Rambler's Top100
Опубликовано в журнале:
«Волга» 2009, №3-4
Поэзия
Герман Власов
Букет

Родился в Москве в 1966 году. Закончил филологический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова. Работает переводчиком. Публиковался как поэт в журналах “Дети Ра”, “Знамя”, “Крещатик”, “Континент”, “Новый Берег”; как переводчик - в журнале “Иностранная литература” и Антологии Современной узбекской поэзии “Анор”. Автор поэтических сборников “1 1/2” (М.: Культурный фонд, 1998), “Второе утро” ( М.: Эра, 2003), “Просто лирика” (М.: Из-во Руслана Элинина, 2006), с которой вошел в шорт-лист Бунинской премии. Дипломант Международного литературного Волошинского конкурса (2007).


Букет

***

манежа окна слуховые
в нескучном брошенный букет
я не жил здесь в сороковые
как нумизмат гляжу на свет

хочу нащупать эту ноту
немое посмотреть кино
так гладят темную банкноту
изъятую уже давно

и если время гул случайный
грязь от армейских колесниц
пускай мне выпадет опальный
расплющенный между страниц

истории цветок сирени
и долгий завершая путь
всей тяжестью стихотворений
шагнет на грудь

***

эту в легких невесомость
зябкий этот пух в горсти
эту детскую веселость
словом не перевести

может музыка таиться
как забывчивый мотив
так охотника боится
иволга во власти ив

так материя не знает
царства ножниц и иглы
и пространство огибает
пряча острые углы

мы одни нам вместе спится
снится баюшки-баю
ворожея мастерица
у природы на краю

белый сон укутал реку
царство высохших хвощей
сон простого человека
весь словарь его вещей

 
***

не нравится когда не протолкнуться
кругом бензина вонь воротнички
зачем они к баранке потной жмутся
на красный черно-белые бычки

кто их на воздух вынул из коробки
погнал из леса в город как в прогал
потом обратно где у речки робки
малиновки заслыша мадригал

мне с ними никогда не быть на пару
но я боюсь их встретить на пути
их голоса блатные и гитару
притворное в черемухе пусти

зачем они и я зачем о лишнем
и почему забывчив как адам
и этот снег нечаянно налипший
к чужому счастью будто к проводам

 
***

в какой-нибудь мариуполь
где туча глядит совой
луна освещает тополь
бессменный как часовой

под лампой забиться в угол
к стеклу прислониться лбом
о этот крахмал и уголь
в вагоне почти любом

ледышку в окне царапать
стоять за крутой водой
в какой-нибудь мценск сарапул
саратов на край худой

уехать почти не глядя
собраться в один присест
простой перемены ради
знакомых работы мест

 
***

ничего что ворчал на префекта
и на людях заметно хромал
просто не было в метрике метра
я был мал ты был мал мы был мал

а зато от брокгауза карта
скрипачей сквозняков этажи
и уколом прямого азарта
многолюдных испаний стрижи

вот и классно и сделай им больно
раззуди тайно флюгера жесть
все равно будет мрия довольна
и чудес от распятого шесть

и опять ждут тугие коробки
днепр замерзший без газа харон
да и незачем быть таким робким
я паром ты паром мы паром

 
***

оранжевый ангел сутулый
над городом горьким завис
его загорелые скулы
ранетом лесным налились

он поднят с кровати метелью
ученый морщинистый грек
но девочкой над акварелью
он крестит немыслимый снег

в кармане бечевка и ластик
простывшего времени гул
и смысла речной головастик
в его троеперстье скользнул

он водит метлой колонковой
и окна пускает в тираж
и ставит на крышах подковы
свинцовый его карандаш

 
***

в х/б ровесник угловатый
сергей какой-нибудь молчков
на кукиш рядовой зарплаты
уставь диоптрии очков

на стены розовой побелки
направь движение души
и почерком коряво-мелким
высказыванье напиши

затем изобрази барханы
колючку вышки вертолет
себя в панаме караваны
звезды оборванный полет

горниста хриплую волынку
и будто приговор судьбе
поспешно застегнув ширинку
две цифры после дмб

 
(букет)

хорошо бы какую посуду
на шкафу если встать на кровать
красоту принесли отовсюду
и не жалко ее обрывать

вот лохматое пламя сирени
одуванчики бронзой монет
незабудок теснят акварели
собирают на кухне букет

колокольчик герань луговая
лютик майника скошенный рот
и не страшно когда грозовая
на поселок армада плывет

хорошо что из разных названий
луговые растенья в воде
отменяют язык расстояний
значит места не будет беде

и наверное будет не страшно
если к ужину сослепу вдруг
с затаенной обидой вчерашней
в окна майский ударится жук