Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Волга 2010, 7-8

«Что-то с координацией движений»

Семён Ханин

Родился в 1974 году, учился в Латвийском государственном университете. Публиковался в журналах “Воздух”, “Даугава”, альманахах “Вавилон”, “Орбита”, антологиях “Освобожденный Улисс”, “Девять измерений”, в Интернет-журнале “TextOnly” и др. изданиях. Автор книг стихов “Только что” (2003) и “Опущенные подробности” (2008).


 


Что-то с координацией движений

 
*  *  *

быстро-быстро вынь из кармана, переложи в стакан
двигать не надо, рано, вообще не надо
а ты –
высунь язык и присядь
всё нормально, ты к стойке и шёл
шевелись, обходи, обходи
обойди кругом
выпростай руки, открой незаметно лицо
выдохни так, чтобы сиреневой краски
запах пошел изо рта
только пробка в руке так долго, что почти что вросла в ладонь
но руины отстроены заново, развалины заселены
всё нормально, и тебе нашли замену тоже

 
*  *  *

вы будете из тех, из бывших?
а нет – из выходцев, из только прибывающих?
а кто здесь из печали неизбывших?
из пришлых вы? в печали пребывающих?

ну, мы-то здешние, давно из этих мест
и только в пункты назначенья отбывали,
насельники земель и вод окрест,
носители обычаев печали

 
*  *  *

погоди
посадила на стул
стол уставила
подустал?
вот тебе – пододвинула –
пьедестал

в послевоенное время
совсем пустые, выщербленные
стоят пьедесталы

постарел?
вот тебе, чтобы лечь – постамент
и ещё, для тебя специально –
пистолет
чтобы было, чем капнуть на знамя
а потом, может быть, и постель

что ж ты так посерел?
что же ты перестал?
в наше
такое сложное время

нежная
нежная, как пижама
обняла
не выпуская ножниц
к себе прижала

 
*  *  *

он не раскаялся, так он просил передать
тебе и всей честной компании
и черным гениям, и ей
той, что, и той, которой
и той, с которой – тоже
его слова: ещё не время
вычеркивать меня из черных списков
я не раскаялся, шлейф тянется за мной
я не прошу прощения и буду только хуже
я буду портиться
как пища
и даже хуже – как литература
так он сказал

 
*  *  *

не мог её узнать
и чтобы посмотреть
она ли это на самом деле
я подошел поближе

другая сумочка, прическа
глаза другого цвета
а всё же это была она

и я смешался
не знал совсем что делать

но пересилив робость
приблизился еще
взял за руку, погладил

баллончик со слезоточивым газом
достав, она мне пшикнула в лицо

весь в газированных болезненных слезах
ослепший, всхлипывая, извиваясь
я неожиданно вошел в неё

и вышел с другой стороны

обернулся –
нет, все-таки это была не она

 
*  *  *

держись подальше от фонарей
когда у них наступает оргазм
когда разойдутся
подслеповато ощупав шоссе
уходят по эфес в темноту

они торопятся, они знают
тут нет рассвета
просто становится видно в какой-то момент
магазин, остановку
круги по воде

 
*  *  *

говорю вам, едва вы успеете прошептать
новое слово в науке любви
как попадете под машину времени
подвозящую прошлогодний снег

влачите же сюда, пока не поздно
свое жалкое существование
спешите завещать свои искусственные сердца
центрам современного искусства

 
*  *  *

и шепотом твердит: забудь, забудь
забудь и ты
и ты, и ты
ко всем на ты
подносит к носу вялые цветы
и тычет: нюхай, нюхай
пока они ещё цветочки
купи – бормочет – голые цветы
своей подружке
а после морщится и отдавать не хочет

 
*  *  *

кто это тут у нас стоит с протянутой рукой такой?
и какие мы все ой-ой-ой и изблёванные и несчастные
с квартальной щетиной и подсохшей пованиваем мочой
может, мы какие-то социально малоактивные?
никто в таком виде нас не тащит на блядки
реки текилы текут далеко ото рта, в бычках не растет трава
и никто не несет тебе колу с цикутой
и похлебка всех армий спасения, и ночи в бомбоубежищах не спасают тебя
и признаки латентного самоубийства у нас налицо?
слышь, э, не мы ли были первыми на курсах вожделения в мусорках
что это мы теперь мычим всё, мычим, мычим да мычим?
ну не попали слегка в штанину, быка дергали не за тот рукав
не тушуйся, старик, у нас еще хватит энергии и предприимчивости стянуть
одноразовое бессмертие у девок, торгующих им из-под полы

Версия для печати