Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Волга 2017, 7-8

Грядущий Кац: интервью с Романом Арбитманом

Рустам Кац. История советской фантастики. Пер. на японский: Хироаки Умэмура

Аркадий ДАНИЛОВ

 

Рустам Кац. История советской фантастики / Пер. на японский: Хироаки Умэмура).
– Токио,
共和国 (editoral republica), 2017. – 280 с.

 

– Роман Эмильевич, скажите сразу, какое это по счету издание «Истории советской фантастики»? Одни говорят – четвертое, другие – пятое, а третьи – вообще шестое. Кто прав?

– На японском это первое издание, без вариантов. Что касается издания на русском, тут все суждения, приведенные вами, отчасти справедливы – каждое по-своему. Но сперва давайте я вкратце расскажу об истории появления этой книги и о ее жанре, а то читатель, не знающий деталей, может совсем запутаться. Итак, в 1992 году Борис Стругацкий, вручив мне присуждаемую им фант-премию «Бронзовая Улитка», посетовал, что я до сих пор занимаюсь статьями и не написал чего-то монументального – например, историю фантастики. Однако я воспользовался советом мэтра лишь отчасти: написал альтернативную историю фантастики. Что было бы, если бы в 1917 году большевики объявили «главной» литературой именно фантастику и всячески поощряли именно этот жанр? Поскольку дальнейшие исторические события тоже претерпели некоторые изменения, у меня в итоге получилось нечто вроде альтернативной истории СССР – такой фантастический роман, притворяющийся ученой монографией о фантастике.

– А почему Кац? Да еще Рустам Святославович?

– «Синтетическое» имя автора должно было заранее намекнуть читателю, что он имеет дело с мистификацией. Этот намек, увы, поняли не все, но те, кто понял, поддержали мою игру. Сергей Григорьевич Боровиков, например, одним из первых опубликовавший рецензию на Каца в журнале «Волга», подписал ее «Соломон Худайбердыев»… Так вот, возвращаясь к числу изданий. Первое вышло в 1993 году, в издательстве СГУ, но в предисловии я назвал его вторым, придумав эдакое «полусекретное» издание ИНИОН середины 80-х. Годом позже в столичном журнале «Знание – сила» вышел сокращенный вариант книги… вообще немыслимое дело, когда журнальная версия выходит значительно позже книжной, но в случае с Кацем всё было странно, так что я не удивляюсь. И поныне публикация в «Знание – сила» является самой многотиражной (14 тысяч), и многие узнали о существовании Каца именно из журнала. Сердечное спасибо ныне покойному Всеволоду Ревичу, который пробивал ту московскую публикацию… Потом был десятилетний перерыв. В 2004 году в издательстве Санкт-Петербургского университета вышло еще одно издание. В 2013 году в «Гуманитарной Академии» (тоже Санкт-Петербург) выпустили издание с дополнительными иллюстрациями… Ну а четыре года спустя книга вышла в Токио.

– Про то, каким образом на Каца обратили внимание в Японии, поговорим позже. Пока же вернемся к российским приключениям «Истории советской фантастики». Борису Стругацкому, как я понимаю, книга понравилась. «Рассказывая нам “альтернативную историю советской литературы”, доктор Кац сообщает безумно много интересного о реальной советской литературе и реальной советской фантастике, – цитирую его интервью в “Книжном обозрении”. – Да, фантастики доктора Каца не существовало, но большевики-то существовали. Каинова печать, которую они накладывали на все, что связано с культурой, существова­ла. Так что книга Каца – не просто великолепная мистификация, но притча, очень глубокая и многомерная притча, и это не может не под­купать”. То есть саратовское издание, опубликованное скромным тиражом, не осталось незамеченным?

– О да, мне грех жаловаться. Борис Натанович не обиделся, что я весьма своеобразно воспользовался его советом, и наградил Каца еще одной «Бронзовой Улиткой». А еще книга получила премии «Интерпресскон» и «Странник», была замечена рецензентами «Нового мира», «Литгазеты», «Сегодня», «Независимой», «Столицы», «Московских новостей» и других изданий. Однако до 2004 года книга была, что называется, широко известна в узких кругах. Но затем текст попал в интернет – и начался ужас…

Каца приняли всерьез?

– Более чем. Поскольку книга с самого начала была во всех крупных библиотеках, ее порой воспринимали… гм… некритически. Например, в ливерпульском журнале «Foundation: International Review of Science Fiction» предлагалось скорректировать историю журналов фантастики, поскольку-де советский альманах «Селена» по тиражам опережал знаменитый журнал Хьюго Гернсбека «Amazing Stories». И мне пришлось объяснять автору, что никакого альманаха «Селена» в природе не существовало… Однако всё это было мелочью по сравнению с главной бедой. В одной из глав у меня рассказывалось про то, как на Потсдамской конференции в 1945 году Сталин предложил американцам поделить Луну. Этот эпизод был напрямую связан с сюжетом: фантасты так много писали о покорении Луны, что Сталин начал понемногу путать фантазии с действительностью. Когда же книга попала в Сеть, из Каца начали произвольно выдергивать цитаты, фантастику начали выдавать за истину. Вышли несколько «документальных» фильмов, десятки статей и книг, где придуманный эпизод объявили подлинным и восхитились «провидческой мудростью» Сталина. Я объяснял, что это – мистификация, но всё тщетно. Для многих моя выдумка до сих пор заслоняет реальность. Мой японский переводчик Хироаки Умэмура тоже поначалу купился, приняв Каца всерьез. Но он проявил дотошность, полез в интернет и догадался, что к чему.

– После этого и возникла идея перевести «Историю советской фантастики» на японский?

– Совершенно верно. Господин Умэмура написал мне и рассказал о своем замысле. Я, разумеется, его поддержал. Работа заняла у переводчика около двух лет: он не только готовил японскую версию Каца, но и изучал все те книги, которые были упомянуты по ходу повествования – ведь большинство их действительно существовали. Я же, в свою очередь, комментировал те строки, которые могли быть непонятны японским читателям. Получилось очень изящное издание, стильно оформленное, в суперобложке. В конце книги господин Умэмура поместил отдельное, очень внятное, послесловие, в котором объяснял читателям жанр книги. Сейчас он присылает мне первые рецензии на Каца, их уже немало – в том числе и в крупнейшей японской газете «Асахи Симбун», – и я вижу: многие читатели и литературные критики в Стране Восходящего Солнца поняли, что это – мистификация. Надеюсь, что хотя бы в Японии миф о Сталине, желавшем поделить Луну, не укоренится…

– Говорят, вы хотели бы, чтобы книгу доктора Каца доставили на Луну?

– Такая идея высказывалась во время презентации книги в Институте космических исследований РАН. Но, надеюсь, это была шутка. Хотя техническая возможность доставить книжку на Луну есть уже сегодня, эту идею мне бы не хотелось реализовывать. Слишком опасно. А вдруг на Луне высадятся инопланетяне и обнаружат книгу Каца? Они ведь могут и поверить. Быть Вселенским Мистификатором мне как-то совсем не хочется…

 

Версия для печати