***
от монферрана к фальконе
чей всадник мчится на коне
два шага равные столетьям
повержен змей герой в седле
он машет ручкой гоп-алле
и ветер сносит междометья
 
тра-та-та-та твою же мать
мы будем шведа воевать
ах эта удаль капитана
но ветер топит легкий бриг
и жизнь проносится как миг
как дрожь по лацкану кафтана
 
а змей хитер а конь лукав
а дрожь зашитая в рукав
опалиной покрыта медной
все это суета сует
блеск неодержанных побед 
над нашей родиною бедной
 
***
Мокнут ягель и морошка,
Свищет ветер, хлещет дождь,
У вокзального окошка
Голосует бедный вождь.
Освинцованный, побитый,
Кепку комкает в руке,
Поселковые лолиты 
Тоже машут вдалеке.
Но пуста, пуста дорожка,
Колокольчик не звенит,
Только, как слепая мошка,
Паровоз вперед летит...
 
***
шорох крахмального воротничка
полураскрытый рот новичка
бедный паоло франческу любил
поп с перепою собаку убил
курочка ряба где же яйцо
блок незнакомке прячет лицо
ф.достоевский экс-нигилист
снова продулся давеча в вист
ехал емеля шуршал воротник
часики тикали тихо тик-тик
 ***
апрель чернотроп снег сошел но едва ли
соседские мыши просохли в подвале
а ты говоришь наступила весна
фальшива в напудренном небе блесна
 
не пялься в окошко плесни для сугрева
в граненый стаканчик что пыжится слева
холодную водку студеную ртуть
что было то сплыло зимы не вернуть
 
для нас межсезонья привычна закуска
в окурках асфальт и земля как зулуска
что сводят с невольничьего корабля
слезу пробивает и просится бля
 
а так нормалек ни зимы ни теплыни
в затертой задроченной нашей хатыни
то оттепель грянет то полный шиздец
подарит в сочельник приемный отец
 
сегодня ноль градусов завтра жарища
заныканный трешник а завтра их тыща
апрельские тезисы как ни верти
неисповедимы господни пути
 
***
на плотинке на исети
тети дяди малы дети
на скамеечке пивко
распивается легко
там где клены и березки
на трех лапах псы-барбоски
там сержант навеселе
бьет козырным гоп-алле
в узкой юбке буби-даму
чью-то дочь и чью-то маму
а толпа гогочет всласть
негде яблоку упасть
реют флаги полосаты
злобно фыркают пассаты
ну задай ей трепака
за подарок трипака
вот такие брат ромашки
витязь в форменной рубашке
намахался и устал
и поплелся в свой квартал
и опять гудит гулянье
что ж ты плачешь наказанье
заживет до свадьбы мздра
праздник граждане да здра
 
 ***
Еще не бог, но и уже не зверь,
Выходишь в ночь, приоткрывая дверь
Утробы теплой, ласковой могилы.
Мамашу лихорадит, доктора
Уже напутствуют: давай, мол, брат, пора!
И ты кричишь, и напрягаешь силы.
 
Кричи, кричи, услышит кто-нибудь.
Гони по венам каменную ртуть
И радуйся запасам миелина.
Сначала было Слово? Вот те раз!
А я-то думал, в допотопный час
В Его руках была лишь грязь и глина.
 
С цветком в руке, с соплею на носу,
Между землей и небом на весу,
Ты надрываешь связки многократно.
Ах, глиняный подопытный верстак,
Утробы первобытной красный мрак,
О, мама, забери меня обратно!


НА СМЕРТЬ Б. РЫЖЕГО

 На Московской Горке горе:
Умер славный парень Боря,
И теперь все ближе, ближе
К небесам поэт Б.Рыжий.
Книжка, пара публикаций,
Пять разборок, семь хренаций,
Заморочки, пьянка, бабы,
Юность --- рытвины, ухабы.
Танцы-манцы, спирт, общага,
Сотрясение, бодяга,
РТИ и Вторчермет -
Пара-тройка злых примет.
Я не знал его живого.
Что тут, скажете, такого?
Был поэт, да вышел вон...
Да, все так, но этот шмон,
Кавардак и неотложка,
Из Есенина немножко
Не дают душе покоя.
Вот и все, и все такое...

***
Отстучали дожди, 
Отстучали соседи,
Отцвели хризантемы в саду,
Едет Белая Леди 
На белом медведе
По декабрьскому хрупкому льду.
 В эмиграции птицы, 
Суровые лица
Осаждают троллейбус с матком,
Фонари над дорогой 
С улыбкой убогой
Под ментоловым злым холодком.
 
Но любовь, как заноза, 
Без всякого спроса
В моем сердце, продрогшем, болит.
Дайте, лекари, справку, 
Пора на поправку,
Я совсем от зимы инвалид.
 
Декабристские жены, 
С утра заряжены,
Этапируют поросль в детсад,
Я бреду, как собака, 
Среди белого мрака,
Своей белой судьбе наугад.
 
 ***
Патологоанатом,
Невинная душа,
Халат, ладонь-лопата,
Холодный блеск ножа.
Этиловое сердце,
Расчетливый зрачок,
Рука раздвинет дверцы,
И на тебе: рачок.
А вроде бы, недавно,
Не позже, чем вчера,
Пылала полноправно
Подзольная жара,
И ролики крутили,
И кочегар пыхтел,
И женщины любили,
И голубь не летел.
Теперь он неказисто
Уселся на плече
Врача-секциониста
В клеенчатом плаще.
 
 ***
зашкаливает память а на кой 
поймем потом когда пойдет на убыль
ты помнишь лысенький 
		      приятно круглый рубль
литой тяжелый с искрой огневой
 
на этот рубль отец-покойник брал
кулек конфет конечно без оберток
и пьяный вдрызг совал сынуле сверток
а я был рад он жив и засыпал
 
жужжали бестолково провода
на володарского а мать была в отъезде
по ящику о двадцать третьем съезде
брюзжали быстро капала вода
из умывальника не застегнув ширинку
не сняв сапог валился на диван
родитель мой не бомж не уркаган
а бедный муж серчающий на нинку
 
***
Плюнул на пол и растер -
Вот как было дело.
С меня долго драли дерн.
Все! Осточертело
Выть под ржавую дуду,
Разводить базары,
Как просплюсь, с утра уйду
В братья-кочегары.
Там, за жаркою стеной,
Громыхает буча.
Я не старый, я живой!
Пусть меня научат.
Пусть толково разъяснят,
Образумят лоха:
Что такое хорошо,
Что такое плохо.
Я забуду без труда
Гегеля-Платона...
В котелке бурлит вода,
Как во время оно,
В сени ласточка летит
Без предупрежденья,
Перед печкою пиит
В фазе просветленья.
 
***
хороша была разборка
льда предательская корка
свалка мерсы веера
пейджера и фраера
снег над охтою чудил
каин авеля убил
 каин каин где ты был
на фонтанке водку пил
а потом наташка элка
в пять назначенная стрелка
снег над кружевом оград
каин каин где твой брат
 боже праведный ослеп
спит вохра и спит обэп
спит жена ротвейлер маша
под ногами каша-мяша
снег кружится ворожа
труп промерзший сторожа    

***
Над мостами разводными
С разводным ключом в руке
Петр глазами голубыми
Озаряет путь реке.
 
Тонут звезды в море топком,
Грозный тезка скачет вдаль,
Я смотрю на небо робко,
На твердеющую сталь,

Где по пасмурной дороге
Старый ключник городской
Подагрические ноги
Волочит в толпе людской.
 
Дядя Петя! Град барочный,
Столп, как перст, седая хмурь -
Все не вечно, все непрочно -
Вечна лишь твоя лазурь.
 
Ты не камень, я-то знаю!
Ты - замерзшая река,
Что из ада гонит к раю
Челн усталый рыбака.    

ПИСЬМА ИЗ ПРОВИНЦИИ

1
дали горячую воду выпало экое счастье
лето никак не наступит холодно и ненастье
город в растяжках обвислых испания и анталья
сопли глаза слезятся тополь пушит каналья
так начинаются письма родичам в город горький
надо ж ответить людке хватит лежать на койке
как там ее помидоры взошла ль наконец капуста
свет отключил свердлэнерго чтоб ему было пусто
будем писать при свечке фига ли мы ж не баре
мой попросил до получки приплелся опять в угаре
торчала полдня в больнице и этот слышь хрен моржовый
мазал мне чертов герпес и обнадежил новый
будет мол непременно мол не прощай родная
я вообще на нервах крутишься как заводная
а тут тебе отключенье ни вымыться ни подмыться
ой надоело людка лбом мне о стенку биться
а так ничего зойка зовет к себе в воскресенье
ставила богу свечку за упокой во спасенье
дай и тебе бог счастья и чтобы включили воду
свет урожай хороший выздороветь и погоду

2
в это время маклай не в ладах со своею миклухой
ну а корсаков вовсе не римский а как и все православный
чет и нечет житуха теперь брат жидуха
не патлатый правит а лысый главный
и хотя нам до фени но феня болен
геморрой беднягу совсем замучил
дали б музыку что ли но дитер болен
отписал что достали козлы союз наскучил
в это время мамай не гостит в кургане
в гонолулу спровадил его ястреб женский
там он долго долго будет париться в бане
ведь его посылали всем миром юный ленский
поменял фамилию теперь петергофер
в тель-авив собрался его евгений
пристрелить грозился да евонный шофер
все тт не починит по причине лени
в это время клин обозвали клинтон
благовещинск в вещинск какое ж благо
батареи в инее реклама минтон
да и кожа белая как бумага
что тебе еще отписать родимый
в горле ком давно от хреновых демократий
я приеду скоро не волнуйся дима
все бывай целую твой брат кондратий