Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Волга 2014, 9-10

«эта тишина вокруг…»

и др. стихи

Александр АВЕРБУХ

 

 

Александр Авербух родился в 1985 году в Украине. С 2001 года живет в Израиле. Публиковался в журналах «Двоеточие», «Воздух», «Октябрь», «TextOnly». Книга стихов «Встречный свет» (2009). В 2006 году вошёл в шорт-лист премии «Дебют». В 2009 году вошел в шорт-лист премии «ЛитератуРРентген» и в лонг-лист «Русской премии».

 

 

***

эта тишина вокруг
пустые слова
которые не вяжутся никак
закупоренные изнутри не подступиться
ты попробуй пройди
по кладбищенской дороге
сверкающей желтизной зубов
эта речь утопит тебя
в непроходимой грязи
ты только заговори
о чем ты с ними заговоришь
когда ни слова
а только окаменевший рот пустит нитку слюны
литое сердце поговори о нем
как раз плюнуть



***

кто и зачем?
я никого не жду.
ходит вокруг, укутавшись в черные шали,
мерит шагами комнату,
я притворясь лежу.
ну и что? лишь бы мне не мешали.

в кои-то веки пораньше ложишься спать,
тяжесть пустой головы изливаешь в холодные одеяла,
пытаешься мысленно наверстать
то, что мелькнуло,
нечаянно просияло.

каждый день как ненужный слой, забытая чешуя
сам себя позабыть не умея,
захлопнет двери, за которыми прошумят
и отворит,
пред коими онемеют.



***

дорогие друзья
     садитесь:
                   вихорь давно утих
чужая нежность опочившая во плоти
не говорит, как говорила тому лет пять
                       (вряд ли заговорит опять)

можно точнее сказать
   это так        монолог к образам
вещая блажь после н-ного кофе
в мутную желтизну окунаешь глаза
и глядишь на себя проходящего мимо
                            в профиль
     умоляя
            господи не спеши
запинаться на этой вселенской каше
             не дотянуть
                         согрешить

устоявшейся полноты
                                   не нашей
гордый колет смычок
качается и нейдет бычок
самаркандский виляет
сморчок
ну и че?

говорит: расставляйте ладоши дети
когда с вами блядь о святом
господи
            кто милее на этом свете
    таня плачет
                      каштанка виляет хвостом



***

Эта комната, как мешок из дыр
И
высоко горящей крышей.
Я прижмусь к земляной щеке борозды
И
укроюсь воздухом
тем, что тише.

Говори что хочешь, объятия простирай.
Не услышу порыва немой беседы,
Будто нас разделила с тобой стена,
За которой вымерли соседи.



***

больше не говорю
не ловлю себя на мысли
что говорю
что это я говорю
никому не даю слова
которое скрючилось в не могу
по тропинке
и короба
окаменело вовне
о том чего было и не
колышется больше тоненький волосок
больше чем
тяжелый медный колокол
раскачивал немое сердце
но это все ничего
нет чьего



***

нет проснись о садах
о душе сонных ваз
в руце божьих затей
мутный яблочный сказ
там красивый янтарь
на гирляндах рябых
в этот мерзлый январь
весь в святых запятых
окуни меня здесь
чтоб дышать и робеть
где хрустальный зевес
мой грудной воробей

 

Версия для печати