Михаил Бару

* * *
О, сколько радостей
Имеем мы от детей наших! —
Нашим врагам...

* * *
Отчего это вдруг
Стала жизнь хороша и легка?
Неужели глупею?

* * *
Весенним вечером
Сидим с тобой вдвоём,
Вздыхая томно...
Честнее было бы
Истошно замяукать!

* * *
Дождливым летним вечером на даче коротаю время, слушая шум дождя
Сквозь шум дождя —
Тягуче и надрывно:
Нажра-а-лся га-ад! —
Сосед домой пришёл...
Полнолуние
Над крышей моего палаццо
Многоквартирного
Огромная лунища проплывает
На бреющем...
Не приведи Господь, сорвётся —
Палаццо всмятку, это точно...

* * *
В переулке глухом,
Фонарный столб, настолько одинокий, —
Что рад даже собакам...

* * *
“Ужасный век, ужасные сердца”...
Желудки, почки... А уж камни в этих почках!

* * *
Приготовился пить пиво
Как хорошо,
Постучавши таранкой об стол,
Пену обильную сдуть,
И потом замереть на мгновенье,
Перед первым, огромным глотком...

* * *
Ранней весной, проезжая по мосту
через Оку и глазея по сторонам
На мартовском льду,
Потемневшем и тонком,
Одиноко чернеет фигурка
Рыбака-камикадзе.

* * *
Осенняя ночь.
В темноте матерится алкаш,
Спотыкаясь на длинном
И неверном пути
К дому, которого нет...

* * *
Январским утром, по совершенно
непонятному стечению вчерашних обстоятельств, оказался один в заснеженном лесу
Фарфор тончайший
Зимней тишины
Разбила вдребезги
Облезлая ворона,
Громоподобно каркнув...

* * *
С годами стало в сон клонить в постели.

* * *
О жизни,
О смысле её,
Которого нет, как известно,
О детях,
Которые есть,
Как известно, хотят
И едят, проедая огромные дыры
В семейном бюджете,
О пьяном дебоше
В окошке соседнего дома,
О положеньи в стране,
О котором давно нету слов подходящих,
Лишь буквы, и тех уж немного осталось,
О грузной луне нездорового цвета,
Что с огромным трудом
Взобралась на верхушки деревьев
И не может решить, бедолага,
Куда же ей, собственно, плыть...
Или плюнуть на всё и вернуться...
Короче,
О жизни,
О смысле её
Курю перед сном на балконе...

* * *
На пожаре
Как играет струёй из брандспойта
Молодой и весёлый пожарный! —
Не до криков ему из окон.

* * *
Раннее утро.
Сосед прибивает полку
Прямо к моей голове.

* * *
Полоска светлая
На тёмной от загара
Твоей спине —
Её и поцелую:
Для начала.

* * *
Край, до боли родной!
Что ни делай и как ни старайся —
Ты упорно не хочешь цвести.

* * *
Сосед-богатей справил бобровую шубу —
Мне же только нужду нынче по средствам справлять.

* * *
Рыбалка в разгаре!
Уже и наживку
С трудом отличу от закуски.

* * *
Новогодняя ночь.
Возле искусственной ёлки
Делаю вид, что счастлив...

* * *
Стакан-акробат
Так и прыгает в пальцах, зараза!
Поправляю здоровье.
* * *
Да будь у меня даже хвост,
И им я виляй непрестанно,
Твой взгляд разве стал бы добрее?
Из цикла “Другая опера”

* * *
Гномик-жадюга
Чахнет над златом в пещере,
А над серебром
Чахнет сынишка его —
Недорос ещё чахнуть над златом!
Из цикла
“Сквозь адюльтернии к звёздам”

* * *
Шелест юбок,
Ещё вчера незнакомых, —
Командировка...

* * *
Боясь высоты
Твоих ног бесконечных,
Хватаюсь за что попало...

* * *
Ах, как хотелось быть
Настойчивым и дерзким...
Зачем же уступила ты так быстро?

* * *
Не сегодня
Я буду с тобой, не сегодня...
Не завтра... Не буду.
Из цикла “За обе щёки”

* * *
В тарелке с борщом —
Горячим, наваристым,
Сметанки сугробик истаял...

* * *
Вот и кончился пир —
Тот, что был на весь мир —
Разбрелись ненасытные гости,
И остался в миру,
Уцелев на пиру,
Одинокий селёдочный хвостик.
Из цикла “Как хорошо...”

* * *
Как хорошо,
Утомившись курортным романом,
Внезапно вернуться домой
(В настроении “чёрная туча”)
И дрожащей своей половине
Учинить жесточайший допрос
Со скандалом, с угрозами тёще —
Чтоб, в конце концов, как-то встряхнуться...

* * *
Как хорошо,
Когда фонарный столб,
Который ты обнял, ища поддержки,
Шепнёт участливо: “Cтарик, не раскисай —
Ещё пяток столбов — и, наконец-то, дома...”.