным врачом, получившим в Провансе заслуженную известность, уважение и пожизненную пенсию за успехи в борьбе с чумой при помощи профилактических и санитарных мер. Я, например, с удивлением узнал, что египетские пирамиды строили не рабы, а нанятые свободные граждане, объединенные в бригады и руководимые подрядчиком; что первой известной науке жертвой алкоголя был кроманьонец, живший примерно сто тысяч лет назад, — археологи, исследовавшие его останки, определили, что в состоянии опьянения, вызванного перебродившим соком подгнивших фруктов, он был растерзан хищником; что исторические сведения об Атлантиде были деформированы ошибкой Платона, который, беседуя с египетскими жрецами через переводчиков, принял иероглифическую цифру 100 за 1000, так что получившиеся чудовищные размеры этого государства, его столицы, рва вокруг нее и т.д. не влезали в Средиземное море, а потому Платон поместил их за Гибралтар, в открытый океан, и та же ошибка заставила его написать, что Атлантида погибла девять тысяч лет назад, хотя реальная катастрофа — взрыв вулкана на острове Санторин произошла за девятьсот лет до составления его хроники.

Уже первая из двух рецензируемых книг П. Образцова воспринимается как энциклопедия самых известных разновидностей лженауки. Вторая книга состоит из статей словарного типа, расположенных в алфавитном порядке и охватывающих тематику почти исчерпывающим образом. Но на один пробел хотелось бы указать. Хорошая лженаука — мертвая лженаука. Но все они удивительно живучи. Скончались, насколько я помню, пока только две, одна давно — алхимия, другая сравнительно недавно — “мичуринская биология”, точнее, лысенковская, поскольку сам И.В. Мичурин к развороту этой кровавой и разорительной для страны аферы отношения не имел. Алхимия Образцовым упоминается, а лысенковщина — нет, и, по-моему, напрасно, поскольку в деятельности Мулдашева кое-что о ней напоминает. Астрология, которая так же относится к астрономии, как алхимия к химии, процветает до сих пор — процветает коммерчески, принося астрологам большие, иногда бешеные доходы. Свою долю, более скромную, получают и “знатоки” археологии. Так, в Москве одно время продавались “цилиндры фараона” (две палочки с видеокассетой за 110 долларов!), сделанные из меди и цинка, хотя цинк, в отличие от меди, в Древнем Египте был неизвестен, этот металл открыли и научились выплавлять в шестнадцатом веке нашей эры.

Не оставлена П. Образцовым без внимания и организационная сторона активности современных шарлатанов. Так, печально известная отечественная “Академия информатизации” насчитывала вскоре после основания свыше одиннадцати тысяч членов, включая Кофи Анана, Геннадия Селезнева и Юрия Лужкова (зачисленных, понятно, заочно), а также корифеев науки Махмуда Эсамбаева и Джуну Давиташвили. На одном из первых съездов этой академии присутствовали 5600 делегатов. Все самозваные академии регистрируются у нас в качестве обществ с ограниченной ответственностью, эта формулировка как нельзя лучше соответствует их сути. В США “академии” этого типа тоже есть, самая известная из них — Нью-Йоркская академия наук, в которую, заплатив по сто долларов, вступили и многие наши доверчивые научные работники. Но американцы больше нажимают на “центры” и “лаборатории”, поскольку регистрация таких учреждений там обходится всего в семь долларов. Образцов цитирует сообщение о медиках в одном центре, которые якобы взвешивали больного непосредственно перед смертью и сразу после ее наступления и обнаружили разницу в семь граммов, “определив” таким образом массу отлетевшей души. Представляете себе картину — агонизирующего пациента доктора тащат на весы и с нетерпением ждут наступления момента смерти? В других опытах было отмечено, что растения способны реагировать на настроение “общающихся” с ними людей (пионером этого подхода можно считать Шеридана, который сделал, пожалуй, самый тонкий из известных мне комплиментов женщине, сказав своей молодой гостье: — Не выйти ли нам в сад? Я хочу, чтобы мои розы посмотрели на вас…).

А в общем, анализ результатов непальских экспедиций Мулдашева, проведенный П. Образцовым, показывает: не обязательно летать в Гималаи, чтобы понять, куда съезжает крыша мира.

Версия для печати