Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Урал 2017, 7

Я помнил всё. Я всё забыл

Стихи

 

От редакции. 28 июля 2017 года исполнилось бы 55 лет поэту Роману Тягунову, трагически погибшему в последний день 20-го века. Культовая фигура уральской поэзии восьмидесятых — девяностых годов, при жизни он не издал ни одной книги. В 8-м номере журнала «Урал» за 2012 год мы опубликовали воспоминания о Романе его друзей и близких. Эта публикация стала основой книги, которая скоро выйдет в издательстве «Кабинетный ученый». В редакции появилась записная книжка Романа Тягунова, хранившаяся все эти годы у его друга, дизайнера Евгения Охотникова. В этой книжке мы обнаружили два неизвестных стихотворения поэта. Два других — «Каждый божий день…» и «Ручной сонет» — принесла вдова поэта, Надежда Герасимова.

 

 

 

***

 

Подъезжая к Усть-Катаву, восьмое августа 2000,

приблизительно 10.47 Москвы

 

С кем воевал, за что боролся —

Об этом знает лишь родня,

Которой столько у меня,

Что хватит одного «роллс-ройса».

 

Кто пострадал от войн моих?

Три сына: Вася, Гоша, Саша,

И, может быть, вот этот стих,

Для мира без вести пропавший.

 

Сбежав на Чёрный континент,

Где, как и всюду, пуля — дура,

Я просветлел в один момент:

Наш общий сон — литература.

 

Где негры падают на снег,

А снег на падающих негров,

Где небом создан сон во сне,

Где день и ночь пасутся зебры.

 

Литературный перевод

…………………………

Без чёрной крови невозможен

 

 

 

***

 

Когда я ушёл в предпоследний побег

Навстречу измене и чуду,

То не вспоминал ни про Ноев ковчег,

Ни про поцелуй от Иуды.

 

Мне память отшиб инсулиновый шок

И доктор Эльвира Монтау, —

Влюбившись в её неземной порошок,

Я стал улыбаться, как даун.

 

У этой улыбки есть две стороны —

Железная и золотая:

Одна не ржавеет от лунной слюны,

Другая от этого тает.

 

Не солнечный свет свёл мне память на нет,

А рыбки его золотые.

Латыни не хватит оформить мой бред,

Когда я молчу на латыни.

 

На вязках лежать — веселей, чем рожать, —

Шутил я при первом аресте

………………………………………

 

 

***

 

Уленьке и всем её теням

 

Каждый божий день

Повторяю я,

Что такое Тень:

Буква — тень моя.

 

Русский алфавит

Тем и знаменит,

Что к исходу дня

Оттенит меня.

 

Повторю азы,

Завтрашний урок:

Англицкий язык

Не идёт мне впрок.

 

Тень от буквы «ЭЙ»,

Тень от буквы «ЗЕТ»…

В комнате моей

Русской тени нет.

 

Вдруг я узнаю

Тень от буквы «Ю»:

Если верить снам —

Не расстаться нам.

 

Прогоняю вон

Иностранный сон.

Завтра поутру

Буквы подберу…

 

Только вдруг во сне

«Ю» сказала мне:

«Буква — это дочь

English, Russian, Deutch.

 

Теньеё сестра

С ночи до утра! —

 

Не дели словарь,

Музыку без слов,

А запой, как встарь,

Песенку Битлов:

 

Новый алфавит

Нас не удивит,

Если повторим

Yellow Submarine”!»

 

 

Ручной сонет

 

Я помнил всё. Я всё забыл.

Я чист, как чистый лист бумаги…

В сельмаге пусто, как в сельмаге,

Пустом по прихоти судьбы.

 

Все волки злые, как собаки:

Я еле ноги уволок

От злых собак. Курю на баке —

Голодный, как голодный волк.

 

Читатель, не берущий в толк,

Писатель, не дающий в долг, —

Овчарки, гончие — не волки…

 

Морской, речной, воздушный гон:

Нет почвы, Почта с трёх сторон…

Я всех забыл, но помню сон.

 

Версия для печати