Предисловие

Редакция решила ныне воспроизвести четыре растущих из одного корня эссе, опубликованных в предшествовавших “Зеркалу” “Звеньях”, относящихся к досетевой (т.е. доисторической) эпохе.

В трех первых идущих впритирку эссе описана взошедшая в застойную брежневскую эру особенная генерация интеллектуальных юношей с категорически несоветским типом сознания (отнюдь не диссидентским, но в то же время чуждым официальной идеологии, образу жизни и эстетическим нормам), свивших себе вполне уютные гнезда на теле советской государственности, и сделана попытка оценить и измерить то, что было “застойными юношами” сделано. Оценка несхожая у Евгения Штейнера и Александра Гольдштейна, когда апология первого столкнулась с критикой и скепсисом второго, полагавшего тогдашний способ культурного бытия не столько творческим, сколько потребительским и накопительским. Третий автор, Дмитрий Сливняк, описал несколько иной опыт “застойного юноши”, вписанного в дружелюбный кокон еврейского движения.

К трем упомянутым текстам добавлен еще один (“Конец одного пантеона”), примыкающий к ним тематически, описывающий бакинскую космополитическую микроцивилизацию в эпоху позднего брежневизма.

…В эссе начала 90-х задавались вопросы – какой окажется судьба “застойных юношей”, прибывших в массовом порядке в Израиль, какие тексты они сумеют (если сумеют) создать и смогут ли повлиять (звучит немного наивно) на окружающее общество. Теперь, спустя почти двадцать лет, мы уже можем ответить.