Вера Шульская окончила Ишимский пединститут и работает учителем физики и математики в средней школе. Участник областных и всероссийских конкурсов авторский песни, лауреат всероссийского конкурса памяти А. Ахматовой (2006). Автор сборников стихов “Три слова”, “Небесное путешествие”. Живет в г. Ивделе.

***

Осенний пламень на осине.

Березы тоже все в огне.

С рожденья самого доныне

Пожар неведом тот сосне.

Стоит она, не шелохнувшись,

Безвестной думой занята...

И шепчет ветер, оглянувшись:

“Живи и дальше, красота”.

Даль

Оттого ли, что даль далека,

Оттого ли, что небо без края,

Я не больше того мотылька,

Что в цветах беззаботно порхает.

Я не больше травиночки той,

В нужный срок что на свет появилась

И, умывшись небесной водой,

Меж зеленых сестриц разместилась.

Больше ль я муравьишки того,

Что несется в привычных заботах

И, не веря, как я, в волшебство,

Выполняет земную работу?

И какая-то тайная власть

Вновь туда за собой увлекает,

Где вся даль с синим небом слилась

И душа где предела не знает...

***

Звучат настойчиво стихи

И в самых дебрях жизни прозы.

Из сердца вырвали занозу

Вот эти улочки тихи...

Вот потянуло словом мудрым

От обветшалого окна.

Вот чей-то образ златокудрый,

Мелькнув, спросил: “Где ж та весна?”

Вот бурелом, сплошные гари —

Не подступись! Не подступись!

Но здесь кипрей — счастливый парень! —

Лиловой рифмой манит ввысь.

Вот небо громом разразилось!

Наисладчайший вновь покой...

А сердце заново родилось,

Забившись свежею строкой.

На весу

Снова слово поэтическое

Душу держит на весу.

И сонатой патетическою

Предстает мне жизни суть.

Звуки мчатся! Звуки падают.

Поднимаются с колен.

Ударяются в громады

Возведенных кем-то стен.

Разразились криком-стонами,

Но, оправившись от ран,

Восклицают, не сраженные:

“Тесен ты нам, нотный стан!”

С линий узких ввысь бросаются,

Крепнут, крепнут с высотой!

Там со словом повстречаются,

За неведомой чертой.

Встречи эти — звезд рождение,

Звезд особых — не для глаз.

Лишь строкам стихотворения —

Вспышки их в урочный час.

...Не почудилось! Услышала

Жадный зов душа опять.

Подниматься выше, выше ей!

Неба дар посметь принять...

***

В этом городе — звуки другие.

Лист упал — словно вздох за спиной.

А мгновения кружат такие,

Что теряется времени строй.

Подошедши к иному жилищу

(Чей-то мир жалким холмиком стал),

Откровенья внезапно отыщешь,

Те, что в суетных днях потерял.

Есть места в этом городе тайны —

Сил не станет, чтоб мимо пройти:

Лишь тебя ждут они без роптанья,

Лишь твое им услышать “прости!”.

Мимолетное с кем-то свиданье —

Как обрывки исчезнувших дней...

Но от них вдруг полнее дыханье,

И о будущем думы полней.

Здесь особые выси витают...

Здесь немыслим привычный нам путь.

“Не вернуть...” нашу душу встречают,

Провожают ее “Не забудь...”.

Посредине июньского зноя,

Там, где солнцу приказано: “Брызнь!”,

Шла я молча из града покоя

В чудный город с названием Жизнь.

***

Вновь недолюбимость-недолюбленность,

На корню страстей опять загубленность.

В горечь рифмы перевоплощение,

От луны и солнца отрешение...

О! Недосягаемость-несбыточность...

А ведь сердцу все же — неубыточность!

***

Кепкой рыжей машет бабье лето.

И куда зовет? Ах, если б знать!

А вокруг — такая бездна света,

А вокруг — такая благодать.

Гладит луч растресканный наличник,

Нежит потускнелое стекло...

Бабье лето, может, ты — девичье?

Мне с любовью нынче повезло.

***

“А век — другой. Любовь — другая”, —

Повсюду слышится сейчас.

Шекспир мне шепчет, заклиная:

— Скажи: “Алмаз — всегда алмаз”.