Тарас Трофимов

***

Решётки оторочены водой —

Стекает пыли, пепла и останков.

Скулёж девиц, шоферов перебранка,

Нет зонтика, не вырулили. Стой!

 

Остановись, мгновенье. Ты — цитата

Из пудреных портретов той поры,

Когда все ливни шпагами остры бывали,

А собраты по перы’

Пир мецената штурмом брали,

Даты по самый не могу, и жгли костры

Из книг тупых профессоров. Когда-то.

 

Теперь собраты за рулём.

Шансон хрипит об каждый многовольтный провод.

Растаял прокурор, и сын, прощён,

Бежит к могиле мамы.

Вообщем, повод.

 

[…Секунды хрипа…] В город заходя,

Варавит диктор: дождик будет долгим…

[…Секунды хрипа…] Вылез, а вода

Решётку оторочила осколком,

Останком, пылью, пеплом и бычком.

Стоишь и смотришь эдаким бычком —

О чём я думал? Думал я о ком?

О ком-то с пудрой, с париком.

О ком-то.

***

Мороз и девочка цвели

Той беспардонной, беспарадной

Зимой — тонули корабли

Мешками похоти невнятной,

 

Как я, когда она цвела,

Тут погружался в днища речи

И рвал их, говоря — дела

Неплохо. Вечный. Нестареющий.

 

Облака все шли и шли

Над сморщившимся в год асфальтом.

Тонул, а девочки цвели —

Я звал их басом. Надо — альтом,

 

Не знавшим ни пробоин дна,

Ни кадров похоти невнятной.

Была зима, цвела она,

Ну а детали — непонятны.

Машинист

Паровозы отдыхают

Медленностью речи.

Машинист — башка сухая,

Брит и покалечен.

 

Разговаривает сложно,

Всё об этих стрелках,

Запахом травы порожней

Тянет слева, мелко.

 

Машинист, давай махнёмся,

Хлопнем о ладони:

Ты мне паровоз и солнце,

Оба как бы кони,

 

Я тебе тоску и сладость

Видеть в жопе — бога,

Иностранную заразу

И ещё немного.

 

— Не канает, — третьепалой

Машинист смеётся.

— Разве паровоз, пожалуй.

Ну куда те солнце?!

***

Руки-крюки, сволочи-глаза —

За тебя прогласовал я “за”,

Черный шарфик вейся-обнимай,

Вот и наш тырнадцатый трамвай.

 

Надоели липкие гудки,

Ты возьми в ладони — и теки,

Подо мной двенадцать этажей,

Видимо, не выронишь уже.

 

Что-то в одеяле — это ты,

Падает окурок с высоты,

Заблудились в городской степи

Триста два окна напротив. Спи.

Свадебное

Сахарницы бились о паркет —

Не понять, где сахар, где стекло.

Сквозь аккордеоны мучил дед

Пальцами. И то не помогло

 

Свадьбе, с куклой рыжей расписной

На капоте. В пластиковый ста

канчик — он последний запасной,

Наливай шампанского — пуста,

 

Как пусты глаза у жениха,

Испугался поздно. Пей, гляди,

Что друзья смеются — ха-ха-ха,

Лучшее, конечно, впереди.

 

Пьяный тамада ушел в тоске,

Пьяный дядя заорал — не тронь!

Все конверты — в правом кулаке,

В левом — чья-то потная ладонь.