Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Волга 2018, 7-8

Из цикла «Мертвый город»

Документ без названия

 

Мария Галина родилась в Калинине. Окончила Одесский государственный университет, кандидат биологических наук. С 1995 года – профессиональный литератор, автор нескольких книг стихов и прозы. Лауреат поэтических премий Anthologia и «Московский счет», а также Приза читательских симпатий премии «Большая книга». Живет в Москве. В «Волге» публикуется с 2000 года.


ИЗ ЦИКЛА «МЕРТВЫЙ ГОРОД»

Каждый день мы подходим к городу все ближе,
Женщины из окрестных сел приветствуют нас цветами,
Каждую ночь белый огонь на дозорной башне
Виден все ярче.

Он горел там за тысячу лет до того, как
В город вошел последний завоеватель.
Женщины приветствовали его цветами,
Его солдаты относились к ним с исключительным уваженьем,
Их потомки теперь в числе коренных народов.

Он сошел с ума на второй год правленья.
Выколол глаза дорогому другу,
Сыновьям и внукам отрезал яйца,
Каждое утро требовал свежей крови,
Жил долго, умер своей смертью.

Его преемник, человек достойный и кроткий
На второй год вырезал полстолицы.
С тех самых пор им не везло, беднягам. Их перебежчик
Нам сказал, что ворота уже открыты.
Горожанки подмываются и готовы.

Белый огонь на башне, как посмотришь
На него, на душе становится чище.
Когда мы вступим в их город, мы обязательно спросим
Чем они подкармливают свое пламя.

*
Она предпочитает платья черного цвета,
И недолюбливает красный и синий.
В этом и состоит ее вклад в производство добра и света,
Исправление искривленных силовых линий.
Она точно знает количество кошек в этом подвале,
Где вчера украдкой выломала решетку,
И когда их город завоевали,
Ей осталось сунуть в сумку только зубную щетку,
Оставляя старый буфет и коврики с лебедями
Этим с их транспарантами и блядями.
Там, вдалеке, светится единственное окошко,
Серенький снег заметает сухие астры…
Кошек, конечно, жалко, но только кошек –
Остальные все какие-то пипидастры.
Гордо звучат, кричат, маршируют бодро,
Красный и синий полощутся в мелких лужах…
От военной музыки сводит горло,
Но танцевальная музыка много хуже.

*
Здесь нет вокзала, сказал старик.
Но я точно помню, что был. Я помню вокзальную площадь… торговок семечками. И яблоками. Яблоки продавали ведрами. Желтые такие яблоки с битыми боками. Я полагаю, это падалица. Их никто не брал, но торговки все равно сидели.
Возможно, сказал старик, вам показалось. Ложная память.
Что – и яблоки?
Яблоки – то, что склонно казаться людям в первую очередь.
Но как-то, возразила она, как-то я же сюда попала.
Есть некоторый шанс, что вы жили здесь всегда, сказал старик.
Все равно должен быть вокзал. В каждом городе должно быть место, откуда можно уехать. Совсем уехать. Иначе этот город никуда не годится.
Здесь нет вокзала. Возможно, когда-то был. Очень давно. Когда-то и аэропорт был.
Что – спросила она, – отсюда нельзя уехать?
Если хотите, я могу перевезти вас на лодке, - предложил старик.
Нет, спасибо, – сказала она, – спасибо большое. Не надо.
Тогда отойдите отсюда, – сказал старик, – это место хорошо простреливается.

 

Версия для печати