Опубликовано в журнале:
«Зинзивер» 2014, №8(64)

Ги де Мопассан

Литературно-художественный журнал 'Зинзивер'. № 8 (64), 2014. Юлия Милович-Шералиева.

 

 

ЮЛИЯ МИЛОВИЧ-ШЕРАЛИЕВА
Р
одилась в 1982 году в Германии. Культуролог и преподаватель Института истории культур, прозаик, автор научно-популярных книг и художественных эссе, дипломант нескольких литературных премий. Эссе и книги переведены на сербский, китайский, японский языки.



 

Ги де Мопассан родился в 1850 г. в замке Миромениль в семье довольно развращенного кутилы и постепенно стервенеющей от этого дамы с большими претензиями к жизни. Претензии не оправдались, любимый, боготворимый брат и друг рано умер, один из сыновей — бесталанное унылое существо, зато другой — Ги — надежда и опора. Этот самый Ги — развратное французское чудовище, воплощение национального гедонизма, снобизма и чистого смысла эстетики. Его биография — праздная юность аристократа, напряженные, динамичные богемные хроники (при этом с весьма пещерными представлениями в отношении женщин), хирургический неподдельный юношеский цинизм, зависимость от физических удовольствий и изумление, недоумение, отвращение к их последствиям.
Мама Ги дружила с Флобером — так крепко, что публика отчетливо уравняла эту дружбу с романом, впоследствии утоляя свое любопытство мыслью, что Ги — внебрачный сын писателя. Как бы то ни было, увлеченная литературой мамаша, похоронившая талантливого и боготворимого пишущего брата Альбера, не могла не привить своему сыну стремления к словесному мастерству. Обожание смешалось с негласным требованием соответствовать ее мечтам — быть пишущим, известным автором. Обожаемый, избалованный Ги вырастает в законченного сноба, не доверяющего женщинам, уверенного лишь в одной из них — в собственной матери. Вырастает он и в мощного автора, подтверждая, таким образом, материнское обожание. Под крылом Флобера, под сенью славы других старших товарищей (Тургенева, Гонкура, Золя) Мопассан становится полноценным автором.
Что такое это великолепное чудовище Ги? Что вижу, то пою. Акын — образ не единственно лишь монгольского поющего номада. Каждый автор пишет о себе, даже если объектом выбрана дверная ручка (ХХ век и вовсе дал возможность и право художнику наделять смыслом все, что угодно, подобно тому, как Адам в начале времен наделял именами все видимое). Но и в XIX веке каждый художник так или иначе писал свой портрет. Вот и Мопассан — сам себя без стыда обнаружил, в отличие от своих собратьев по перу, от себя не убегая, не скрывая себя. Мопассан — первый французский автор, открыто рискнувший обнажить подлинную жизнь европейского общества — с его внебрачными связями и детьми, тайными любовниками, кознями, скрытыми и явными, с подлостью, пороками — на фоне абсолютного ханжества и демонстративного, воинствующего пуританства. Плата за высмеивание чопорности — физические и моральные переживания автора, последующее сумасшествие и тотальная физическая немощь. Но это — впереди.
Мопассан за одиннадцать лет творческой деятельности (как принято выражаться) создал ряд сборников небольших повестей, обозначенных в заголовке по имени первого рассказа. В крупной форме его искусство представлено романами «Жизнь», «Милый друг», «Монт-Ориоль», «Пьер и Жан», «Сильна как смерть», «Наше сердце». Есть так же сборники записей и рассуждений «Под солнцем», «На воде», «Бродячая жизнь». Эти произведения позволили Мопассану занять одну из очевидно ключевых позиций в новейшей французской новеллистике и романистике. Лучшие французские критики единогласны в восторженных отзывах о Мопассане.
Россия познакомилась с Мопассаном благодаря «русскому французу» Тургеневу, поставившему в незримой своей иерархии молодого романиста следом за Толстым. Да и сам Лев Николаевич искренно полагал, что «… едва ли был когда-нибудь писатель, который до такой ясности и точности показал все ужасные стороны того самого явления, которое казалось ему самым высоким и дающим наибольшее благо жизни».
Унизил ли Мопассан общество, вскрыв его пороки, или обнаружил их, как заболевание, требующее диагностики и последующего спасительного излечения? Искусство ведь и есть средство излечения, исцеления, презрения смерти и старости, пространства и времени. Но должно ли искусство без конца отправлять человека в низины, в болото страстей и ошибок, напоминая лишь о болезни, без надежды на оздоровление?
Мопассан стремится отразить чистые факты и поступки взамен психологического исследования, глубоко субъективного, и, значит, зачастую бессмысленного затяжного измышления. Психология должна быть скрыта в книге так же, как она спрятана в жизни за настоящими поступками. Эта чистота и строгость изображения так же касается описаний, четко отличая Мопассана, например, от Бальзака. Склонность к краткости прослеживается в творчестве писателя: он создает более трех сотен новелл и только шесть романов.
Их темы, как правило, вращаются вокруг одних и тех же направлений. Родина писателя — Нормандия, пейзаж, вообще морская природа или городской образ жизни — все это выступает в качестве полноценного героя произведения, не служащего, второстепенного элемента, а равноправного, живого, осмысленного персонажа. Селяне и горожане, дворяне и буржуа — все оказываются под прицелом зоркого ока автора.
Другая тема романов Мопассана — война. Ну, и третий ключ к тематике его творчества — разумеется, женщины и отношения полов, а отсюда еще одна тема — семьи.
Здесь вскрывается редкостный цинизм, снобизм и пессимизм автора. В философском этом отчаянии Мопассан бежит далеко впереди Флобера. Ученик Шопенгауэра, он прибегает ко всему, что может заполнить, по его мнению, жизнь смыслом. Он презирает Провидение, считая, что Бог не ведает, что Он делает, а религия является просто мошенничеством, он говорит, что человек — всего лишь животное и едва выше других, а прогресс это только призрак (как горько аукнется его измышление о животной природе людей). Даже дружба кажется ему отвратительным обманом, потому что люди не способны воспринимать проблемы других, и потому обречены на одиночество.
Вытекающая следом отсюда тема — также одна из ключевых для творчества Мопассана. Эта тема — женщины как объект насилия, физического или морального. Ну, а завершающая этот бал ужасов тематика произведений — завершающая нота и в жизни самого Мопассана — безумие.
Как он к нему пришел? В 20 лет Ги узнал ужасную новость: у него сифилис, который он унаследовал от отца, от которого предположительно скончался и не один его родственник. Мопассан поначалу был горд — у него «взрослое» заболевание. Он уверял, что излечился, тогда как это не было правдой. Тяжелые последствия болезни разрушали его здоровье. В марте 1877 года Мопассан отправил своему другу письмо: «У меня сифилис, наконец-то настоящий, а не жалкий насморк… нет, нет, самый настоящий сифилис, от которого умер Франциск I. Велика беда! Я горд, я больше всего презираю всяческих мещан. Аллилуйя, у меня сифилис, следовательно, я уже не боюсь подцепить его». Медицина того времени была беспомощна против недуга. Мопассана ждала участь Ницше, Тулуз-Лотрека, Бодлера, Гонкура, Ван Гога и Малларме.
Что это значило? С расцветных, казалось бы, тридцати пяти лет, Мопассана терзали частые мигрени, невралгии, а главное, он стал слепнуть. Чем это закончилось, известно всем: помещение в психиатрическую клинику (вслед за братом, так же сошедшим с ума и обманом отправленным Мопассаном «лечиться»). Поеданием собственных испражнений, демонстрацией больного зевакам и любопытным.
Мопассан провел годы в психиатрической клинике Бланша, где в полном безумии умер в июле 1893 г.
Что же являет собой Мопассан? Абсолютное отторжение естественности причинно-следственных связей. Запоздалый французский привет байронизму, лермонтизму и пр. В общем, всем, охваченным гордыней художникам слова. Ги де Мопассан — врубелевский демон на вершине холма. Все это как язык, инструмент и художественные средства в литературе. Дерзость и снобизм, презрение к стеснениям в любой форме — физической, моральной, политической, социальной, и полнейшая зависимость от собственной природы, врожденных и приобретенных заболеваний, становящихся впоследствии его биологической сущностью. Недолгая биография Мопассана — пример развернутой в полотне земной жизни свершившейся античной трагедии. Грех и расплата. Преступление и наказание. По-французски. По-человечески.



© 1996 - 2017 Журнальный зал в РЖ, "Русский журнал" | Адрес для писем: zhz@russ.ru
По всем вопросам обращаться к Сергею Костырко | О проекте