Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Уральская новь 2003, 16

Ерофеев Александр Вячеславович родился в 1960 на Украине. В раннем детстве переехал в Магнитогорск. Публиковался в местной и областной периодической печати, в коллективных сборниках "Гармонии таинственная власть..." (Магнитогорск, 1992, 2000). С 1999 является постоянным редактором литературного журнала "Берег А". Автор поэтических книг "По темной воде" (1997), "Под знаком Водолея" (2003). Живет в Магнитогорске.


* * * (2001)
...вот откуда эта неприкаянность -
время ветром северным оскалилось,
закружило белым, запорошило...

Так и ночь пройдет,
моя хорошая.

Нам всегда - недоставало времени.
Именем твоим слова беременны,
боль моя и радость заполошная.

Что же ты не спишь,
моя хорошая?

Я достану флейту тростниковую,
заиграю песню пустяковую -
о принцессе, спящей на горошине.

Ты закрой глаза,
моя хорошая.

Пусть уйдут все радости и горести,
ни обид не будет и ни гордости,
ничего, что тянет следом прошлое...

Только я и ты,
моя хорошая.

* * * (1999)
Когда она уснула, два крыла -
ещё летели...

(трепетный и влажный
струился воздух
между пальцами
была
такая призрачность
и лёгкость)
...что тела! -
нам не принадлежали
даже тени.

Провинциальные стансы (1997)

Что-то случилось... И вот в феврале -
здесь, на Урале! -
в этой оставленной Богом дыре
пахнет миндалем.

Пахнет сомнением, горечью брома,
тяжестью моря -
свищет и свищет всю ночь возле дома
вешний Егорий.

Ломится в двери всю ночь напролёт,
в окна стучится.
И, задыхаясь, надрывно поёт
птица-зегзица...

Словно открылась внезапною кровью
вся наша сирость.
Это за мною! Ты слышишь - за мною!
Что-то случилось!

И встрепенётся спросонья подруга:
"Что за причуды?
Что ты всё мечешься? Чем ты испуган?..
Всё - от простуды..."

И, разомлевшая в пекле перин,
комкает простыни..:
"Всё от простуды... Прими аспирин!"
Как это просто.

Просто и ясно: метёт на дворе,
дует из щели.
Просто и ясно: уснёшь в феврале,
встанешь - в апреле.
Встанешь, спохватишься - ни журавля
и ни синицы...
Просто - покатою стала земля.
Просто - не спится.

* * * (1997)
Что там дышит лёгкой тенью
у раскосого виска -
пальцев ли переплетенье,
сердца злая ли тоска?..

Лишь подумал, лишь заметил,
ан - и жизнь прошла, как сон,
и уже заводит ветер
тёмный креп со всех сторон.

* * * (2002)
...как немому - недоступно имя,
хоть и нету в том его вины,-
так и мы могли бы стать иными,
если был бы замысел иным;

только он так явственно очерчен,
что не веришь собственным глазам -
наградил нас Бог болезнью к смерти
и любовью к жизни наказал...

* * * (2002)
Избери себе жизнь, чтобы жить,
не жалея о давнем и дальнем.
Чтобы только дышать и любить
то, что видится глазом овальным.

Избери себе жизнь, чтобы жить,
своей болью других не тревожа.
Чтобы снова - дышать и любить,
и на что-то надеяться - тоже...

Избери себе жизнь, чтобы жить...
Только так постарайся избрать, -
чтоб хотелось дышать и любить,
белой цаплей по водам ступать.

Избери себе жизнь, чтобы жить
среди этого мрака и хлада...
Чтобы просто - дышать и любить...
И не надо другого.
Не надо.

* * * (2003)
...и всегда ходить во всём белом,
и держаться стороны левой -
всё равно, что рисовать мелом
имя Божье на стене белой.

* * * (2000)
Ах, как бережно он моет помазок -
к волоску уложит каждый волосок,

на краю своей старательной души
оглядит, как инструменты хороши,
и, внимательно примерившись к руке,
поведет холодной тенью по щеке...

(вот и время -
больше глаз не открывать
видеть белой
и единственной - внимать
той дали
где берега неразличимы
где уключины ли брякают
ключи ли
где теряются где гаснут голоса
где ладони заслоняют - небеса) 
...тонкой жилкою пульсирует висок -
ах, как бережно он моет помазок.

Тихо плещет в чаше тёмная вода.
В отраженье глянешь, - словно в никуда.

Проведёшь рукой по выбритой щеке.
Да слезу смахнёшь.
Да спрячешь в кулаке.

* * * (2003)
Мечутся в поле холодном огни -
в поисках лета...

Нам бы хватило на долгие дни -
этого света,
этой прозрачной, пустой тишины -
радости полной...

Гордой обиды и горькой вины -
нам ли не помнить?
Нам ли не знать, чего стоят они -
глупости эти?..

Мечутся в поле холодном огни -
в память о лете...

* * * (2002)
Такая с тобою нам вышла стезя,
что врозь невозможно, а вместе - нельзя.

(и ходим по кругу сквозь эти огни
одни - друг без друга и вместе - одни

и знаем где нам уготован покой -
всего лишь друг друга коснуться рукой

однажды - оставить дыхания след
на жизни в которой дыхания - нет...)

Да только себя пережить, превозмочь -
ни мне, ни тебе - не даёт эта ночь.

* * * (2003)
воздух наполнила горечь полыни
солнечный луч растворился в окне

лишь одного
я не знаю отныне -
что кроме жизни осталось во мне...
только обида да злая забота -
день скоротав позабыться во сне
только надежда на глупое что-то -
что кроме жизни осталось во мне

вот и кончается долгое лето -
светлою тенью скользнув по стене

и вопрошаю
и нет мне ответа -
что кроме жизни осталось во мне

* * * (2001)
Пахнет землёю опавшая хвоя -
близкой зимою...

(кто эта женщина у аналоя -
рядом со мною
чьи это руки касаются рук -
тихо и нежно)

Так замыкается времени круг,
так - неизбежно.
Тоньше становится памяти нить,
рвётся начало.

(где эти губы которых любить -
силы не стало
как истончились истаяли дни -
полные страсти)

Боже, прости мне ошибки мои,
всё в твоей власти.
Но и не дай тишины, и покоя,
коли не стою.

...как безысходно - опавшая хвоя
пахнет землёю.

* * * (1998)
Знать, приспела пора...

(поутихли и страхи и страсти
и рассыпанных дней не собрать
по озябшим углам

ну и что же теперь -
уповать чтобы вышнею властью
счет оставшихся дней уравнялся
несобранным дням

уравнялся - да полно! - кого
не себя ли морочим

пуст и чёрен алтарь)

...и повинен, и бит, и прощён,
предстаю пред закрытые -
страшные Божие очи;
и уже не надеюсь,
и всё-таки -
верю ещё.

* * * (2003)
Воздуха лёгкого клейкую нить
намертво в губы сухие вдавить,
пальцами смять золотые зрачки,
на пол роняя слепые очки,
и понимая, что мир ни при чём,
левым в пространство уткнуться плечом,
и головой бесполезно кивать -
от невозможности что-то понять,
от неуменья унять эту дрожь,
смысла и проку в которой на грош...
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
Так и живёшь, ожидая, когда -
станет во облацах светлой вода,
станут прозрачны до звона слова,
снами и явью придут однова,
именем чистым наполнится дух,
только затем, чтобы вырваться вслух.

* * * (1997)
какою-то тайною силой влеком
как вестник - по тёмной воде босиком

до страшной минуты до Судного дня
мой ангел безумный оставил меня

казалось бы ладно - и быть посему
никто не обязан ничем никому

но так это больно что хочется - выть

последними прядями держится нить
последнею верою - слёзы из глаз
ведь было же что-то предвечное в нас
что выше и чище любого огня

мой ангел безумный оставил меня

и тихо и пусто и в горле комок
дай Бог тебе ангел мой
дай тебе Бог

* * * (2003)
ни огня ни любви ни печали -
только слово что было в начале

только памяти светлая малость -
вот и всё что пожалуй осталось

и не больно - подумать об этом
и глаза - наполняются светом

и звенят за моими плечами -
небеса золотыми ключами...

Версия для печати