Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Вестник Европы 2016, 44-45

Митрополит Антоний и Би-Би-Си

Перевод: Александр Максимов

 

 

Эту статью передала в редакцию «Вестника Европы» Е.Ю. Гениева, которая очень близко знала и высоко ценила служение и личность митрополита Антония Сурожского и многое сделала для его памяти. Элизабет Робсон на протяжении ряда лет общалась с Е.Ю. Гениевой, в Лондоне и в Москве, по делам Библиотеки иностранной литературы и вообще по многочисленным аспектам культурных связей Британии и России. Что же касается проповедей Митрополита Антония, многие из них благодарные российские слушатели сохранили, они изданы в нашей стране. Прежде всего это опубликованный по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II фундаментальный том «Антоний, митрополит Сурожский. Труды. М.: Практика, 2002. В предисловии к этой книге тогдашний епископ Керченский Иларион (Алфеев) писал: «Он является человеком, испытавшим себя годами подвижнического труда, проводящим жизнь в созерцании и потому имеющим право философствовать о Боге. Его богословие — точное и адекватное, и вместе с тем современное и актуальное выражение веры апостольской, веры отеческой, веры православной».

 

 

Это материал об очень важной стороне деятельности митрополита Антония, a именно — о его выступлениях по радио как способа донести свои проповеди до возможно большего числа людей. Ему, тогда еще простому священнику, радио позволило, помимо своих прихожан, обращаться ко всем британцам и зарекомендовать себя харизматичным оратором, стать видной фигурой в межцерковных дискуссиях. Он открыто, с воодушевлением обсуждал фундаментальные вопросы веры. Радио позволило ему также обращаться напрямую к членам Русской Православной Церкви и слушателям в СССР.

Предлагаемая статья имеет целью дать представление об истории и темах его радиопередач на основе архивных материалов Би-би-си. Хотя мы и не можем услышать его выступления, однако эти документы дают возможность почувствовать их силу.

 

 

 

Архив ВВС

 

Митрополит Антоний выступал на английском, французском и русском языках. Первоисточники находятся в совершенно нетронутом состоянии; их воспроизведение запрещено административным и финансовым персоналом; иногда встречаются заметки, порой противоречивые, относящиеся к радиопередачам. Что же касается контента передач, то об этом можно судить только по заголовкам и некоторым письменным заметкам. Имеется отдельная коллекция микрофильмов, содержащих тексты исторических программ ВВС, но записи передач митрополита Антония отсутствуют. Имеются также регулярные доклады об исследованиях, касающихся аудитории, но по религиозной тематике их слишком мало. Записи хранятся в Письменном архивном центре (Written Archives Centre BBC WAC) в Кавершаме, поблизости от Ридинга. К сожалению, архив содержит материалы только начала 1980-х годов, более поздние материалы ожидают раскрытия для исследователей, поэтому я сосредоточусь на раннем периоде его продолжительной деятельности. Звуковой архив хранится отдельно в Британской библиотеке, а архивы телепрограмм разбросаны по разным местам, и за ними трудно уследить. Поскольку материалы не отражают характерные черты и харизму митрополита Антония, мы дадим беглое представление о его личности и о том, как нам работалось с ним.

 

 

Начало передач ВВС на русском языке

 

В январе 1949 года, когда митрополит Антоний, тогда еще молодой священник, прибыл в Лондон для работы и служения, ВВС была единственной организацией, имевшей лицензию на вещание как внутри Британии, так и за границу. Зарубежное вещание ВВС по объему превосходило вещание на внутреннюю аудиторию, что было следствием военного времени, когда передачи предназначались для союзных, оккупированных и вражеских стран, а также для традиционной аудиторий Британской империи. Главной задачей всех служб было установление связей с иностранными слушателями, с тем чтобы донести до них правдивые новости и общую информацию, доступа к которой тогда там не было.

Идея передач на СССР возникла в связи с тем, что Советский Союз заключил с Германией «пакт о ненападении», но тогда на Би-би-си практически ничего не было сделано, поскольку не было известно об условиях прослушивания, о наличии у слушателей радиоприемников и возможностях получать сведения о реакции аудитории. Первая историческая передача на русском состоялась в 1941-м в связи с нападением Гитлера на СССР: то было выступление Черчилля в парламенте, объявившего о нацистском вторжении. Речь транслировалась напрямую, в тот же день она была переведена на русский и передана по радио.

Я никого не встречала из слушавших тогда эту речь, но «Манчестер Гардиан» от 28 июня 1941 г. писала, что переданные по московскому радио фрагменты выступления Черчилля были встречены с воодушевлением довольно большой группой собравшихся.

Выступление Черчилля, однако, не привело к началу регулярных передач во время войны, поскольку предполагалось, что Сталину это не по-нравится, но ему было важно сохранить столь трудного союзника на своей стороне.

24 марта 1946 года, когда начались передачи на русском языке на СССР, отношения с Советским Союзом были еще относительно теплыми. Однако по мере того, как СССР все более ужесточал режимы в Центральной и Восточной Европе, а московское радио транслировало довольно враждебные передачи на Запад и Великобританию, стало ясно, что «дружественным» передачам наступил конец. Задача же Би-би-си оставалась прежней: на фоне этих атак по возможности сохранять нейтралитет.

 

 

 Религиозные передачи на русском языке

 

Одна из причин начала религиозных программ на СССР была связана с передачами на оккупированные страны Восточной Европы. Очень скоро стало ясно, что зарубежным радиослушателям необходима поддержка: повсюду закрывались храмы, священников подвергали арестам, а верующим грозили санкции по месту работы. После окончания Второй мировой войны в основу политики религиозного вещания был положен принцип, изложенный в записке директора религиозных программ, объясняющей решение прекратить передачи лютеранских служб на Германию: «Это не является нашей политикой в отношении передач религиозных служб в другие страны на языках соответствующих стран. Мы намерены вести передачи для зарубежных слушателей только в случаях, когда они лишены возможности удовлетворять эти свои потребности в своих странах (выделено автором статьи)».

 

Рекомендация эта была получена от Совета по зарубежным связям Англиканской церкви. Участь верующих и церквей на территориях, освобожденных Советской Армией, вызывала глубокую озабоченность Англиканской церкви, которая с помощью радиопередач желала оказать верующим соответствующую помощь. Преследование верующих в СССР усиливалось. На этот факт отреагировал Совет по внешним сношениям Англиканской церкви, который в марте 1949 года выступил в поддержку идеи радиотрансляций служб в православных храмах. Однако на Би-би-си к этому отнеслись без энтузиазма, ссылаясь на «достойные сожаления эстетические стандарты, до которых опустилась православная служба» в Британии и вообще на Западе. Тем не менее в июле 1949 года два священника румынской православной церкви обратились с призывом начать соответствующие радиопередачи для румынских верующих. К сентябрю появилось сообщение о начале ежемесячных 15-минутных религиозных программ, которые включали инструкции по богослужению.

Совет по внешним связям Англиканской церкви рекомендовал службам Би-би-си для участия в программах для русской и румынской аудиторий отца Владимира Теокритова, отца Виталия Устинова; затем были добавлены князь Дмитрий Оболенский из Тринити-колледжа (Кембридж) и профессор Григорий Нандрис — в качестве советников по анализу обстановки в России и Румынии соответственно.

Совет обращался к Би-би-си неоднократно, призывая делать больше передач для преследуемых христиан. Были устроены специальные службы в соборе Святого Павла. В письме Совета от 3 декабря 1949 года говорилось:

«Чего более всего боятся коммунисты, так это сообщений о преследованиях верующих. Известно, что вдоль границы они установили более сотни станций подавления (глушения) наших радиопередач».

 

 

Глушение

 

В письме Совета от 18 января 1950 года также говорилось о планах начала передач с учетом проблем глушения. Во внутренней записке от 31 января 1950 года сотрудник Европейской службы Би-би-си сообщил о том, что в течение трех месяцев, с 12 февраля 1950 года, будут транслироваться передачи на русском языке (см. копию письма сотрудника информационного отдела Британского посольства в Москве от 14 февраля 1950 г., сообщавшего о начале религиозных передач, которые были слышны, по крайней мере, в Москве). Он продолжал:

«Нет сомнений, что многие люди в СССР оценят трансляции по радио православных служб, но это будут люди, не имеющие какого-либо политического влияния. Церковные службы не перекроят советское радио».

Техническая сторона глушения была понятна западным специалистам, которые вели мониторинг как своих, так и советских передач. Советский Союз использовал местные средства для создания подавляющих шумов на частотах, выделенных в соответствии с международным соглашением между западными странами, и когда мощность трансляций усиливалась, советы усиливали свои мощности для подавления.

Складывается впечатление, что первый опыт религиозных трансляций был расценен как неудачный: в мае 1950 года в обзорном письме из Хью Карлтон Грин в связи с трансляциями на Европу говорилось, что сообщения сотрудников служб информации не свидетельствовали о перспективах для продолжения передач. В сообщении из Москвы от 14 июня говорилось, что передачи Би-би-си не имеют смысла, поскольку полностью глушатся. Сотрудник по информации продолжал прослушивания до конца периода — вплоть до воскресенья 9 июля. Он писал, что если передачи будут прекращены, советские действия по глушению музыки и церковных служб (исключая проповеди), должны быть широко обнародованы. 22 июня 1950 года Карлтон Грин писал: «Это печальный конец того, что я считал хорошей идеей, но тут русские выиграли. Я уверен, что в нынешних условиях нет смысла для продолжения передач».

Глушение оставалось проблемой для всех радиопередач на СССР вплоть до того момента, когда Горбачев отменил его в конце 80-х годов. Время от времени, когда отношения между СССР и Западом становились более теплыми, глушение приостанавливалось (например в период хрущевской политической оттепели некоторые программы или частоты не глушили), но когда происходили события, такие как вторжение в Венгрию в 1956 году, в Чехословакию — в 1968-м, или же события в связи с движением «Солидарности» в Польше, глушение становилось тотальным. Словом, интенсивность глушения целиком зависела от политических событий. Так, во время политических визитов на высоком уровне, таких как визит Хрущева в Лондон или британского премьера в Москву глушение вообще приостанавливалось.

Станции глушения обычно размещались вблизи населенных пунктов и городов, однако любители природы могли мирно слушать передачи во время пребывания на дачах или посещения родственников в деревнях. Лондон соответственно реагировал на это, Би-би-си готовила специальные программы выходного дня.

 

Возвращаясь назад, к 1950-м годам, можно сказать, чтó ВВС вовсе не отказывалась от религиозных программ на СССР. Хотя я и не нашла официальных решений или обсуждений этого вопроса, совершенно ясно, что церковные службы широко транслировались на восток в Рождество и на Пасху. Передачи предназначались как верующим в Советском Союзе, так и православным верующим во всей Восточной Европе. Было понятно, что регулярные религиозные программы будут продолжены или вскоре возобновятся.

 

 

Радиопрограммы священника Антония Блума

 

Новый священник в Лондоне отец Антоний Блум должен был знать о передачах Би-би-си на оккупированную Францию во время войны, возможно, он слышал от отца Владимира Теокритова и о передачах на СССР. Вполне возможно, что именно отец Владимир, а также Англиканская церковь рекомендовал отца Антония участвовать в религиозных программах. И до сих пор, чтобы узнать точку зрения православных по какому-то вопросу, Англиканская церковь, как правило, обращается к греческим священникам.

Первое прямое упоминание о его преподобии Антонии Блуме, которое я нашла в архиве, датировано 3-м января 1952 года. Речь шла о записи проповеди (по-русски) в дни празднования православного Рождества. Проповедь прозвучала 6 января 1956 года в 21.15 и повторена дважды на следующий день. Она продолжалась всего около девяти минут, гонорар выступавшего составил 8 гиней (8,8 фунтов стерлингов старыми деньгами — примерно 8,4 фунтов стерлингов). Эта сумма сегодня кажется смехотворной, но тогда, в начале 1950-х, была вполне достаточной, когда деньги были значительно дороже, чем ныне, и указанной суммы хватало, например, для оплаты аренды дома. Из двух других записей следует: 6 января 1957 года — за проповедь в течение 6 минут гонорар составил 6 гиней, а 21 июня 1957 года был уплачен аванс за 15-минутную передачу в сумме 15 гиней.

Проповеди его преподобия отца Антония предназначались для Советского Союза, хотя в контракте не оговаривалась сама служба. Но уже к 1959 году дело значительно продвинулось. В записке зарубежному отделу радиостанции Би-би-си говорилось: «Так же как и в предыдущие годы (выделено автором), мы хотели бы вести передачи в прямом эфире на страны Восточной Европы». Языками передач должны быть английский, русский, сербо-хорватский, болгарский и румынский. Его преподобие отец Василий Родзянко обеспечит комментарии (кстати, отец Василий Родзянко вел передачи церковных служб на русском языке в течение многих лет).

Служение его преподобия отца Антония в своем приходе уже принесло свои плоды, и Англиканская церковь заметила, как расширилась православная община. В декабре 1956 года была освящена новая православная церковь в районе Эннисмор Гарденс (Лондон). В связи с этим Московская Патриархия решила назначить туда настоятеля. Его преподобие отец Антоний был посвящен в сан епископа в ноябре 1957 года, в связи с чем Би-би-си стала именовать его епископ Антоний (Блум).

С этого момента записи на радио становятся регулярными, их число увеличивается. Епископ Антоний улучшил свой английский, он стал востребован различными программами, в том числе и теми, которые шли на русском языке. Он также вел передачи по-французски на Францию и весь франкоговорящий мир.

Участие епископа Антония в передачах Би-би-си были не всегда бесспорны: незадолго до того, как он был посвящен в епископы, в сентябре 1957 года, он принял участие в программе из серии «Дай и бери». Тема передачи была заявлена так: «Ад, Рай и Дьявол». Перед микрофоном сидели епископ Джон Робинсон, писатель Джон Вейн, Родерик Филер, Питер Вильямс, писатель и радиоведущий Кеннет Олсоп и отец Антоний Блум.

После того как запись дискуссии стала широко известна, в письме Дж.М. Черч от 27 сентября 1957 года указывалось на недостаточность интеллектуального содержания программы, однако в целом она была одобрена в следующих выражениях:

«Вообще-то, нам известно, что эмоции передаются слушателю, и я не считаю, что одного этого достаточно, чтобы негативно отнестись ко всей дискуссии, которая была, мягко говоря, поверхностной и неудовлетворительна в интеллектуальном отношении. Часто мы не можем дать слушателям или зрителям полностью и отчетливо сформулированную, безупречную мысль или идею. (А должны ли мы?) Обычно мы довольствуемся тем, что подмешиваем к своим мыслям иррациональное».

Некто Х.Х. Хоскинс (в записке без даты) писал менее доброжелательно: «Порядок (дискуссии) не вызывал возражений — все зависит от выбора участников. Удивительно, но обычно неплохо получается, когда неумёхи сталкиваются с твердолобыми невеждами…»???

Большинство же мнений было положительным. Доктор Дж.Р. Саймонс написал: «Я считаю, что это была хорошая дискуссия — рационалисты были простодушны и не доводили рассуждения до конца».

Т.С. Грегори писал: «Дискуссия на такую тему могла бы быть более интересной. Мне недоставало напора, более убедительных доводов со стороны священника». К сожалению, он не указал, кого именно он имел в виду. Что впечатляет, так это то, что митрополит Антоний, в то время скромный священник, участвовал в программе совершенно наравне со всеми другими, не демонстрируя свои успехи перед теми, кто прибыл в Британию, не владея английским языком.

Однако вернемся к архивным к папкам: 19 июня 1958 года епископа Антония попросили подготовиться к 20-минутной школьной радиобеседе в четырех частях с 16–19-летними подростками о характере и основных целях Крестовых походов Средневековья. Передачи планировалось выпустить в эфир весной 1959 года. Епископ Антоний согласился, но он должен был представить письменный текст к 3-му марта за гонорар в 25 фунтов. Запись наметили на 24 февраля, но текст так и не появился. Запись перенесли на 2 марта, за день до передачи, однако сценарий так и не поступил. В приложенной к тексту передачи записке говорилось, что передача шла без заранее написанного сценария, поэтому, возможно, потребуется редактирование. В ответном письме епископ Антоний извинялся за изменения даты записей; однако и далее он никогда не готовил письменных сценариев, предпочитая (и это стало его неизменной практикой) вести программы в прямом эфире.

В мае 1959 года он подготовил еще несколько передач по-английски для школьников: четыре программы к Пасхе для православной церкви на тему «Миросозерцание и Истина», предназначенной к выходу в эфир 28 июня 1960 года. Серия получила название «Христианская религия и ее философия».

Также в папке хранится проповедь по-русски к празднеству Благовещения, запись которой должна была состояться в доме епископа на Аппер Эдисон Гарденс. Это было 6 апреля 1959 года. Другая передача по-русски была названа «Отцы Киево-Печерского монастыря», ее запись была назначена на 8 октября 1959 года. Он также записал небольшой текст по-французски (2 мин. 45 сек.) по случаю благословения Темзы в Волингфорде.

1960 год принес больше приглашений: по крайней мере четыре от Русской Службы и в 1961 году по-английски для серии передач «Вознесите ваши сердца». Эти передачи были записаны с эфира 18 января 1961 года, и предполагалось даже их повторение, однако этого не случилось, и тогда епископ Антоний выразил протест, на что он получил обтекаемый бюрократический ответ: мол, в последнюю минуту в программе вещания произошли изменения. История умалчивает о том, как Би-би-си в действительности оценивала его вклад в работу, так же как и то, насколько он был удовлетворен ответом. Тем не менее он продолжал сотрудничать с Би-би-си на трех языках.

Передачи на русском продолжались и в 1961 году, в том числе по случаю Великого поста, как вдруг пришла весть, что Русская Православная церковь (Московский Патриархат) намерена присоединиться к Всемирному Совету Церквей. Епископ Антоний выступал по-английски в программе «10 часов» (тогда новости передавали в 9 после полудня), это же относилось и к выступлениям по-русски. Его выступления на русском отражены в сентябрьском и октябрьском отчетах 1961 года о молодежном лагере в Бангоре, где прошли религиозные дискуссии в форме вопросов и ответов между молодыми людьми и епископом, которые, по-видимому, были организованы им самим. Гонорар выплачивался аккуратно, епископ использовал записывающую аппаратуру и в случае надобности говорил в прямом эфире.

В конце 1961 года его преподобие Пол Эстерайхер, будучи помощником руководителя отдела религиозных передач, предложил епископу Антонию программу из серии «Way of Life» («Жизненный Путь»). Передача «Христос — Свет нашему Миру» вышла в эфир 10 декабря 1961 года и была передана в записи на Нью-Дели, где в тот момент проходила ассамблея Всемирного Совета Церквей. Епископ Антоний записал для французской службы Би-би-си сюжет об этом событии, а по-английски — сюжет для подготовленной Полом Эстерайхером Недели моления Объединенной Церкви. Его вклад был оценен следующими словами:

«Уважаемый Епископ Блум,

позвольте мне искренне поблагодарить Вас за огромную помощь в подготовке программ о Нью-Дели. Мне кажется, что передачи прошли успешно и были очень полезны для Недели моления для Объединенной Церкви. Мы благодарны за Вашу готовность уделять столько времени для программы, сколько это необходимо, чтобы передача состоялась».

В 1961 году митрополит Антоний впервые посетил Россию с тех пор, как он покинул ее маленьким ребенком. Для него это был во многих отношениях памятный визит, о котором он часто говорил впоследствии, в том числе и в передачах русской службы Би-би-си.

В 1962 году число выступлений на русской службе увеличилось (до девяти), а в 1963-м году их стало еще больше (в том числе одно печальное — в связи с убийством президента США Дж. Кеннеди). Русская служба Би-би-си включала и дискуссию на тему «Вера и современность», программу «Думая вслух», Рождественскую антологию для внутренней службы Би-би-си (теперь Радио 4). Все эти выступления митрополит Антоний написал и прочитал на радио сам.

1964 год открылся выступлением 19 января для Всемирной службы Би-би-си на тему «На пути к Объединенной Церкви». Имеется письмо (без даты) епископа Антония помощнику руководителя всемирной религиозной службы Би-би-си канонику А.Дж. Фишеру. Епископ Антоний писал:

 

«Уважаемый каноник,

Это моя запоздалая реплика. Вполне понимаю, что я не соответствую принятым правилам, и это отчасти потому, что письменный сценарий для меня — непреодолимое препятствие, отчасти потому, что я не в состоянии собраться с мыслями. Может быть, мне не следует сейчас заниматься этим текстом, а дополнить его уже в ходе записи?»

Написанное выше объясняет силу воздействия его живой речи, он предпочитал импровизацию, нежели заранее заготовленный текст. И это является одним из секретов успеха его выступлений на радио. Важно понимать, что в 60-е годы большинство передач тщательно готовились письменно, затем репетировались, чтобы добиться максимально возможного естественного звучания. Ныне митрополит Антоний чувствовал бы себя гораздо свободнее, окажись он в современной студии, где идут живые дискуссии.

Его опыт проповедования также помог ему: имеется много свидетельств его прихожан и других, слушавших его, что он обладал огромным «магнетизмом», который исходил от него как при обычном разговоре, так и во время проповеди или публичных выступлений.

В том же 1964 году у него было еще больше выступлений (я насчитала 22 для русской службы и 4 — для внутренней службы, включая интервью для программы «Way of Life» на тему «Священник или психиатр» (28 июня 1964 года) продолжительностью ок. 7 минут. Выступления имели такие заглавия: «В чем смысл Святого Духа», или «Агностики и ищущие ответы христиане». Примечательно, что его приглашали регулярно один или два раза в год на программу для женщин «Женский час». В 1964 году его записали для программы «Время и мистический опыт», а в следующий раз он был в программе Женского часа в качестве «Гостя недели». Это продолжалось в течение нескольких лет, а значительно позднее согласно контракту от 7 апреля 1979 года его записали как участника дискуссий в прямом эфире. Он также появлялся в новостных передачах: в частности, говорил по поводу празднования 50-летия Московского Патриархата.

 

Среди более поздних свидетельств можно отметить подготовку десяти передач для русской службы на тему «О молитве» (по 8 мин. каждая). 18 марта 1979 года митрополит Антоний участвовал в дискуссии на Радио 3 под рубрикой «Религия и политика», с доктором Эдвардом Норманом.

В 1980 году Радио 4 подготовило передачу о нем. В 1981 году у него взял интервью Джеральд Пристленд, в то время корреспондент Би-би-си по вопросам религии. В том же году он подготовил несколько религиозных программ для английской службы (это интервью затем было опубликовано в еженедельнике Би-би-си «Лисенер»). Митрополит Антоний также упомянут в книге Дж. Пристленда «Работа Пристленда», в основу которой положены это и другие интервью отца Антония.

Короткие формы радиопередач также вполне подходили ему (такие, например, как «Молитва дня», по 4 мин. каждая в 1979 г.), а в 1980-м он подготовил три программы всемирной службы Би-би-си для серии «Отражения» под названием «Первые слова Христа» («В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин: 1,1).

 

 

БОГ: Да или нет? Дебаты1 о Вере с Марганитой Ласки

 

В деятельности митрополита Антония на радио, охватывавшей широкий круг религиозных вопросов, случались особые случаи, один из которых стал легендарным: его теледебаты с Марганитой Ласки об атеизме, противостоящем вере в Бога.

Марганита Ласки была успешным писателем, драматургом, критиком, эссеистом и радиожурналистом. А также — убежденной атеисткой. Ее имя и голос были знакомы телезрителям и радиослушателям. Она участвовала во многих политических, философских и литературных дискуссионных программах. Она была активным членом ПЕН-клуба, который поддерживал во всем мире писателей, преследуемых за свои произведения, одной из составительниц знаменитого словаря «Оксфорд-инглиш». Она писала романы, рассказы и делала авторитетные критические обзоры новых книг. Неполный перечень радиопередач г-жи Ласки в аудиоархиве Британской библиотеки содержит ряд передач на специфические религиозные темы, включая дискуссии с настоятелем Вестминстерского собора и ректором церкви Святой Марии де Буа, которые продолжались в течение ряда лет.

Будучи известным интеллектуалом и атеистом, она интересовалась проблемой притягательности религии и религиозными верованиями. Некоторые сведения о том, откуда может проистекать ее позиция, дает книга М. Ласки, написанная за десять лет до дебатов с митрополитом Антонием: «Экстаз: изучение некоторого внецерковного и религиозного опыта» (1961 г.). Это квазинаучная работа, где Ласки исследует случаи чрезмерных, мистических примеров, которые могут толковаться как религиозные откровения верующих.

Так вот, Марганита Ласки и епископ Блум, записали две программы под названием «Атеист и Епископ», в которых она успешно использовала хорошее знание предмета и свой научный образ мышления в дискуссии с его глубоким христианством. Тон был постоянно дружеским, и после просмотра фильма и чтения стенограммы мне показалось, что хотя она и не признала каких-то изменений в своей душе, что-то от убежденности в ве-ре митрополита Антония глубоко ее затронуло.

Еще один пример дискуссии митрополита Антония с неверующим — это дебаты с известным комментатором русской службы Би-би-си Анатолием Голдбергом (многие советские слушатели знали его как Анатолия Максимовича). Дебаты состояли из шести передач и проходили на русском языке. К сожалению, я не нашла записей передач в архиве Би-би-си, но признаю, что Анатолий Максимович обладал легкоузнаваемым голосом и особой манерой говорить, а также пользовался огромным доверием своей аудитории, которая слушала его с начала 1950-х годов. Вероятно, в России по сию пору существует несколько его неофициальных записей.

Но тут есть некая загадка: в сообщении о встречах со слушателями (в рамках Торговой выставки 1961 года в Москве) есть комментарий, в котором сказано, что дискуссии между неназванными верующим и неверующим представляли некоторый интерес для атеистов. Один слушатель высказался так: «Все было настолько ясно и понятно, что я даже записал это на пленку и давал слушать ее своим друзьям».

Загадка касается даты программы: письменная запись датирует ее десятью годами позднее — 1972-м. Тем не менее была более ранняя дискуссия по вопросам, которые, как утверждает советская пропаганда, якобы исходили от советских неверующих. Эту информацию А. Голдберг собрал и передал ее митрополиту Антонию. Вполне возможно, именно такая дискуссия и проходила в 1961 году.

 

 

Завоевывая русскую аудиторию

 

То, что митрополит Антоний с помощью радио и телевидения стал значимой фигурой для британской публики, ясно. Он был также в хороших отношениях с Англиканской церковью, поскольку был приверженцем экуменизма и сотрудничал с Советом британских церквей и Всемирным Советом Церквей.

В то же время он уделял много времени и сил своей аудитории в СССР, выступая по-русски с проповедями и беседами, которые так или иначе передавались еженедельно в религиозных программах русской службы Би-би-си. Каково было их влияние? Прямого ответа не существует, ибо в советский период программы глушили, а западные специалисты не имели доступа к любым опросам общественного мнения, если таковые вообще существовали.

Нам следует помнить, что в 1952 году, когда состоялась первая запись радиопередачи митрополита Антония, в Советском Союзе было «раскрыто» так называемое «дело врачей», которое завершилось лишь со смертью Сталина в 1953 году. Тысячи были арестованы, некоторые казнены, другие сосланы в Гулаг. Сталин рассматривал их как своих личных врагов и требовал от секретной полиции разоблачать тысячи «врагов» для пополнения трудовых лагерей.

В те годы была разрешена только очень контролируемая церковная жизнь, духовенство и верующие преследовались так же, если не больше, чем рядовые граждане. О слушании заграничного радио говорить было запрещено, тем более признаваться в этом.

 

 

«Есть обычай на Руси: ночью слушать Би-би-си»

 

С тем чтобы иметь хотя бы приблизительное представление об аудитории, русская служба Би-би-си была вынуждена полагаться на отзывы отдельных слушателей и на публикации в советских СМИ, которые выражали крайнюю враждебность в отношении Би-би-си и других иностранных вещателей, и это как раз свидетельствовало о том, что аудитория была довольно значительной. Периодически в газетах и журналах, вроде наиболее популярного в СССР сатирического издания «Крокодил», а также сатирических плакатов, появлялись карикатуры в связи с радиопередачами из-за границы, целью которых была дискредитация этих передач. Би-би-си использовала материалы советских журналов, которые публиковали сведения о ежегодном производстве радиоприемников, о том, насколько устойчиво электроснабжение в послевоенные годы, имеются ли в продаже электрические батареи, где находятся крупные населенные пункты — все это для того, чтобы иметь представление о количестве потенциальных, а не фактических, слушателей. Вместе с отзывами отдельных граждан все это позволяло Би-би-си оценивать, какой процент фактических слушателей, как они слушают в условиях глушения радиопередач, какой контент дойдет до них.

Советские радиостанции вещали на внутреннюю территорию на коротких волнах, точно так же вещали и зарубежные радиостанции в расчете на СССР. Би-би-си анализировала глушение зарубежных передач с тем, чтобы находить способы обхода глушения. Однако после первой пробной передачи религиозной программы русская служба Би-би-си отказалась продолжать их, поскольку казалось, что никто просто не сможет физически слышать эти передачи.

В период «холодной войны» наиболее глубокое исследование аудитории проводилось американской радиостанцией, известной вначале как радио «Свобода» (впоследствии радио «Свободная Европа»), вещавшей на страны Восточной Европы, и радио «Свобода», вещавшая на СССР. Пытаясь получить хотя бы более-менее обоснованное представление о количестве слушателей, использовались различные приемы. Представление базировалось на отзывах побывавших в СССР, отзывах приезжих из Советского Союза, которых расспрашивали о том, кто слушает передачи, какие темы наиболее популярны. Достаточно аргументированные и эффективные методы были найдены для изучения отдельных материалов, чтобы прийти к общим выводам.

Доклады об исследованиях Би-би-си выходили ежегодно, и в них обычно был раздел о религиозных программах, но не всегда было ясно, оценивали это сами информаторы, каждый из которых давал оценку по всему перечню программ, или же разные люди оценивали каждый свою программу. Судя по тому, что говорилось в конце 1980-х — начале 1990-х годов, люди в разных регионах СССР слушали всё подряд по зарубежному радио, всё зависело лишь от условий и качества приема передач. Слушатели могли отличать разные стили передач и имели возможность выбирать, но даже если им хотелось узнать о чем-то конкретно, они должны были слушать всё подряд. Поскольку религиозные программы Би-би-си передавались в определенное строго установленное время, слушателям приходилось искать их. И ранние доклады свидетельствовали, что это им удавалось.

Из одного документа 1955 года известно, что некий ленинградский теолог сообщал в письме в Би-би-си, что его друг — священник из Луцка слышал очень хорошо религиозную программу (город Луцк находился недалеко от польской границы, там был очень хороший прием от передатчика с Кипра), в то время как в Ленинграде слушать можно было лишь сквозь глушение, и то только на одной частоте; по воскресным же дням не было слышно ничего.

В 1956 году пришла новость от священнослужителя Православной церкви: его коллега в СССР регулярно слушает религиозные программы. В тот год глушение прекратилось полностью с 18 апреля по 28 октября, немецким военнопленным было разрешено вернуться в Германию. Многие из них в интервью рассказали о том, что передачи Би-би-си можно было слушать беспрепятственно круглые сутки. Тогда стало ясно, что сотрудник русской службы Анатолий Голдберг хорошо известен в СССР как радиокомментатор. К сожалению, короткий период без глушения закончился в связи с вторжением советских войск в Венгрию и судом и казнью Имре Надя, призвавшего венгров к борьбе за демократию и независимость.

В течение 1957 года радио Би-би-си было одним из главных источников новостей о развитии обстановки в Венгрии. Благодаря Би-Би-Си слушатель в Югославии написал об особенностях визита Патриарха Алексия в Белград. В 1958 году значительное число испанских беженцев в период Гражданской войны, которые нашли приют в СССР, были репатриированы в Испанию, где их расспрашивали, слушали ли они зарубежные радиопередачи. (В 1959 году в докладе о состоянии аудитории описаны ответы на вопросы репатриантов в Грецию и Германию. Все доклады дополнили общее представление о зарубежных слушателях, хотя точное число опрошенных установить было невозможно.)

В 1958 году отец Василий Родзянко, в течение многих лет готовивший для Би-би-си религиозные программы для России, встретился со священнослужителем Русской Православной церкви в Утрехте, который сообщил, что в СССР есть постоянные радиослушатели религиозных программ. Священнослужители провели много дружеских, откровенных встреч. Когда отец Василий Родзянко критиковал Патриарха Алексия за его пропагандистские заявления, митрополит Николай Крутицкий и Коломенский объяснял это следствием невежества, поскольку у них-де не было достаточной информации с Запада. Сам же он регулярно слушал радио и знал немало подробностей о программах, даже несмотря на глушение. Он был убежден, что число слушателей увеличивается повсеместно, и высказался за продолжение программ. Митрополит даже согласился записывать проповеди на тему «Святая Русь», которые повторялись по нескольку раз, и проповедовать их среди детей. Он и другие священники выразили благодарность работе русской службы Би-би-си:

«Объективное и всегда невраждебное отношение Би-Би-Си к Русской Православной церкви в сочетании с ясным христианским посланием, а также правдивая информация являются огромной ценностью для миллионов слушателей, как верующих, так и неверующих».

В 1959 году один из советских слушателей инженер по образованию, высоко оценил передачу Пасхальной службы и другие праздничные передачи, он написал, что его матери нравятся религиозные программы.

В 1960 году большое стечение народа в Переделкине на похоронах поэта Бориса Пастернака, быть может, объяснялось и той подробной информацией об этом событии по радио Би-би-си. Духовенство оценило качество религиозных программ.

В 1961 году, согласно словам респондентов, создалось впечатление, что многие люди только и слушают передачи церковных служб, хотя сами церковь посещать не решались. Служители Православной церкви говорили, что религиозные программы Би-би-си слушают и в Москве, и повсюду. Тем временем советская служба отслеживания зарубежных религиозных программ заявила, что религиозные программы гораздо опаснее, нежели передачи новостей, и поэтому следует заглушать!

В 1962 году сотрудник Религиозного департамента Би-би-си, встречавшийся со многими русскими делегатами на различных религиозных конференциях в Западной Европе, сообщал, что «был удивлен числу лиц, которые слушают передачи русской службы Би-би-си. Их основным интересом, как они говорили, была церковная жизнь на Западе». Другие, как, например, священник из Армении, говорили о росте популярности передач о церковных богослужениях и внутри СССР.

Интересное «доказательство» о слушании религиозных передач приводится в докладе того же 1962 года:

«…согласно сообщению журналиста советской секретной полиции было предложено представить количественные сведения о зарубежных радиопередачах. По понятным причинам, сведениям из такого источника не следует доверять, но если они все-таки существуют, есть все основания полагать, что власти озабочены тем количеством людей, которые слушают зарубежные радиостанции».

В 1963 году, судя по сообщениям с мест, откуда писали слушатели, аудитория разрасталась. Один из корреспондентов говорил, что он слушает радио уже 9 лет, другой — 12. Также сообщалось, что многие слушают несколько зарубежных станций — такое имело место повсюду в советское время. Что же касается религиозных программ, то русский священник писал из Москвы о полемике, возникшей по поводу выступления британского епископа Вулвича (автора Верный Богу), что породило серьезные дебаты в Русской церкви — первой подлинно теологической дискуссии между советскими верующими и неверующими (насколько я могу вспомнить).

В 1964 году в дополнение к сообщениям приезжих в русскую службу Би-би-си пришло 227 писем, включая много сообщений от слушателей-студентов, в которых говорилось, что «слушают все» — не только интеллигенция, но и рабочие. Политический кризис также способствовал росту числа слушателей: один из них сообщал, что именно Би-би-си впервые сообщило о том, как Никита Хрущев стучал по столу ботинком в ООН, а затем о его смещении с поста Генерального секретаря ЦК КПСС.

О китайско-советских разногласиях сообщали только западные станции. Официально слушание западного радио не одобрялось, но политический климат был таков, что слушание распространилось широко. Некоторые русские церковнослужители с энтузиазмом писали, что выступление премьер-министра Гарольда Вильсона «Почему я верю в Бога» вызвало у них немалый интерес.

В 1965 году был проведен конкурс среди радиослушателей. Один из вопросов был такой: с кем бы из участников программ Би-би-си Вы хотели бы встретиться? Было упомянуто много спортсменов и деятелей культуры, но из русской службы радиостанции были названы глава службы Мэри Сетон-Уотсон и отец Василий Родзянко, который вел регулярные религиозные программы (10 упоминаний). Следом за ним упоминали постоянного политического комментатора русской службы Би-би-си Анатолия Голдберга, а также епископа Антония. Популярность отца Василия Родзянко свидетельствовала о ширившейся аудитории религиозных программ в СССР.

 

Ежегодные доклады продолжались, при этом было отмечено немало интересных деталей, многие из которых касались религиозных программ. Интерес Министерства иностранных дел в 1970 году к работе Всемирной службы Би-би-си объяснялся тем, что служба финансировалась из специального фонда, и требовалось подтверждение о целесообразности сохранения религиозных передач. Ответ Би-би-си был тщательно взвешенным:

«Что касается радиопередач по-русски… главным обоснованием является то, что русские в высокой степени религиозные люди и религиозные передачи оправдали свою необходимость тем, что постоянно привлекали своих слушателей, которые оставались у радиоприемников для прослушивания и других передач из Лондона».

Это объяснение оставалось в силе и не менялось еще долго и в постсоветский период.

 

В заключение я хотела бы упомянуть некоторые воспоминания отдельных лиц о влиянии радиопередач митрополита Антония Сурожского. Их число, естественно, невелико, но они свидетельствуют о том, что голос митрополита Антония звучал ясно на протяжении лет, несмотря на глушение, и этому способствовали его поездки в СССР. Здесь мы должны отдать должное работе сестер Майданович и многих других, которые бескорыстно помогали мне в поиске и доступе к записям его передач. Живое слово митрополита Антония, его приверженность говорить не по написанному — особенно этим-то отличались его речи, его послания. Тысячи, если не миллионы слушателей подтверждают это.

Во время разных поездок по России я встречала многих людей, которые с радостью говорили о своих ранних впечатлениях от передач Би-би-си по-русски. Один человек (сейчас это ушедший на пенсию профессор университета) рассказал мне, что он стал верующим еще в детском возрасте благодаря радиопередачам Би-би-си, когда он с родителями уезжал летом из Москвы в сельскую местность. Он говорил, что целый мир открылся ему, благодаря передачам отца Василия Родзянко и митрополита Антония Сурожского. Проповеди митрополита Антония полностью раскрылись перед ним во время молений, и это было несравнимо с молениями русских священников, поскольку жизненный опыт митрополита Антония был совершенно отличен. Позднее он слушал митрополита Антония во время его поездок по России, и он до сих пор отчетливо помнит эти проповеди, настолько они доходили до сердца и простых и образованных людей, настолько пропитаны высокой, непостижимой духовностью. Его вера сохраняется до сегодняшнего дня.

Стиль передач митрополита Антония напоминал доверительное общение с глазу на глаз. Дочь в семье, которую однажды посетил в Москве митрополит Антоний, вдохновенно говорила о том, как он рассказывал о вере, жизни Христа, и как его глаза, казалось, излучают божественный свет. Многие другие отмечали, что его взгляд держит вас и вы чувствуете, что он может коснуться вашей души.

Одна русская дама, которая посещала его еженедельные выступления в лондонском соборе в Энисмор Гарденс, говорила об удивительной силе его рассказов, часто взятых из его собственной жизни. До окончания вечерней службы отец Антоний обычно говорил с каждым присутствующим. Она чувствовала, что он мог бы рассказать о том, что ее волнует, и уверить ее в своей поддержке.

На первой международной конференции в Москве, посвященной наследию митрополита Антония, в сентябре 2007 года митрополит Минский отметил распространение учения митрополита Антония Сурожского в России благодаря Фонду его имени, напомнил о том «значительном вкладе в духовное пробуждение и возрождение в годы, когда наша Церковь (в России) существовала в чрезвычайно ограниченных внешних условиях».

 

В заключение, оценивая радиопередачи митрополита Антония на Советский Союз и Россию, скажу несколько слов об отце Александре Борисове. Борисов был одним из тех, кто рассказывал, как проповеди митрополита Антония верующие переписывали, копировали и распространяли в советский период самиздатом. В письме ко мне после нашей встречи он писал:

«Главное, о чем он (митрополит Антоний) всегда говорил и писал, — это была встреча с Христом. Личные с Ним отношения. Это было то самое, что, к сожалению, отсутствовало в христианских проповедях в России в то время. Много говорят о Православии, о традициях, великом прошлом, патриотизме и т.д. Но наш Господь Иисус Христос остается, как и раньше, за скобками, бесспорным обязательным условием нашего спасения, с которым все ясно, и поэтому, мол, здесь не о чем говорить. Но именно по этой причине проповеди митрополита Антония были особенно важны, поскольку в их основе его собственный опыт, который ценен для Церкви и для каждого верующего, для каждого человека». 

 

 

© Текст: Элизабет Робсон

© Перевод: Александр Максимов

 

 

Версия для печати