Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Урал 2013, 2

Не ищите меня во вчера...

Стихи

Ия Сотникова

Не ищите меня во вчера…

 

 

Ия Сотникова выпускница Литературного института им. А.М. Горького, член Союза писателей России, автор нескольких поэтических сборников. Живет в Невьянске, работает библиотекарем в школе.

 

 

 

Ода пешеходу

 

Вадиму Дулепову

 

С утра предпринявший великий поход,
окраин отчаянный житель,
дерзай, полководец стихов, пешеход,
для нас
ты уже победитель,

увидевший смысл
в окоёме и над
на всём, что задумал Создатель,

палаток пивных и небесных палат
сотрапезник и созерцатель,

в блаженных соитиях давки людской
с сияющим ликом несущи
в дырявом кармане свой век золотой

последний мильон до получки.

Гуляй, голытьба, и не выйдешь в тираж
простым помышленьем о хлебе.
И тот не оценит наш русский кураж,
кто чашу суетствия не пил!
В своем белоглазье, на озере чудь,
не мерил тех луж обыватель,
что ты
сочинитель, ваятель причуд,
порогов чужих обиватель.

Беги ж в Вавилон, как доднесь из него
бежал Моисей с Аароном.
Прибудешь, застанешь, подпишешь
ого!
да в очередь будешь
которым?

И где-то, могучим тряхнув кулаком,
немеренной силушкой ратной,
расширишь и так углубишь лексикон,
что ясное станет
понятным!
А коль не случится
бредешь наугад,
отмщеньем горя, небожитель:
ужо-тко тебе, наркоград, кривоград,
его чудотворный строитель!

Вот так свои будни проводит поэт,
свершая свой труд ненаёмный.
И знойные тётки, таращась вослед,
кивают призывно и томно.

Так движется век. Так провидец живёт,
пророков порочное братство.
А тучки как тучки
у наших болот
поди-ка ты им воспрепятствуй.
Зато уж при них
сам себе генерал,
коль выплюнешь скрежет зубовный.
Накатит
как Ницше бы твой не сказал
растрачивай трепет любовный:

встречай, партитура расстроенных нот,
служителя муз, возвращенца,
хранителя тайных заветных суббот,
их пылких объятий лишенца!

А в окнах
июня сиреневый куст
с сердечками листьев, зарёван…
Как бог, одинок, точно храмина, пуст,
утрись
в голове бесцарёвый

садись да набрасывай легкий стишок
свободной, по крайности, зоны

любви сквознячок, мимолетный смешок,
последний рубеж обороны!

 

 

***

 

Через шторку брызжет свет серебристой солью
наверху опять банкет, шумное застолье.

Тяжко двигают столы и разносят снеди,
и шевелятся полы
потолки соседей.

Не про то ли Тютчев пел
ветреная Геба,
что язычески смотрел на пирушку неба?!

Погуляй без берегов, млечная свобода,

потесни пустую кровь, поищи исхода,

как гуляла на мели в обмершем сердечке
да размыла колеи
смертные насечки.

 

 

***

 

Это избранным знак на чело.
Обрученье
глаголу.
А которым и так ничего,
лицам женского полу.
Но едва прихотливый искус
позовет на свиданье

обмираю опять и ведусь
на его обаянье…

 

 

***

 

Славянин, синеокий певец,
я дала тебе имя
Скворец
вся весна
по прилёте скворца
прокатилась по мне с утреца!

Разразился пугливым стишком,
позабавил глумливым смешком,
ой, насупил славянскую бровь

всполошил мне цыганскую кровь.

Просмеял
пестрядинных обнов
ярь и ветошь чужих лоскутов,
смехотворец, растратчик минут,
горьких радостей жрец, баламут.

Оторвись
на сорочью возню
вороватую прихоть мою
облинялые блёстки сдирать,
побогаче себя наряжать.

Ну, еще хоть один хохоток

сумасшедший, как счастья глоток!
Аржаного сухарика хруст,
захолустий своих златоуст!

 

 

***

 

Не ищите меня во вчера
я не там, я живу по соседству.
Простота
это форма добра.
И нельзя на нее наглядеться.

Свыше послана встреча
лови!
А молчание
вместо аванса.
Красота
это форма любви.
И нельзя от нее оторваться.

Глухомань, возросла лебеда,
и садовник корчует коренья,
тут стихи
только форма стыда.
Не великий, но шанс на спасенье.

 

 

***

 

Свет, нарастающий в природе,
озвучивая стебель травный,
твое мне имя переводит
на самый легкий
благодарный,
яснее птичьего куплета
и невесомого скольженья,
язык лепечущего лета,
щебечущий без продолженья…

 

 

***

 

Все теперь, и все сейчас
нет греха и нет позора

параллельными
от нас
чаще письма, дольше взоры…

Ни гугу и ни ку-ку

к нам. Ни шума и ни звона.
Значит, жизнь легла в строку.
Как ложатся под иконы.

 

***

 

Несознаваемая речь.
Иной язык. Страна другая.
Смотрю
а смысла не извлечь,
И слушаю, не понимая…

Но попускаемо судьбой,
Как недосмотр или небрежность:
Всё убывающая боль,
Всё возрастающая нежность.

 

 

***

 

Летние грозы давно
в наши края не бывали.
Им нараспашку окно
сроду здесь не открывали.

Долго кружили, таясь,
меж суетой и сумою,
не долетали до нас
вольные птицы покоя.

С небом в обнимку лежит
бренным прообразом рая
дом мой, где нет ни души,
полон
тобою до края.

 

 

***

 

Тоскою ненастного дня
и грешной судьбою,
совсем не ревнуя тебя,
сливаюсь с тобою,
смертельно, до самого дна,
стихией рыданья:
ты просто ее глубина,
природа страданья.

Версия для печати