Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Зинзивер 2013, 8(52)

Из старой парижской тетради

Стихотворения

 

Евгений Степанов. Литератор, кандидат филологических наук. Родился в 1964 году в Москве. Окончил факультет иностранных языков Тамбовского педагогического института, Университет христианского образования в Женеве и аспирантуру факультета журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова. Президент Союза писателей XXI века. Автор книг стихов, прозы, многих публикаций в периодике. Живет в Москве.

 

 

ЦИВИЛИЗАЦИЯ
 
1

земля кругла как булава
а власть везде одна — братва
везде одна и та ж услада —
кромешный телек да жратва
да страсти Мазоха де Сада
все остальное — трын-трава



2

тепло — убитые леса
общенье — камни-словеса
карьера — должность а еда —
коров убитые стада
цивилизация людей
цивилизация бл..ей

               1998, Париж-Москва



МОНМАРТР

лотки лотки
и мани мани
и огоньки-огни греха
пигаль как пигалица манит
к себе заезжего лоха
а в вышине
а в поднебесной —
точно божественный укор
над суетящеюся бездной
парит спокойно сакре кер

                  20.10.1997, Монмартр



ПЕСЕНКА НЕВОЗВРАЩЕНЦА

я покуда не помер
задержался в пути
меблированный номер
магазины «Tатi»
негритяночка Cюзи.
триста франков за час
в этом жизненном вузе
я учиться горазд
я не помню Нью-Йорка
я не помню Москвы
только жалко что Жорка
братец сгинул увы

                   20.10.1997, Париж



ПЛОХОЕ НАСТРОЕНИЕ

                                  Наташе Лихтенфельд

Тараканов красных полчище
Наступает, входит в раж.
Бар внизу гудит грохочуще,
Наверху — араб-алкаш.

А на улице — фекалии.
Кто же все же столько срет?
Возле площади Италии,
Может, ходит бегемот?

Я сейчас — печальней Штирлица! —
Думку думаю одну:
Бог ты мой, куда б намылиться?
Лишь осталось на Луну.

                            8.11.1997, Париж



ЭМИГРАЦИЯ

штангой ложится на плечи
ночь — тяжелее дышать
дочь — я виновен — далече
батя далече мать

резким движением резким
я поменял маршрут
с кем пообщаться? не с кем
не с кем общаться тут

27.11.1997, Париж



МОЙ ГОРОД

                      Наташе Лихтенфельд

неужто я мечтал о том
что мне отныне так знакомо
Париж — «pr»-овский фантом
я больше не фанат фантома

но видит Бог — любви калитка
распахнута — люблю Париж
не тот который на открытках
а тот который в сердце лишь

люблю Париж трущоб родимых
мощеных замкнутых дворов
как не пижонь — как не хули их —
а мне они дарили кров

Париж продравший спозаранок
глаза — наивный точно Кныш
из фильма — русских парижанок
изысканность — Пекин-Париж

и бред-Париж поэзо-студий
где чемпион месье Накпаль
и где навряд ли скоро будем
с тобою вместе мы — а жаль

                                  1998, Париж



УЛИЦА БУРГОН

темнеет — тает день ириской
во рту — стоят домишки в ряд
по узкой улочке парижской
мощеной тыщу лет назад —

не то что б шибко утомленны
хотя и с ними бизнес лют —
идут французики — батоны
несут и на ходу жуют

на этой улочке живу я
сачкуя — здесь вольготно мне —
и все-таки порой тоскуя
по страшной отчей стороне

                              29.10.1997, Париж



РУССКИЕ ЛЕДИ

Пиршество жизни —
Русские леди Парижа.
О, рос-лые и сексапильные молодые блондинки,
Говорящие о душе
После вечера классической музыки.

                                               8.12.1997, Париж



РУССКИЕ В ГОРОДЕ

16-ый квартал,
И вечер шансонье,
И братья Мищуки.
Застолье — водка, закусь.
Длинноногие — плачь, малыш Голливуд! —
Русские дивы —
Композитор, переводчица...
Сумасшедшие, влюбленные в Россию
Француженки, выпускницы Сорбонны.
И сразу все на «ты».
Все выпито до дна.
Закрыты магазины.
Merde.
В одну затяжку — пачку сигарет.
А завтра встретимся —
И не узнаем
Друг друга.
И все же
Без русских Париж не Париж.

                            10.12.1997, Париж



МОЙ ГОРОД

Дождешься — фига-с два! — презента.
И вдруг — не сон? — средь бела дня
Машина времени — подземка
Парижская — везет меня

На Птичий — на Блошиный — рынок,
Футбол невнятный городской.
Рубанок Кио — нет заминок —
Снимает стружку лет с лихвой.

Я снова — мальчик. Мир злодейства
Наивно дремлет. Спи, плохиш!
О, Ионеско — действо детства
Московского — дает Париж.

25.11.1997, Париж

Версия для печати