Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Вопросы литературы 2013, 4

А. А. Фет и его окружение

(А. АУЭР)

А. А. Фет и его окружение. Книга вторая. М.: ИМЛИ РАН, 2011. 1037 с.

«Простые смертные должны хвалить Бога и радоваться, что им дано читать и понимать (хоть по-своему) сочинения Льва Толстого или Тютчева, а выше в прогрессе идти некуда, выше Канта, Гете, Гомера не прыгнет никакой невозможный прогресс. Надеть на Венеру турнюр, а на Аполлона фрак не значит прогрессировать, а провалиться в варварство и безобразие» (с. 112), - писал А. Фет С. Толстой в апреле 1886 года, а в эпистолярном диалоге с Л. Толстым (февраль - март 1880 года) будет выведена им такая философская формула: «Часто в одиночестве продолжаю про себя наши прерванные разговоры, дорогой Лев Николаевич, так как значительность их для меня не ограничивается временем свиданий. Если несомненно, что все законы зарождаются не вне, а в нашем Я, вследствие императива единства самого Я, то не подлежит сомнению, что самые, по-видимому, общие и непоколебимые законы могут быть доступны изменениям, пожалуй, улучшениям, - упрощениям» (с. 86). В этих эпистолярных фрагментах - почти вся фетовская философия прогресса, ориентированная не только на совершенствование «законов» бытия через собственное «я», но и самоотверженное постижение прошлых гениальных откровений человеческого духа.

Почти в каждом письме Фета - целая россыпь важнейших философских и эстетических обобщений, литературно-критических суждений, публицистических жестов, исторических экскурсов, зарисовок своей неустанной сельскохозяйственной деятельности, исповедальных монологов. Письма Фета, созданные с глубочайшей экзистенциальной сосредоточенностью, становятся своеобразной летописью его творческой жизни.

Но это была такая летопись, которая возникла в результате совместного эпистолярного творчества. Поэтому главной целью настоящего издания стало стремление представить эпистолярное слово Фета именно в составе диалога.

Безусловно, эпистолярный диалог требует особого комментария. Он должен прояснять не только «темные места» в письмах самого Фета и его эпистолярных собеседников, но и раскрывать сокровенную суть самого диалога. В таком случае пояснительная статья, раскрывающая характер творческих взаимоотношений писателей, становится важной опорой для комментирования эпистолярных текстов.

Особо подчеркну, что все это сполна воплотилось вместе с безупречной текстологической подготовкой самих писем во всех разделах книги: «Неизданные письма к Л. Н. Толстому» и «Переписка с С. А. Толстой» (вступительная статья Л. Розенблюм, публикация и комментарии Т. Никифоровой и О. Голиненко); «Переписка с Н. Н. Страховым» (вступительная статья, публикация и комментарии Н. Генераловой); «Переписка с великим князем Константином Константиновичем (К. Р.)» (вступительная статья М. Трепалиной, публикация и комментарии Ю. Благоволиной и М. Трепалиной).

Такой методологический подход дал все возможности для достижения еще одной цели - представить теперь уже в полном объеме эпистолярный диалог А. Фета с Л. Толстым, С. Толстой, Н. Страховым и К. Романовым. Эта цель была достигнута благодаря публикации не только уже изданных, но ранее не изданных писем, в текстологической подготовке которых ориентиром всегда становится автограф.

Текстологическая и интерпретационная добротность обеспечила научную значимость этих публикаций. Но самым главным является то, что благодаря этому изданию открываются новые стороны в напряженном, сложном и даже конфликтном диалоге А. Фета с Л. Толстым. Не менее существенно и то, что переписка А. Фета с С. Толстой дает ответ на вопрос: почему именно Софья Андреевна стала для А. Фета «идеальным читателем», образ которого так сильно повлиял на психологию его творчества? В переписке А. Фета с Н. Страховым постепенно раскрываются причины сильного «влечения» поэта к страховской эстетике и философии жизни. Переписка А. Фета с К. Романовым вводит в историю русской литературы «солидарный» диалог, являющий совпадение точек зрения поэтов в самом широком диапазоне (от философии искусства до обсуждения вкуса пастилы).

Текстологическое мастерство, точность и глубина историко-литературной интерпретации, содержательность комментариев поднимают и этот, уже сто третий, том серии «Литературное наследство» на ту научную высоту, на которой она находится в течение многих десятилетий.

А. АУЭР
г. Коломна

Версия для печати