Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Знамя 1999, 5

«Цифровой жук»




Право на жука

“Цифровой жук”

В древности культуру содержала Система. Под этим словом можно понимать государство, партию, народ — в данном случае неважно: был “единый заказчик”. Механизм взаимодействия Системы и Культуры известен сегодняшним читателям “Знамени” из жизненного опыта, а завтрашние о нем прочтут. В мире, который мы называем цивилизованным, единый заказчик тоже уделяет непосредственное внимание Культуре, но существенно меньшее; в большей степени он заботится о ней косвенно. Не вывозит суперфосфат на поля и не сообщает каждому колосу, какого числа ему колоситься, а устанавливает льготное налогообложение производителю суперфосфата. Логика тут простая, и ее вообще полезно “взять в голову” — прямое управление выглядит проще, надежнее, быстродействие его выше, и вообще оно греет душу. Приятно отдавать указания всем колосьям. Председатель Правительства лично прибывает на место аварии на вертолете... Команда грамотных менеджеров и спасателей была бы много полезнее, да и обошлась бы дешевле. Но — увы — не было бы той помпы. Косвенное управление, посредством создания условий — это для взрослых людей, думающих о деле, а не о сюжете для TV.

Что касается культуры, то непрямое управление полезно еще и тем, что на участке от Законодателя до Культуры цепь управления, во-первых, впитывает опыт и знания людей, во-вторых, реализует это управление общественно-оптимальным образом. Простейший пример: если государство устанавливает налоговые льготы для фирм, создающих фонды по поддержанию культуры, то эти фонды, решая, что и как им поддерживать, через экспертные оценки поступивших заявок как раз и предоставляют Обществу возможность управлять созданием Культуры. Подобная система не может возникнуть быстро, и, более того, она может возникнуть только — как и многое, о чем мы мечтаем — в ходе общего прогресса и “оцивилизования” страны.

Тем более интересен опыт любых организаций, которые поддерживают культуру сегодня в России, несмотря на слабое содействие государства в этом деле. Прежде всего мотивы. Кажется, их можно углядеть три. Первый — прямая реклама. Когда в литературном журнале размещается реклама станкостроительного завода. Ну да, потребитель этих станков, может быть, и читает данный журнал. Но это все же не основное его чтение. Да и читает он его не в том настроении. Конечно, дешевизна рекламы — веский аргумент, а для культурного журнала и тысячонка — большие деньги. Второй мотив — так называемая имиджевая реклама. Когда во время концерта над сценой висит плакат, информирующий зрителей, что мероприятие поддержано городской мэрией. Так сказать, для придания человеческого облика крышевой организации города. Наконец, третий мотив: а вот захотелось! — крик души. “Запуск” культурного журнала стоит, скажем, сто тысяч, и организация с годовым доходом в три миллиона уже может сделать это просто “для души”. Разумеется, в стабильное и спокойное время, а не во время кризиса. Но не потому, что во время кризиса это дороже или сложнее, а потому, что в это время думают обычно о другом.

Некая компьютерная фирма стала некоторое время назад издавать журнал “Цифровой жук”. Фирма эта довольно известная, но поскольку она в журнале нигде не упоминается, то по-видимому, это как раз мотив номер три. Ну что ж, тем более интересно, каков крик души у организации, вкладывающей деньги в литературно-художественный журнал.

Крик души имеет небольшой формат (23 на 14 см), 156 полос и более чем яркое оформление. Вышло 6 номеров; все они имеют одинаковую рубрикацию. Примерно половину журнала занимают уже публиковавшиеся ранее на русском языке тексты — либо “общая” фантастика, либо компьютерно-кибернетического профиля. Примеры текстов первой группы (по одному из номера): Ст. Лем — “Маска”, Бьой Касарес — “Изобретение Мореля”, Дино Буццати — “Увеличенный портрет”, Э. М. Форстер — “Машина останавливается”, Клиффорд Саймак — “Сила воображения”, Мюррей Лейнстер — “Первый контакт”. Собственно, это лишь примеры — почти в каждом номере в рубрике “Файл” наличествует по три текста. Заметим, что, казалось бы, естественный вопрос о целесообразности перепечаток не возникает. Литература-то хорошая, прочесть всегда приятно. А если у меня Лем, Саймак и Борхес вон на полке стоят, так не стоят остальные. В конце концов, хоть из-за одной статьи журнал редко покупают, но из-за одной-двух “лишних” обратно на полку в магазине тоже не ставят.

Собственно, это философско-журнальный вопрос: какая доля материала в журнале должна быть интересна, чтобы человек, во-первых, купил, во-вторых, подписался, в-третьих, не отказался от подписки? Эти доли могут быть меньше, если журнал воспринимается (мечта умного редактора) как некоторое единство. Многие современные журналы воспринимаются как комплект страниц со статьями, переложенных страницами с картинками, а чаще — с рекламой. Журнал “Цифровой жук” воспринимается в большой мере как “единство”, отчасти из-за сквозного оформления — цветных полей и колонтитулов. Отчасти же из-за не очень ярко выраженного, но вполне ощутимого единства тематики.

Следующий раздел — “Память”. Это статьи по истории — шифровальных машин и шифров, роботов, радиоразведки. В этом же разделе — несколько менее к нему относящиеся статьи по истории колумбийской наркомафии и киберпанка. Первая — потому что это не “кибер”, вторая — потому что она слишком культурологическая. Впрочем, эти отклонения от монотонности не раздражают, скорее являют собой приятную неожиданность.

Раздел “Библиотека стилей”. Ну, это то, что утомленные классификаторы называют “разное”. Суть “разного” состоит в том, что оно может быть описано лишь двумя, с точки зрения философской, одинаковыми способами — словом “разное” и полным текстом. Киберпанк — не исключено — выбрал бы нечто третье: например, чередование всех слов полного текста со словом “разное”. Я пока что выбираю первое: разное — это и есть оно.

Следующий раздел — “Персона”. Статьи философов или психологов, а также некоторых философствующих граждан на темы, которые либо являются философскими, либо полагаются таковыми авторами статей. Интересных статей в этих разделах пока больше, чем неинтересных, хотя в последнем номере журнал не побрезговал тривиальным и хорошо представленным на прилавках Зиновьевым.

Раздел “Объект”. Это, собственно, небольшие фантастические рассказики; название раздела выглядит немотивированным, но, может быть, это не стеб, а просто неудачное название?

Наконец, раздел “Технология искусств”. Это — самый ясный и четкий раздел: статьи об искусстве и создателях искусства. Ну просто очень интересно читать, а еще интереснее — смотреть картинки.

В последних номерах появился раздел “База данных” о всяких интересных местах в Интернете. Это очевидно полезно; да и написано так, что даже для не имеющих модема будет интересно.

Отдельного абзаца заслуживает реклама, появившаяся в шестом номере. Как говорят молодые компьютерщики — мастдай! То есть реклама мастдай! На редкость бессмысленные изображения, хотя мне могут сказать: если ты такой ценитель, подари редакции соответствующую сумму и избавь ее от печальной необходимости...

Журнал очень интересно оформлен. Разумеется, живописи существует так много, что подобрать видеоряд можно под любую тематику. В том числе и под киберкомпьютерофантастическую. Журнал это делает вполне успешно; причем многие изображения достаточно известны — Эшер, Мондриан, Лихтенстайн, Магритт. Другие известны менее, некоторые, по-видимому, для российского читателя оригинальны. У психологов есть такое понятие — радость узнавания. Радость узнавания текстов отчасти омрачена тем, что тексты занимают место в журнале; картинки занимают мало места, но удовольствия приносят много. Не является ли это сознательным ходом редакции?

Что касается технологии, то одну претензию высказать можно — плохая проклейка корешка. С другой стороны, между пятым и шестым номерами журнал сменил типографию, а на внешнем виде это не отразилось — признак профессионализма...

Отдельный и очень — как культурологически, так и коммерчески — интересный вопрос — это вопрос о названии. “Цифровой жук” — для профана достаточно удивляющее и привлекающее внимание название; профессионал хмыкнет: жук, bug (англ.) — слово, послужившее основой для жаргонного словечка “бага” — ошибка в программе. “В этом редакторе есть такая бага, он файл больше мега не втягивает, виснет...” Поэтому в переводе с профессионального название означает “цифровая ошибка”, а если литературизировать — то “ошибка в программе”.

Журнал “Цифровой жук” ошибкой не выглядит. Более того, люди, имеющие деньги (причем свои, а не бюджетные), имеют право и на ошибку. Ибо “невидимая рука рынка” — в том числе и журнального — действует, поощряя удачи ростом тиража и карая за ошибки хорошо известным всем способом.

Пожелаем журналу первого!

Л. Ашкинази



Версия для печати