Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Урал 2009, 2

Я не вернусь

Киносценарий

1.

Небольшая комната. Кровать, полка, заваленная книгами. Среди книг — много словарей и энциклопедий. В кровати спит АНЯ — очень хрупкая красивая девушка. Светлые волосы разметались по подушке, тонкая рука обнимает плюшевого зайца. Звонит телефон, лежащий возле кровати. Звонит долго и надсадно. АНЯ, не открывая глаз, шарит рукой по полу, пытаясь нащупать телефон. Наконец находит, нажимает кнопку ответа.

АНЯ. Алло?

ГОЛОС В ТЕЛЕФОНЕ. Ань, привет, просыпайся, все очень срочно.

АНЯ. Я сплю. Кто это?

ГОЛОС В ТЕЛЕФОНЕ. Это Герман. Помнишь меня?

АНЯ. Конечно, помню. Ты чего в такую рань?

ГОЛОС В ТЕЛЕФОНЕ. Ленина посадили.

Аня резко садится на кровати.

АНЯ. Как посадили?

ГОЛОС В ТЕЛЕФОНЕ. Жду через полчаса на районе, возле остановки...

Длинные гудки. Плюшевый заяц смотрит на Аню пустыми круглыми глазами-пуговицами.

2.

Небольшая улица. Дорога. Остановка. Ларек. Идет дождь. Аня в плаще и длинном цветастом шарфе и Герман — сутулый парень в капюшоне, натянутом до самых глаз, стоят за остановкой, курят, разговаривают.

АНЯ. Герман, зачем?

ГЕРМАН. А зачем ты им? Ты не их, не из их компании, тебя просто показали, просто порекомендовали... А теперь нужно сдать кого-то, чтоб скостить срок. Почему не тебя? Тебя им не жалко, за тебя ничего не будет.

АНЯ. Герман, что теперь?

ГЕРМАН. Дура ты. Зачем ты этим вообще начала заниматься? У тебя же вроде все есть... Ну? Денег хотела?

АНЯ. Что ты мне тут проповедаешь? Знаешь, сколько аспирант получает?

ГЕРМАН. Интеллигентка сраная... Сядешь теперь, а сядешь — помрешь, на зоне такие умные, как ты, не выживают...

Пауза.

АНЯ. А я в Америку уезжаю.

ГЕРМАН. Куда?

АНЯ. В Америку. На стажировку. Доклад делать.

ГЕРМАН. Какой доклад?

АНЯ. По Мамину-Сибиряку.

ГЕРМАН. Зачем американцем знать про Мамина-Сибиряка?

АНЯ (пожимает плечами). Не знаю. Любят.

ГЕРМАН. Ань, какая Америка, ты что, не понимаешь? (Щелкает пальцами у нее перед лицом.) Ань, через два часа в твоей квартире будут менты. Менты, понятые, следаки.

АНЯ. Я не храню дома.

ГЕРМАН. Какая разница? Тебя сдали. И опознают.

АНЯ. Зачем ты мне это рассказываешь?

ГЕРМАН. Клуб помнишь? Я тебе говорил тогда.

АНЯ. Я пьяная была, да?

ГЕРМАН. Укуренная. Я сказал, что куда угодно с тобой.

АНЯ. А я?

ГЕРМАН. А ты спросила, сколько я получаю.

АНЯ. Дура. (Пауза.) Поможешь мне?

ГЕРМАН (качает головой). Нет. Я безработный. Ну, зачем ты в это...?

Пауза.

АНЯ. Я его любила....

3.

Аудитория. За окном — май. Несколько десятков студентов сидят за партами, что-то записывают в конспекты. Среди них Аня. У доски стоит Люциус, или Андрей Данилович, — совсем еще молодой преподаватель. На нем футболка с Че Геварой, джинсы, длинные волосы заплетены в хвост.

ЛЮЦИУС. Так, ну что, значит, встречаемся теперь на зачете... Я жду от вас рефераты. Все, до пятнадцатого тогда, все свободны.

В аудитории становится шумно, студенты складывают конспекты в сумки и рюкзаки, беспокойной толпой покидают аудиторию. Аня медлит. В кабинете остаются она и Люциус. Люциус закрывает дверь на щеколду, Аня подходит к нему, смотрит на него. Люциус обнимает Аню, целует.

АНЯ. Люциус, я соскучилась...

ЛЮЦИУС. Никогда не говори такого мужчине.

АНЯ. Почему? Я же соскучилась.

ЛЮЦИУС. Они теряют интерес.

АНЯ. Не верю.

Сильнее прижимается к преподавателю, целует его.

ЛЮЦИУС. И прекрати смотреть на меня таким взглядом на лекциях.

АНЯ. А что?

ЛЮЦИУС. Догадайся, что...

Аня пытается поцеловать его, Люциус отстраняется.

ЛЮЦИУС. Ань, дело есть... Поговорить надо.

АНЯ. Говори.

ЛЮЦИУС. Только это строго между нами, о,кей?

АНЯ. У нас и так сплошное между нами. О,кей.

ЛЮЦИУС. Ты Ленина знаешь?

АНЯ. С дредами который?

ЛЮЦИУС. Который. С зимы зачет мне должен. В общем, он предложил работу. Я этим заниматься не буду, понимаешь... Нужно раскидать три килограмма соломы. Деньги хорошие. Очень хорошие. У тебя же проблемы с этим?

АНЯ. Нет. Сразу нет.

ЛЮЦИУС. Я не настаиваю. Просто... Ты же всех здесь знаешь, за неделю управиться можно.

АНЯ. Ага, и в тюрьме сидеть потом?

ЛЮЦИУС. Почему сразу в тюрьме? Ты же сама берешь, знаешь всю эту систему...

АНЯ. Я ж не килограммами. Так, покурить...

ЛЮЦИУС. Смотри сама. Ты ведь заканчиваешь, из общаги выселят. Комнату нужно искать.

АНЯ. А ты...

ЛЮЦИУС. Ань, говорили ведь. У меня дочке три скоро.

АНЯ. Ты же ее не любишь.

ЛЮЦИУС. Ее — нет... Дочку бросить не могу.

АНЯ. Ладно, пока... У меня пара сейчас.

Люциус обнимает Аню.

ЛЮЦИУС. Анька! Ну, хватит грустить! Все хорошо будет, вот увидишь... Мы тебя в обиду не дадим!

Берет Аню на руки, кружит с ней по аудитории. Аня смеется.

4.

Аня идет по городу. Останавливается у ларька, покупает пиво.

ПРОДАВЩИЦА. Девушка, вам восемнадцать есть?

АНЯ. Есть.

ПРОДАВЩИЦА. Паспорт можно посмотреть?

Аня роется в сумке, достает паспорт, безучастно протягивает его продавщице, продавщица внимательно изучает Анин паспорт, наконец отдает его обратно вместе с бутылкой пива.

ПРОДАВЩИЦА. Молодо выглядите, девушка... А то, бывает, придут бабищи такие — накрашенные, мат на мате, знаете... А следом проверка — продажа алкоголя несовершеннолетним. Так я откуда знаю, что несовершеннолетние? С виду, тетки мордастые...

Аня, не дослушав продавщицу, уходит.

Идет, пьет пиво. Достает из кармана телефон, медленно пролистывает справочник, всматривается в каждое имя, раздумывает. Кладет телефон обратно в карман. Заходит в какой-то школьный двор. Мальчишки-пятиклассники играют в футбол, кричат, смеются. Аня садится на скамейку неподалеку, закуривает. Наблюдает за футболистами. К Ане подходят четыре девочки-старшеклассницы.

ПЕРВАЯ. Герла, ты новенькая у нас или как?

АНЯ. Нет. Я просто тут.

ВТОРАЯ. Из девятого что ли?

АНЯ. Девочки, отвяжитесь, а? Я сейчас ухожу уже.

ВТОРАЯ. Смотри-ка, молодая, а борзая. Ты как с одиннадцатым разговариваешь, малолетка?

АНЯ. Чувихи, мне двадцать пять лет, я в университете преподаю. Ясно вам?

ТРЕТЬЯ. Че гонишь? Учителка нашлась.

ПЕРВАЯ. Герла, я так, если что, у нас курят за столовкой, поняла? А то ты тут смолишь, а кипиш на нас погонят. Тут дети, видишь? Им никотин вредно нюхать.

Старшеклассницы смеются. Аня встает со скамейки, уходит. Идет, проходит мимо зеркальной витрины магазина. Вдруг резко останавливается, долго смотрит на свое отражение.

5.

Аня в секонд-хенде. Ходит между рядами вешалок, выбирает одежду.

Аня выходит из примерочной в каких-то старых подростковых джинсах и оранжевой куртке, на голове у нее рэперская шапочка.

На кассе.

АНЯ. Посчитайте.

ПРОДАВЕЦ. На вас прям?

АНЯ. На мне. (Протягивает ценники, оторванные от одежды.)

ПРОДАВЕЦ (считает на калькуляторе). Тысяча двенадцать рублей.

Аня отсчитывает деньги, расплачивается.

ПРОДАВЕЦ А вещи ваши где? Давайте, в пакетик сложу?

АНЯ. Не надо. Они там, в примерочной. Вам бы плащ пошел...

Выходит из магазина.

6.

Аня идет по городу. В одном из дворов два мужика жгут осенние листья. Аня подходит к костру, достает из своей сумочки деньги, перекладывает их в карман куртки. Сумку бросает в костер. Смотрит, как та обугливается и исчезает в языках пламени. Мужики смотрят на Аню, один из них вертит пальцем у виска.

7.

Вокзал. Все люди спешат куда-то, тащат сумки и рюкзаки, разговаривают на русском, татарском, узбекском, просят милостыню, становятся жертвами катал, пьют пиво, знакомятся, опаздывают на поезда — да мало ли чем можно заниматься на вокзале.

Аня встает невдалеке от двух милиционеров.

Постояв немного, она подходит к одному крупному и почтенному мужчине.

АНЯ. Дяденька, подайте на хлебушек, кушать хочется....

Мужчина не смотрит на нее, выгребает из кармана какую-то мелочь, отдает ей.

Аня точно так же подходит к пожилой женщине, та с тем же равнодушием дает ей деньги.

Аня замечает стоящую невдалеке молодую девушку довольно вульгарного вида, идет к ней.

АНЯ. Тетенька, дайте на хлебушек, кушать хочется....

ДЕВУШКА. Эпф, ты че? Попутала? Иди работай!

АНЯ. Меня не берут — у меня документов нет.

ДЕВУШКА. Че, не знаешь, как без документов работать? (Оценивающе смотрит на Аню.) Хотя — да, тебя не возьмут.

АНЯ. Денег давай.

ДЕВУШКА. Эпф, слышь, ты че со мной так разговариваешь? Подружку нашла?

АНЯ. Денег давай. (Подумав.) Сука.

ДЕВУШКА. Эпф, ты че? Крыша совсем ку-ку?

АНЯ. Проститутка. Курва. Стерва.

ДЕВУШКА. Эпф, ты...!!!

С этими словами девушка кидается на Аню, Аня даже и не пытается защищаться, она лишь громко кричит. К дерущимся девушкам бегут милиционеры. Девушка “Эпф”, заметив стражей порядка, предпочитает ретироваться. Аня стоит на месте.

ПЕРВЫЙ МИЛИЦИОНЕР. Так, документы есть?

АНЯ. Нет.

ПЕРВЫЙ МИЛИЦИОНЕР. Ты вообще местная?

АНЯ. Нет.

ВТОРОЙ МИЛИЦИОНЕР. Лет сколько?

АНЯ. Четырнадцать.

ПЕРВЫЙ МИЛИЦИОНЕР. Родители где?

АНЯ. Папа не знаю, мама меня выгнала.

ВТОРОЙ МИЛИЦИОНЕР. Это как?

АНЯ. А так, на улицу, я проституткой работать не хотела, вот она и погнала меня.

ПЕРВЫЙ МИЛИЦИОНЕР. И сколько ты на улице уже?

АНЯ. Почти год.

ВТОРОЙ МИЛИЦИОНЕР. А сама откуда?

АНЯ. Да... Из поселка одного.

ПЕРВЫЙ МИЛИЦИОНЕР. Ну, как поселок-то называется?

АНЯ. А... Андреево. Только мамы там уже нет, она с одним дядей в Москву уехала. А... Я туда приходила, мне соседи так сказали.

ПЕРВЫЙ МИЛИЦИОНЕР. А с этой чего? (Кивает в сторону, куда убежала девушка.)

АНЯ. Она меня первая... Говорит, катись отсюда, не твоя территория.

ВТОРОЙ МИЛИЦИОНЕР. Понятно. Стой здесь.

Милиционеры отходят в сторону, Аня послушно стоит на месте.

ПЕРВЫЙ (Второму). Ну что?

ВТОРОЙ. Давай в детприемник, там разберутся.

ПЕРВЫЙ. Давай. (Ане.) Девочка!

АНЯ (подходит к милиционерам). Что?

ВТОРОЙ. Садись в машину, поехали.

АНЯ. А куда?

ВТОРОЙ. Давай, садись, не бойся.

АНЯ. Вы меня в тюрьму, да?

ВТОРОЙ. Говорю тебе, не бойся, ни в какую тюрьму тебя никто не повезет. Садись, садись... (Подталкивает ее к дверям машины.)

8.

Аня сидит в казенном медицинском кабинете на стуле, перед ней сидит женщина огромных размеров. Одной рукой она подперла подбородок, другой быстро пишет что-то в личном деле, иногда жалостливо посматривая на Аню.

ЖЕНЩИНА. Девочка, как тебя зовут?

АНЯ. Аня.

ЖЕНЩИНА. А фамилию знаешь свою?

АНЯ. Да. Аня... Аня... Аня...

ЖЕНЩИНА. Анечка, я говорю сейчас про фамилию, как у родителей фамилия была?

АНЯ. Аня... Аня... Турбина.

ЖЕНЩИНА. Та-ак, умница. А лет тебе знаешь сколько?

АНЯ. Четырнадцать. Недавно исполнилось.

ЖЕНЩИНА. Хорошо. А когда?

АНЯ. Второго октября.

ЖЕНЩИНА. Анечка, второе октября — это сегодня.

АНЯ. Сегодня и исполнилось.

ЖЕНЩИНА Так у тебя день рожденье. Да бедная ты моя... С праздником, ласточка!

Через стол тянется к Ане, обнимает ее, целует. Аня украдкой вытирает рукавом щеку.

ЖЕНЩИНА. Ой, поубивала бы родителей таких... Ладно, про день рождение потом. Значит, год рождения — девяносто четвертый?

АНЯ. Да.

ЖЕНЩИНА. Очень хорошо, Анечка. А теперь расскажи мне, где твоя мама?

АНЯ. Мама уехала с дядей в Москву.

ЖЕНЩИНА. А тебя не взяла?

АНЯ. Нет. Она меня из дома выгнала. (Пауза.) Еще проституткой заставляла работать. Я не стала.

ЖЕНЩИНА. Очень хорошо. Анечка, а теперь подумай и вспомни — у тебя есть еще родственники, кроме мамы? Не торопись, подумай хорошенечко.

АНЯ. Нет. Родственников нет.

ЖЕНЩИНА Хорошо. Анечка, давай с тобой сейчас поиграем в такую игру — я буду говорить слово, а ты другое слово, которое у тебя ассоциируется с моим словом. Знаешь, что такое ассоциация? Ассоциация — это смотри, например, собака — она какая?

АНЯ. Динго.

ЖЕНЩИНА. Нет, Анечка, смотри — собака, она какая? Подумай хорошенечко.

АНЯ. Злая.

ЖЕНЩИНА. Вот умничка! Очень хорошо. Давай, начинаем. Дерево.

АНЯ. Одинокое.

ЖЕНШИНА. Молодец! Девочка.

АНЯ. Маленькая.

ЖЕНЩИНА. Умница! Ручка.

АНЯ. Перо.

ЖЕНЩИНА. Ну, хорошо... Какое перо, как у птичек?

АНЯ. Письменное.

ЖЕНЩИНА. Ага... Теперь, Анечка, я буду говорить быстрее, и ты тоже отвечай быстрее, не думая. Хорошо?

Дальнейший их диалог происходит в очень быстром темпе, с каждым словом все ускоряясь и ускоряясь.

ЖЕНЩИНА Город.

АНЯ. Большой.

ЖЕНЩИНА. Сад.

АНЯ. Вишневый.

ЖЕНЩИНА Травка.

АНЯ. Дорогая...

ЖЕНЩИНА. Счастье

АНЯ. Не бывает.

ЖЕНЩИНА. Горе

АНЯ. От ума.

ЖЕНЩИНА. Так, Анечка. Очень хорошо. Ты сколько классов полных закончила?

АНЯ (подумав). Восемь.

ЖЕНЩИНА. Замечательно. Сейчас, девочка, тебя посмотрят врачи и отведут в твою комнату. На сегодня наше занятие закончено, мы встретимся с тобой... (Смотрит на настольный календарь.) Когда, когда, когда... В четверг. И давай с тобой дружить? Да? Если вдруг у тебя будут какие-то проблемы, обращайся ко мне, договорились? Да?

АНЯ. Да.

ЖЕНЩИНА. Ну все, Анечка, до четверга.

Женщина встает со стула, грузно идет к двери. Выходит в коридор, заглядывает в соседний кабинет.

ЖЕНЩИНА. Людмила Алексеевна, вот карта Ани Турбиной, заберите, пожалуйста. Нет, олигофрении нет, ЗПР тоже, очень умненькая девочка... Я там написала все. Ага, до завтра.

9.

Аня в казенном халате и тапочках идет по длинному коридору. Впереди нее идет бабушка-санитарка. Стены выкрашены больничной синей краской и уже сами по себе нагоняют тоску. Санитарка останавливается у одной из дверей.

САНИТАРКА. Сюда, девочка....

Они входят в небольшую комнату. Четыре кровати. У окна стоят три девочки лет тринадцати-четырнадцати, курят в открытую форточку. Это Кристина, Кошка и Верка. Кристина — маленькая и тощая, Кошка — высокая и худая, Верка, наоборот, плечистая и здоровая.

САНИТАРКА. Так! Кому не курить, сказала! Ну-ка, ну-ка, соски свои побросали!

ВЕРКА. Баушка, отвянь!

Девочки неохотно тушат сигареты.

САНИТАРКА. О! Ты как со взрослыми разговариваешь? Нашла себе баушку... (Ане.) Сюда, девочка. (Кивает на незаправленную кровать у окна. В изголовье лежит комплект чистого постельного белья.) Постель заправляй, а халд этих не слушай. Ты вон какая бледненькая, болеешь, наверное... (Девочкам.) Услышу, что обижаете...

ВЕРКА. Баушка, все! Никто ее не тронет! Пожрать бы принесла лучше.

САНИТАРКА. Пожрать ей... Жопу вон каку отрастила!

Хлопает Верку по заду, выходит. Девочки с интересом смотрят на Аню. Долгая пауза.

АНЯ (наконец). Аня.

ВЕРКА. Верка. (Показывает на девочек.) Это Кристя и Кошка.

КОШКА (манерно). Я и сама представиться могу. Кошка. Можно Марго.

ВЕРКА. Пожрать есть че?

АНЯ. Не, нету....

ВЕРКА. Что ж ты так? Бродяжничала?

АНЯ. Да.

ВЕРКА. А не похоже. Морда вон какая чистая.

АНЯ. Я недолго.

ВЕРКА. Понятно. Вокзальных знаешь кого? Черепа, Простуду, Коня?

АНЯ. Не... Я...

ВЕРКА. Понятно. Мелкая сошка...

КОШКА. Все, девчат, давайте спать, а то завтра круги под глазами...

ВЕРКА. Посмотрите на нее, звезда подиума!

КОШКА. Между прочим, меня во Францию на показы звали!

ВЕРКА. На Тверскую тебя звали ноги раздвигать! (Смеется.)

Аня нерешительно начинает заправлять свою постель.

10.

Сон-воспоминание Ани.

Конференц-зал в университете. Люди — в основном это преподаватели университета, расходятся после какого-то заседания, складывают папки и записные книжки в портфели и сумки. Аня стоит с толстой синей папкой в руках. К Ане подходит Люциус.

ЛЮЦИУС. Нюта, с кандидатской тебя... Поздравляю.

АНЯ (шепотом). Люциус! Ты мне что, бойкот объявил? Я тебе звонила раз сто!

ЛЮЦИУС. Аня, тише...

АНЯ. Мы отметим?

ЛЮЦИУС. Сегодня никак, у дочки бронхит...

АНЯ. Давай на днях...

ЛЮЦИУС. Давай потом? Алексей Феликсович, подождите...

Люциус стремительно идет к солидному мужчине в пиджаке, о чем-то говорит с ним, они вместе выходят из зала. Аня остается стоять в полном одиночестве. Кто-то, выходя, поздравляет ее с защитой кандидатской диссертации, Аня рассеянно кивает в ответ.

11.

Аня идет по пустому коридору университета. Кто-то открывает дверь аудитории изнутри. Аня оборачивается на этот звук. Из кабинета выходит Люциус, за ним молодая студентка-второкурсница, очень похожая на Аню — такая же хрупкая и светловолосая. Аня несколько секунд смотрит в глаза Люциусу, затем бежит по коридору, бросив по дороге синюю папку. Листы из нее разлетаются в разные стороны.

12.

Туалет. Аня сидит прямо на полу, на грязном кафеле, обхватила руками колени, громко и надрывно плачет.

13.

Утро. За окном — ярко-желтая осень, косые лучи солнца бьют Ане в глаза. Аня заслоняет лицо рукой, просыпается. В эту же минуту в комнату входит бабушка-санитарка.

САНИТАРКА. Все, девочки, подъем, полчаса на пописять и до школы бегом.

ВЕРКА (сонно). Баушка, пять минут еще...

САНИТАРКА. Давай, вставай. Пять минут ей... Раз баушка добрая, так и на шею можно сесть... (Скидывает с Верки одеяло.)

САНИТАРКА. Вставай, вставай, кобылушко!

ВЕРКА. Баушка, отвали!

САНИТАРКА. Вставай, печенья дам... Вчера полночи пекла.

ВЕРКА. С маком?

САНИТАРКА. С гаком! Вставай! И вы, девочки, тоже подымайтесь... (Верке.) Была б ты моей внучкой, давно бы пятый угол искала....

Верка показывает санитарке “фак”, санитарка шлепает ее по руке.

САНИТАРКА. Новенькая, тебя в девятый определили. С Веркой вон будешь.

14.

Школьный класс. За партами сидят шесть или восемь подростков, некоторые из них больше похожи на зеков, чем на детей. Подростки тихо о чем-то переговариваются. В класс входит учительница — Зоя Ивановна, пожилая сухощавая женщина с добрым лицом.

ЗОЯ ИВАНОВНА. Дети, здравствуйте.

Подростки встают, так что парты под некоторыми угрожающе пошатываются — они им явно малы. Ученики отвечают нестройным хором: “Здравствуйте, Зоя Ивановна”.

ЗОЯ ИВАНОВНА. Хорошо, садитесь. Мне сказали, у нас новенькая? (Смотрит на Аню.) Как тебя зовут?

АНЯ. Аня.

ЗОЯ ИВАНОВНА. Хорошо, Аня Слушай нас внимательно, если что-то будет непонятно, подойди после уроков... Итак, откройте тетради, запишите — Александр Сергеевич Пушкин, русский поэт. Дети, кто-нибудь из вас слышал что-нибудь о Пушкине?

ПЕРВЫЙ УЧЕНИК. Он стихи матерные писал...

Смех в классе.

ВТОРОЙ УЧЕНИК. Он все знает...

ЗОЯ ИВАНОВНА. Очень смешно. Дети, а стихи кто-нибудь его слышал?

ВТОРОЙ УЧЕНИК. Я — поэт, зовут Незнайка, от меня вам балалайка!

Все, кроме учителя, смеются.

ЗОЯ ИВАНОВНА. Прекратить балаган! Запишите, Пушкин Александр Сергеевич родился в 1799 году. Он был великим поэтом и написал множество стихов. В возрасте одиннадцати лет отец отдал его учиться в Царкосельский лицей.

ПЕРВЫЙ УЧЕНИК. В ПТУ, что ли?

ЗОЯ ИВАНОВНА. Нет, в то время этот Царкосельский лицей считался очень престижной школой для мальчиков дворянского, то есть богатого, происхождения. В школе Пушкин учился очень хорошо. И еще там начал писать стихи. До этого в России стихов никто не писал....

АНЯ (встает). А Жуковский? А Державин, который Пушкина благословил? Тредиаковский, Ломоносов, Сумароков тоже не в счет? И никогда Пушкин хорошо не учился... У него по арифметике кол стоял.

ЗОЯ ИВАНОВНА. Аня... Анечка... А ты откуда такие имена знаешь? Вам в школе про них рассказывали?

АНЯ. Я книжек много читала.

Зоя Ивановна подходит к Ане, с умилением и восхищением смотрит на нее.

ЗОЯ ИВАНОВНА. Ты что — и стихи Пушкина знаешь?

АНЯ. Вам что, прочитать?

ЗОЯ ИВАНОВНА. Вот, дети! Все посмотрите на Аню — несмотря на тяжелые жизненные обстоятельства, она не балду, как вы, пинала, она книжки читала, великих русских поэтов! Она знает, кто такой Державин и Сумароков, она знает стихи Пушкина! Вам всем у Анечки поучиться нужно. Аня, ставлю тебе две пятерки сразу, ты меня очень порадовала...

Первый ученик зло смотрит на Аню, Аня замечает у него на руке “зоновскую” татуировку. Аня отводит взгляд, смотрит на Верку — губы девочки плотно сжаты, в глазах неодобрение.

15.

Университет. Аня только что зашла в аудиторию, обводит взглядом студентов. Среди них та самая девушка, что была с Люциусом. Она, не мигая, смотрит на Аню. Аня отводит взгляд.

АНЯ. Старосты, отметьте отсутствующих... Продолжаем тему — элементы русского фольклора в сказках Александра Сергеевича Пушкина... Стародумова, прошу вас...

Новая девушка Люциуса — Алена Стародумова встает, берет тетрадь, выходит к доске.

Пока девушка рассказывает, перед глазами у Ани плывут картины любовных сцен Алены и Люциуса.

16.

Стародумова стоит у доски, закрывает тетрадь.

СТАРОДУМОВА. Вот, собственно, все о сказках....

АНЯ. Спасибо. Два.

СТАРОДУМОВА. Опять? Почему два?

АНЯ. Вы не знаете темы.

СТАРОДУМОВА. Анна Сергеевна, я знаю тему.

АНЯ. Вы не знаете темы.

СТАРОДУМОВА. Анна Сергеевна, я две ночи готовилась.

АНЯ. Стародумова, вы плохо слышите? Два. Вы не знаете темы.

СТАРОДУМОВА. Я знаю тему!!! (У девушки на глаза наворачиваются слезы.)

АНЯ. Алена, садитесь.

17.

Туалет. Аня и Алена Стародумова дерутся — царапаются, кусаются, таскают друг друга за волосы. Поскольку обе девушки примерно одинаковой комплекции, трудно сказать, на чьей стороне перевес.

СТАРОДУМОВА. Барыга! Думаешь, я не знаю, кто в универе банчит?

АНЯ. Рот завали, шлюшка!

18.

Туалет в детприемнике. Верка и Аня дерутся. Хотя Верка и больше Ани, но уступает последней в ловкости, и потому Ане удается несколько раз довольно сильно ударить девочку.

ВЕРКА. Че, самая умная тут выискалась?! Мы на цырлах тут перед тобой должны?

АНЯ. Отвали от меня, сказала!

ВЕРКА. Рот завали, шлюшка!

В туалет заглядывает Кошка и тут же выходит.

19.

В холле на первом этаже подростки смотрят телевизор — какие-то японские мультики. Вместе с подростками не менее увлеченно телевизор смотрит и охранник. Кошка проходит мимо ребят, те как по команде перестают смотреть мультики, уставились на Кошку. Кошка садится рядом с охранником, тот уже привычным жестом обнимает ее, начинает поглаживать по волосам.

КОШКА. А там Верка с новенькой в туалете отношения выясняют. Новенькая — молодец телка, не боится, всю рожу Верке раскорябала.

ОХРАННИК. Ёкарный бабай! (Встает, быстро поднимается по лестнице.)

20.

Санитарка ключами открывает дверь. Аня стоит рядом.

САНИТАРКА. Заходи, давай... Ишь! Я думала, бледная, тихая, а ты вон какая драчунья! Заходи, заходи, посиди, подумай, может, в следующий раз драться-то не полезешь...

АНЯ. Верка сама...

САНИТАРКА. Сама! У Верки мать повесилась и диабет... А ты, поди, и горя-то не знала...

Аня входит в темную комнату. Санитарка закрывает за ней дверь на ключ. В комнате стоят две железных заправленных кровати, в углу ведерко для нужд. Аня садится на кровать, смотрит на свое отражение в темном окне.

21.

Вечер. Пустая аудитория. Аня и Люциус. Люциус подстригся, теперь он одет в костюм. Аня плачет, пытается обнять преподавателя.

АНЯ. Люциус, не бросай меня, пожалуйста... Я все сделаю, я хорошая буду... Не бросай меня, пожалуйста... Пожалуйста...

Люциус неохотно обнимает Аню.

ЛЮЦИУС. Ань... Прекрати... Ну чего, как маленькая... Ты — молодец, я очень рад за тебя... Кандидатскую защитила, в Америку тебя отправить хотят...

АНЯ (сквозь слезы). Меня? В Америку?

ЛЮЦИУС. Здрасьте, ты чем слушала? Тебя. Как молодого перспективного... Ань, ты вообще в последнее время где летаешь?

АНЯ. Люциус, не бросай меня, пожалуйста... Люциус... Андрей Данилович...

ЛЮЦИУС. Ань, никто тебя не бросает. Мне правда некогда. Дочка болеет.

АНЯ. Почему ты тогда даже не смотришь? Почему на звонки не отвечаешь?

Люциус молчит, тяжело вздыхает.

АНЯ. Это ты меня втянул в эту торговлю! Я не хочу больше, этот твой Ленин от меня не отстает теперь! Это ты уговорил меня идти в аспирантуру и писать дисер! Я не хочу быть научным работником, я не хочу заниматься ерундой! Мне это неинтересно, я ненавижу этот гребаный универ! Я тебя ненавижу, я себя ненавижу! Я вас всех ненавижу!

ЛЮЦИУС. Тихо! Не ори. Не хочешь — не продавай, не хочешь — не занимайся, делай, что хочешь. От меня-то ты чего хочешь?! Я тебя ни во что не втягивал и тем более не уговаривал. Все, Ань, мне идти надо....

Люциус высвобождается из Аниных объятий, хочет уйти. Аня бежит вслед за ним, виснет у него на шее.

АНЯ. Люциус, пожалуйста... Пожалуйста... Я люблю тебя... Люциус, пожалуйста... Я не обижаюсь... Люциус, пожалуйста...

Люциус почти отталкивает ее.

ЛЮЦИУС. Аня, отвяжись от меня! Это твои проблемы! Ты если себя не уважаешь, меня хоть чуть-чуть уважай! Ты мне не нужна! (Быстрыми шагами выходит из аудитории.)

Аня смотрит ему вслед пустым и невидящим взглядом.

22.

Ключ поворачивается в двери. В комнату заходит Кристина — худенькая маленькая девочка лет тринадцати. Дверь за ней снова закрывается. Кристина молча садится на соседнюю от Аниной кровать, смотрит в пол.

АНЯ. Привет.

КРИСТИНА (безразлично). Привет.

Пауза.

АНЯ. Тебя за что сюда?

КРИСТИНА. Да... опять вещи собирала...

АНЯ. Какие вещи?

КРИСТИНА. К бабушке хочу уехать. А эти говорят — ей семьдесят пять, она умрет скоро... Ну и что умрет? Не жить теперь с ней, что ли?

АНЯ. А где твоя бабушка?

КРИСТИНА. Во Владивостоке. Я ее не видела ни разу. Она мне писала. Все время пишет. У нее там хозяйство. Две козы и свиньи. И собаку Азором зовут. А роза упала на лапу Азора. У него шерсть какая, знаешь? Черная. И он не кидается ни разу.

АНЯ. Давно ты здесь?

КРИСТИНА. Месяц. До этого в Ивдельском детдоме была. Потом вещи собрала и поехала, ну их, думаю... На сто третьем километре гаишники, уроды, остановили...

АНЯ. Подожди, как поехала? На чем?

КРИСТИНА. Автостопом. Автостопом, не знаешь, что ли?

АНЯ. Одна автостопом?

КРИСТИНА. У меня вот здесь сидит орел (показывает на глаза), а вот здесь собака (показывает на сердце). Орел умный, а собака злая. Я глаза закрываю, и они вместо меня идут. Понимаешь?

АНЯ. Нет. Тебя ведь Кристина зовут?

КРИСТИНА. Кристя. Ань, а у тебя бабушка где-нибудь есть?

АНЯ. Нет.

КРИСТИНА. Тогда поехали к моей во Владивосток, она добрая, она тебя тоже примет.

АНЯ. Кристина, как мы поедем? Автостопом?

КРИСТИНА А как еще? (Пауза). Будешь моей подругой?

АНЯ. Подругой? Не знаю...

КРИСТИНА. А я твоей буду. Дай руку.

Кристина пересаживается на Анину кровать, берет ее за руку.

КРИСТИНА Дура ты еще, Анька, маленькая... (Целует Аню в висок.) Во дворе тропа одна есть, туда собаки на гулянки ходят...

23.

Столовая. Подростки сидят за длинным столом, что-то едят. Верка доела свою порцию, косится на тарелки других. Под глазом у нее красуется темно-фиолетовый синяк. Кошка пододвигает ей свою тарелку с макаронами и котлетой.

КОШКА. На, ешь...

ВЕРКА. А ты чего?

КОШКА. Макароны для фигуры вредно, калорий много, а витаминов кот наплакал. Кожа потом портится...

ВЕРКА. Ладно, я в модели не собираюсь... (Ест из Кошкиной тарелки.)

Рядом с Аней садится Кристина с тарелкой супа в руках. Ставит тарелку на стол, начинает есть.

КРИСТИНА. Завтра с утра выходим. В ночь на трассу — не вариант... Соберись. Завтра, после завтрака, чтоб до вечера не хватились...

24.

Ночь. Спальня девочек. Негромко похрапывает Верка. Аня лежит на своей кровати с открытыми глазами, смотрит в потолок. Кристина тоже не спит. Встает, идет к Аниной кровати, садится рядом с Аней, берет ее за руку.

КРИСТИНА Не боись... Трасса никому умереть не даст.

АНЯ (шепотом). Я и не боюсь.

КРИСТИНА. Молодец. На трассе нестрашно, страшно в городе. Будешь ныть, буду ругаться. Поняла?

АНЯ (едва заметно улыбается). Поняла.

КРИСТИНА. Вот и молодец. (Целует Аню в лоб, ложится обратно, в свою постель.)

25.

Утро на редкость ясное и солнечное для октября. Аня и Кристина идут по трассе. За плечами у Кристины маленький детский рюкзачок, у Ани вещей нет — только бутылка кока-колы в руках.

АНЯ. Кристин, когда мы уже голосовать начнем?

КРИСТИНА. Не голосовать, а стопить. Подожди, за знак уйдем... Мелочь есть?

АНЯ. Не...

КРИСТИНА. Ладно. Дай колу.

Берет у Ани бутылку, выливает немного газировки на дорогу.

АНЯ. Это ты зачем?

КРИСТИНА. Трассу покормила, чтоб драйверов хороших посылала.

АНЯ. Кого?

КРИСТИНА. Драйверов. Водителей.

Девочки заходят за знак, на котором написано “Екатеринбург”. Кристина останавливается, протягивает руку с поднятым вверх большим пальцем. Через какое-то время останавливается машина.

КРИСТИНА (открывая дверцу машины). Здравствуйте, в сторону Тюмени не подбросите?

ВОДИТЕЛЬ. А вам куда вообще?

КРИСТИНА. Во Владивосток.

ВОДИТЕЛЬ. Ого! Садитесь, я тут недалеко, сто километров....

Кристина кивает Ане, та подходит к машине. Девочки садятся. Аня смотрит в окно, на лес, мелькающий за окном, на ярко-желтые деревья.

ВОДИТЕЛЬ. Далеко вы собрались.... Во Владивосток! К зиме-то приедете?

КРИСТИНА. Приедем.

ВОДИТЕЛЬ. А я вот к племяннице на свадьбу еду... За грузина замуж выходит.

26.

Деревня. Грузинская свадьба. Жених пьет из туфли невесты. Огромное количество родственников и гостей, в основном грузины, шумно подбадривают жениха.

Мальчик лет четырнадцати танцует лезгинку. Кристина с интересом и восторгом смотрит на него. Мальчик улыбается Кристине, та смущенно отводит взгляд.

Люди веселятся, танцуют. К девочкам подходит водитель, что вез их. Чокается с девочками, обнимает их за плечи, смеется.

Девочки танцуют в общей толпе танцующих гостей. Кто-то зажигает петарду. Крики, возгласы одобрения, аплодисменты.

Ночь. Праздник продолжается. Кристина и Аня, обнявшись, спят на широкой хозяйской кровати в доме. С улицы слышны крики и смех пьяных гостей.

27.

Кристина и Аня едут в машине — “шестерке”, на заднем сиденье. За окном — желтые, убранные поля. За рулем сидит молодой парень, рядом пожилой мужчина.

МУЖЧИНА. Владивосток — это хорошо... Я там служил... А мы вот дочь выкупать едем.... Цыгане у меня дочь украли.

АНЯ. Как украли? За что?

МУЖЧИНА За долги... Долг не вернул вовремя, сказали, живым товаром заберем. Дочь одна у меня... Половину дома продал, мебель продал, скотину продал... Никогда, девочки, в долг не берите, взял в долг — считай, все, пропал человек...

28.

Двор дома. Детская площадка. Гаражи. За гаражами стоят Аня и какой-то парень.

ПАРЕНЬ. Триста?

АНЯ. Триста.

Парень протягивает Ане деньги, Аня ему прямоугольный конвертик, свернутый из белого листа бумаги.

ПАРЕНЬ. Все. На созвоне, если что?

АНЯ. Разберемся, давай....

Парень уходит. Через какое-то время Аня тоже выходит из-за гаражей.

29.

Аня идет по улице. Следом за ней едет милицейский “уазик”. Аня нервно оборачивается, ускоряет шаг, сворачивает на другую улицу. Машина едет за ней. Аня почти бежит. Видит открытый канализационный люк. Останавливается, делает вид, что завязывает шнурки на ботинках. Незаметно достает из сумки около десяти таких же конвертиков из белой бумаги, кидает их в канализационный люк. Милицейская машина спокойно проезжает мимо нее, скрывается в переулке. Аня смотрит вниз, в черную дыру люка — белых прямоугольников уже не видать.

30.

Двор за университетом. Ленин — высокий парень с дредами — и Аня.

ЛЕНИН. Меня не волнует, как ты мне отдашь... Я дал тебе товар под реализацию, это уже твои проблемы, что с ним случилось...

АНЯ. Ленин, я больше не буду этим заниматься...

ЛЕНИН. Не занимайся. Кстати, за прошлый товар ты мне тоже должна...

АНЯ. Я ж говорила — у меня брали в долг.

ЛЕНИН. Значит, не давай в долг.

АНЯ. Ленин, я отдам. Подожди чуть-чуть...

ЛЕНИН. Чуть-чуть это сколько? Время — деньги, сама знаешь.

АНЯ. Слушай! Отвяжись от меня, а?! Ну, что ты мне сделаешь? Что?! В суд подашь?

ЛЕНИН. Анна Сергеевна, не гоните волну, вы прекрасно знаете — что... Вам карьеры не жалко будет? Столько дисер писать, и так тупо прогореть...

Аня смотрит на Ленина, в глазах у нее — беспомощность и страх.

31.

Трасса. Поворот на деревню Калинки. Девочки выходят из машины, прощаются с мужчиной и парнем. Идут по дороге, машина поворачивает, уезжает в сторону деревни.

КРИСТИНА. Давай ты теперь...

Аня протягивает руку.

32.

Девочки едут в джипе, Кристина на переднем сиденье, Аня на заднем. Водитель — грузный армянин — подмигивает им, включает какую-то веселую музыку.

33.

Девочки едят в придорожном кафе. Перед ними стоят огромные тарелки со всевозможной едой. Напротив них сидит все тот же водитель-армянин.

АРМЯНИН. Худенькие... Нехорошо таким худеньким быть... (Кристине.) Кушай шаурму...

34.

Девочки едут в кабине КамАЗа. КамАЗ подпрыгивает на каждой кочке.

ВОДИТЕЛЬ. КамАЗ, епт, месть татаро-монгольского ига... Давай, родной!

35.

Ночь. Кристина спит в КамАЗзе на спальном месте. Аня сидит рядом с водителем. Водитель клюет носом, изо всех сил старается не заснуть. В кабине нет магнитолы. Однообразная дорога, фары выхватывают из темноты дорожные знаки, проституток, придорожные кафе....

АНЯ. Приходит старик и видит — вместо прекрасного замка стоит его ветхая избушка, а рядом сидит старуха у разбитого корыта... (Замолкает.)

ВОДИТЕЛЬ (как будто очнувшись). Рассказывай, рассказывай... Я слушаю. Радио бы...

36.

Девочки едут в кабине огромной фуры.

ВОДИТЕЛЬ. Мороженое в Новосибирск везу...

КРИСТИНА. Зачем в Новосибирске столько мороженого?

ВОДИТЕЛЬ. Зачем, зачем? Чтобы кушать.

37.

Машина, сломанная, стоит на обочине. Девочки и водитель стоят рядом. Водитель громко разговаривает по телефону.

ВОДИТЕЛЬ. Рефрижератор у меня сгорел!!! Какие службы, где я тебе тут службы возьму?! Да не могу я ждать!!! А я знаю, что делать?!! (Зло прячет телефон в карман.)

38.

Девочки сидят в кабине вместе с водителем. Кристина открывает упаковку с мороженым.

КРИСТИНА (пробует). Клубничное....

Выбрасывает обертку в окно. Земля рядом с кабиной усыпана такими же обертками.

39.

Утро. Дорожная стоянка. Девочки с мокрыми волосами и полотенцами в руках бегут к зеленой восьмерке. Аня протягивает водителю деньги.

АНЯ. Сдача...

ВОДИТЕЛЬ. Себе оставь. Ой, дуры.... Ну куда вы поперлись? Убьют, изнасилуют по дороге...

КРИСТИНА. Вы же не насилуете...

ВОДИТЕЛЬ. Ну, это я один такой добрый...

40.

Дорога. Уже в другой машине.

ВОДИТЕЛЬ. Ну, куда вы такие махонькие? Убьют, изнасилуют...

АНЯ. Вы же не насилуете.

ВОДИТЕЛЬ. Я добрый потому что...

Девочки переглядываются, улыбаются друг другу.

41.

Вечер. Идет дождь. Аня и Кристина идут по трассе. Тишина. Ни одной машины. По обеим сторонам дороги — тайга, какие-то болота.

АНЯ. Англия.

КРИСТИНА. Лондон.

АНЯ. Франция.

КРИСТИНА. Париж.

АНЯ. США.

КРИСТИНА. Нью-Йорк... Ой, нет, этот... Как его...

АНЯ. Вашингтон.

КРИСТИНА. Точно!

АНЯ. Китай.

КРИСТИНА. Токио?

АНЯ. Это в Японии. В Китае Пекин.

КРИСТИНА. Какая разница, что китайцы, что японцы, я их не различаю...

АНЯ. Две совершенно разные нации.

КРИСТИНА. На рынке которые — это же китайцы?

АНЯ. Ну.

КРИСТИНА. А японцы — это Сейлармун, так, да?

АНЯ. Вроде того.

КРИСТИНА. Где ты столько книжек успела прочитать, а?

АНЯ. В детдоме, говорю же...

КРИСТИНА (задумчиво). И где такие детдома есть?

АНЯ. Холодно...

КРИСТИНА. Не думай об этом.

АНЯ. А о чем думать, если холодно?

КРИСТИНА. Думай о том, что будет, когда мы приедем.

АНЯ. А что будет?

КРИСТИНА. Хорошо будет. С Азором поиграем. В баню пойдем. Вкусного поедим. Телевизор с бабушкой посмотрим. А роза упала на лапу Азора... А роза упала на лапу Азора....

Вдалеке слышен звук приближающейся машины.

АНЯ. Машина!

КРИСТИНА. Стопь! Че стоишь?

Аня протягивает руку.

Из тумана появляется серебристая иномарка. Останавливается. В кабине сидят двое молодых парней.

АНЯ. Куда-нибудь в сторону Иркутска не подбросите?

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. Работаете, что ли?

АНЯ. Не, мы автостопщики.

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ Ладно, шучу, садитесь...

Аня и Кристина садятся в машину.

Машина трогается с места, едет.

42.

Дорога. Та же машина. Негромко играет какая-то попса.

Аня и Кристина сидят на заднем сиденье, смотрят в окно, каждая в свое. Дождь оставляет на стеклах машины косые полосы.

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ (негромко). Ты какую возьмешь?

ВТОРОЙ ПАРЕНЬ. Да ни у той, ни у другой нет ниче... На фиг они нужны, без сисек?

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. А на фиг мы их подобрали? Не тупи уже! Я работаю, ты снимаешь, и наоборот...

ВТОРОЙ ПАРЕНЬ. Мне тогда это... которая повыше.

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. А мне кости одни?

ВТОРОЙ ПАРЕНЬ. Так и у той кости одни...

Аня и Кристина испуганно переглядываются, берутся за руки.

АНЯ. Выпустите нас, пожалуйста. Здесь остановите! Мы сами дальше!

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. Рот закрой. Ты чем думала, когда садилась?

АНЯ. Мы — автостопщицы, мы не проститутки... Мы к бабушке едем.

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. Да мне это вообще по барабану. Не дождется бабка внучек... (Второму.) Ты камеру настроил? Чтоб в лесу видно было?

КРИСТИНА (плачет). Дяденька, выпустите нас, пожалуйста... Дяденька, пожалуйста...

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. Щас ты у дяденьки будешь... Кинозвездой хочешь стать? Посмертно. (Ржет.)

КРИСТИНА. Дяденьки, отпустите! Отпустите нас! А-а-а-а!

Кристина кричит. Парни врубают музыку на всю громкость, машина набирает скорость. Катя Лель вещает о непередаваемых ощущениях “Джаги-джаги”.

Аня ложится Кристине на колени, рукой нащупывает ручку двери с ее стороны. Открывает дверцу машины, выталкивает из нее Кристину. Выпрыгивает следом. Машина начинает резко тормозить.

Кристина лежит на земле, на лице у нее кровь. Аня помогает Кристине подняться, девочки бегут в тайгу.

Машина остановилась, парни вылезают из нее, бегут за девочками.

Аня мечется между деревьями, пытается понять, в какую сторону бежать. Со всех сторон — кочки и болота. Наконец Аня решается.

АНЯ (Кристине). В болото! Прыгай!

Аня и Кристина забегают в воду. Черная болотная вода достает им до подбородка. Девочки, набрав побольше воздуха, с головой уходят под воду. К болоту подбегают парни, пробегают его, пытаются идти дальше. Нога Первого парня вязнет в жидкой грязи, выругавшись, он останавливается.

ВТОРОЙ ПАРЕНЬ. Они не могли туда уйти. Они бы по кочкам не прошли.

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. Они вообще сюда побежали?

ВТОРОЙ ПАРЕНЬ. Да сюда, я видел....

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. Че ты видел? Может, и прошли, с их весом... Ладно, давай дальше по дороге посмотрим...

ВТОРОЙ ПАРЕНЬ. Серый, на фиг они тебе? Кто это купит?

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. Знаешь, с малолетками какой спрос идет? Ты че по себе всех равняешь? Извращенцев щас, как собак нерезаных...

Парни выходят на обочину, идут по трассе. Через какое-то время из воды появляются головы девочек, Аня и Кристина набирают полную грудь воздуха и опять скрываются под водой.

Иномарка медленно едет вдоль дороги, высвечивает фарами придорожные кусты.

43.

Раннее утро. Моросит дождь. Аня и Кристина идут по дороге. Одежда насквозь мокрая, девочек бьет дрожь, у Кристины на лбу и щеке запеклась кровь, Аня прихрамывает. Звук приближающейся машины. Девочки, не сговариваясь, прячутся за кусты. Проезжает “Газель”. Девочки выходят из своего укрытия.

АНЯ. Не они....

Идут дальше. Дорога раздваивается, одна из них, как написано на указателе, ведет в деревню Заимки.

АНЯ (кивает на указатель). Пошли... Помощи попросим.

Кристина не отвечает. Она дрожит всем телом, мелко кивает.

АНЯ. Потерпи, маленький... Скоро согреемся.

КРИСТИНА. Сама маленький.

Аня улыбается. Девочки бредут по дороге, размытой дождями.

44.

Аня и Кристина приближаются к деревне. По обочинам дороги стоят серые телефонные столбы с оборванными проводами, по которым с гулким карканьем скачут вороны. Не слышно ни блеянья домашней скотины, ни человеческих голосов. Высокие темные дома стоят, словно склепы, заброшенные и пустые. Огороды и сады давно заросли травой. Из живых здесь одни вороны, черной кишащей массой кружащиеся в небе. Деревня заброшена.

КРИСТИНА. Ань, пойдем отсюда? Ну его...

АНЯ. Подожди.... Дома, видишь, целые... Хоть согреемся.

КРИСТИНА. Ань... Я в эти дома не пойду.

АНЯ. Ты что, боишься?

КРИСТИНА. Не боюсь. Но туда не пойду.

45.

Утро. Светает. Возле одного из домов путешественницы развели костер, сидят, греются. Из-за кустов показывается старик, одетый в ватник и резиновые сапоги. У старика длинная седая борода, седые волосы, седые брови, глубоко посаженные глаза смотрят настороженно и недобро.

СТАРИК. Вы кто такие?

От неожиданности девочки вздрагивают, оборачиваются, с удивлением разглядывают пришельца.

АНЯ. Мы... Мы путешествуем... На попутках едем. Попали под дождь. Пришли вот сюда...

СТАРИК. Путешественницы, значит? Гости? Ну, так пошли в дом, чего сидим, гости?

Разворачивается, идет к одному из домов. Девочки переглядываются, поднимаются, идут следом.

46.

Обстановка в доме у старика странная — по стенам развешаны какие-то таблицы, расчеты, круги, карта солнечной системы, календарь с ликом Христа. Кристина с интересом все это рассматривает.

Старик ставит чугунок с картошкой на печку, режет лук.

КРИСТИНА (показывает на таблицы). Это что?

СТАРИК. Это... Смерть наша.

КРИСТИНА. Как это?

СТАРИК. Так это. Конец света не за горами.

АНЯ. По разным предсказаниям, от десяти до десяти миллионов лет.

СТАРИК. Кто это тебе сказал? Наслушалась всяких... Шарлатанов. Они тебя, конечно, специально успокаивают — не скоро еще, греши, сколько хочешь... Вот в грехе и погрязли... Стыдно посмотреть, что творится...

АНЯ. А вы давно здесь живете?

СТАРИК. Сколько живу, все мое. Кушать подано... (Ставит чугунок с картошкой на стол, дает девочкам по ложке.) Ешьте. Я баню пошел топить. (Выходит из дома.)

КРИСТИНА. Ань, может, пойдем?

АНЯ. Давай помоемся и пойдем? Неудобно как-то...

КРИСТИНА. Я и мыться не очень-то люблю...

Аня и Кристина жадно едят.

47.

Аня и Кристина раздеваются в темном предбаннике, заходят в баню. В самой бане также темно, наверху на небольшой приступке горит свеча.

КРИСТИНА (стоит в нерешительности). Жарко! Я не буду, Ань...

АНЯ. Кристина, надо. Столько мерзли, давай, заходи, не бойся...

Берет Кристину за руку, заводит ее в баню.

Девочки моются, льют друг на друга воду из жестяных тазиков. В свете свечи их тени пляшут по стенам сказочными узорами.

48.

У бани стоит старик, в руках у него бутылка с керосином. Он льет керосин на угол бани. Затем подпирает двери бани бревном.

СТАРИК. Господи, прими души отроковиц... Господи, дай им спасение. Господи, тебе одному молюсь, ради тебя благие дела вершу... Прими души отроковиц, Господи, не дай дьяволу завладеть ими...

Старик крестится, зажигает спичку, кидает ее на землю. Баня загорается.

49.

В бане становится дымно.

КРИСТИНА Ань! Аня, это что?

АНЯ. Не знаю...

Аня пытается выйти из бани — дверь не открывается.

КРИСТИНА. Аня!!! Горим!

Дыма становится все больше и больше, в нем уже почти неразличимы фигуры девочек.

КРИСТИНА. Аня, я дышать не могу! Аня!!!

АНЯ. Ложись на пол! На пол, быстро!!!

Кристина ложится на пол, Аня пытается открыть запертую дверь.

АНЯ. Выпустите нас! Выпустите! Кому сказала! Хуже потом будет!

50.

Старик стоит возле бани, крестится, шепчет.

СТАРИК. Господи, прими души отроковиц... Господи, ты всемогущ, тебе одному славу пою, ради тебя благие дела вершу... Господи, спаси их души, не дай им увидеть конец света, прими их в свои объятья...

51.

В бане паника. Кристина кричит и плачет, Аня мечется из стороны в сторону, пытается найти выход. Наконец она замечает маленькое окошко почти под потолком, разбивает его железным тазиком.

АНЯ. Сюда! Давай! Быстро!

Помогает Кристине выбраться, затем выбирается сама. Окошко совсем маленькое, девочки с трудом пролезают сквозь него.

52.

Кристина и Аня, раздетые, бегут по деревне. За ними бежит Старик, но скоро он выбивается из сил, падает на землю, плачет.

СТАРИК. Господи, Господи, Господи.... За что, Господи? Тебе одному славу пою, ради тебя дела вершу...

Кружатся в небе вороны, кричат, нагоняя тоску и ужас.

53.

Аня и Кристина в каком-то лесу. Сделали что-то наподобие шалаша, зарылись в траву, листья и ветки, обе дрожат. Кристина беспрерывно кашляет.

АНЯ. Все, пошли...

КРИСТИНА. Ань, давай здесь еще чуть-чуть посидим? Холодно так.

АНЯ. Пошли, мы так умрем, если сидеть будем.

Пауза.

КРИСТИНА. Ань?

АНЯ. Что?

КРИСТИНА. Ань, а я никогда не умру...

АНЯ (вздыхает). Все когда-нибудь умрут, пошли...

Девочки выбираются из своего укрытия, идут.

54.

Заброшенный дом. Повсюду пыль и паутина. Но по стенам висят фотографии, кровать аккуратно заправлена, на полу лежат половики.

Аня и Кристина роются в старом шкафу, выбрасывают оттуда какие-то вещи. На Ане тельняшка, старые детские треники и стоптанные мальчишеские кроссовки. На Кристине такие же кроссовки, шерстяное, большое ей платье и коричневые советские колготки. Аня достает из шкафа поеденное молью детское пальто.

АНЯ (Кристине). Померь?

КРИСТИНА. Зачем? Какая уже разница?

Надевает пальто. Пальто ей маленькое, руки по локоть торчат из рукавов. Кристина застегивает пальто, поднимает воротник.

КРИСТИНА. Пойдет... Тепло хоть.

Аня вытаскивает из шкафа детскую хоккейную куртку, надевает ее на себя.

Девочки смотрят на себя в зеркало, стоящее рядом.

КРИСТИНА. Красавицы! (Смеется.)

Вслед за ней смеется и Аня, постепенно смех перерастает в истерику. Девочки крутятся перед зеркалом, встают в позы “моделей на подиуме”.

АНЯ. А я... Смотри! (Делает вид, что позирует перед фотокамерами.)

КРИСТИНА. Синди Кроуфорд!

АНЯ. Мила Йович! Коллекция от кутюр!

Смеются.

55.

Аня и Кристина идут по трассе. Кристина громко и надсадно кашляет.

АНЯ. Не отхаркивается?

КРИСТИНА. Нет...

АНЯ. Потерпи, приедем скоро...

Идут дальше. Вдалеке появляется машина. Аня голосует, машина останавливается.

56.

Аня и Кристина выходят из машины, машина скрывается за поворотом, девочки идут дальше. Кристина идет медленно, каждый шаг дается ей с трудом.

АНЯ. Совсем плохо?

Кристина не отвечает, лишь слабо кивает головой. Внезапно она ложится на землю. Аня подбегает к ней.

АНЯ. Ты чего? Кристин?

КРИСТИНА. Давай поспим здесь и пойдем?

АНЯ. Ты чего? Надо идти... Вставай, давай. Потерпи, немножко уже осталось...

КРИСТИНА. Ань, иди одна... Я чуть-чуть посплю и приеду... Владивосток, Зеленоградская сто пятьдесят... Бабушку Катерина Михайловна зовут... Я чуть-чуть совсем посплю и тоже приеду...

АНЯ. Кристина, нельзя спать! Ну, давай, вставай... Пошли, скоро, скоро уже, потерпи немножко...

КРИСТИНА. Ань... Принеси водички?

Кристина закрывает глаза.

АНЯ. Кристина?! Кристина, вставай! Кристина!

Кристина не реагирует на Анины призывы. Аня встает, отходит от Кристины, пытается остановить проезжающие машины. Ни одна не останавливается. Тогда Аня выбегает на середину дороги, машет руками. Старенькая “Волга” начинает резко тормозить.

ВОДИТЕЛЬ (открывая окно). Ты чего?

АНЯ. В больницу срочно! (Показывает на Кристину.) Она умрет сейчас!

ВОДИТЕЛЬ. В Алексеевске только больница.... Это километров сто будет.

АНЯ. Поехали, срочно!

Водитель выходит из машины, берет на руки Кристину, укладывает ее на заднее сиденье. Аня садится в машину рядом с водителем.

57.

Маленькая больница маленького провинциального города. Коридор. Облезлые стены с отлетевшей кое-где штукатуркой, бетонный пол, грязные пыльные окна. У окна стоит Аня. За окном больничный двор, дождь, деревья с облетевшей листвой, серые скамейки, вороны что-то выискивают возле урны. Аня ждет. Ждет. Ждет. Темнеет. Наконец из кабинета выходит доктор — высокий, немолодой уже мужчина в белом халате. Аня резко оборачивается.

АНЯ. Ну что?

ДОКТОР. Что-что... Умерла она... Так воспаление легких запустить... Ты ей кто?

АНЯ. Сестра.

ДОКТОР. Сестра... Убить тебя мало, сестра! Потащила ребенка черт знает куда...

Доктор, не глядя на Аню, спускается по лестнице. Аня тупо смотрит перед собой, затем спускается следом.

Два санитара выносят из кабинета носилки, на них лежит детское тело, накрытое белой простыней. Из-под простыни выбился светлый локон.

58.

Аня выходит из больницы. На крыльце стоит доктор, без куртки, в одном халате, он пытается прикурить сигарету, но никак не может — руки дрожат и не слушаются.

АНЯ. Ей было больно?

ДОКТОР (грубо). А ты как думаешь? Где документы ее? Оформлять надо...

АНЯ. Сейчас принесу.

Аня идет по больничному двору. Выходит за территорию больницы, идет по улице. Дождь превращается в снег. По щекам у Ани текут слезы.

59.

Аня идет по трассе. Снег крупными хлопьями летит на землю, превращая все вокруг в сплошное белое полотно. Из-за снега не видать ничего — белая стена отгородила от Ани и дорогу, лежащую впереди, и то, что осталось позади. Из снежной пелены появляется машина, Аня поднимает руку.

60.

Аня едет в стареньком Запорожце. За рулем сидит дед в костюме еще советских времен и кепке а-ля Ленин.

ДЕД. И что тебя в такую погоду ехать заставило?

АНЯ. Я... Там Кристина...

ДЕД. Что? Говори громче, дедушка глухой...

Аня вдруг теряет сознание.

61.

Аня лежит на кровати в темной комнате укрытая несколькими одеялами. Возле нее сидит древняя старуха, гладит Аню по руке. В комнату заходит полная пожилая женщина.

ЖЕНЩИНА. Мама, ты зачем ее так укутала?

СТАРУХА. Холодно ей.

ЖЕНЩИНА. Так жар если, конечно, холодно! Не надо укрывать... (Раскрывает Аню.)

ЖЕНЩИНА. Ты уксусом растирала?

СТАРУХА. Нет еще...

ЖЕНЩИНА. Мам, ну просила же...

62.

Бред Ани.

Аудитория. Аня и Люциус.

ЛЮЦИУС. Аня, отвяжись от меня! Это твои проблемы! Ты если себя не уважаешь, меня хоть чуть-чуть уважай! Ты мне не нужна!

Старуха-санитарка запирает Аню в темную комнату.

САНИТАРКА. У Верки мать повесилась и диабет... А ты, поди, и горя-то не знала...

Кристина и Аня сидят в темной комнате.

КРИСТИНА. У меня вот здесь сидит орел (показывает на глаза), а вот здесь собака (показывает на сердце). Орел умный, а собака злая. Я глаза закрываю, и они вместо меня идут.

Двор за университетом. Аня и Ленин.

ЛЕНИН. Анна Сергеевна, не гоните волну, вы прекрасно знаете — что... Вам карьеры не жалко будет? Столько дисер писать, и так тупо прогореть...

Доктор в больнице.

ДОКТОР. Сестра... Убить тебя мало, сестра! Потащила ребенка черт знает куда...

И опять Кристина, лежащая на земле.

КРИСТИНА. Я чуть-чуть посплю и приеду... Владивосток, Зеленоградская сто пятьдесят... Бабушку Катерина Михайловна зовут...

63.

Аня открывает глаза. В углу старуха, стоя на коленях, молится перед иконой. В комнату входит пожилая женщина. Аня притворяется спящей. Женщина подходит к Ане, кладет руку ей на лоб.

ЖЕНЩИНА. Выздоравливает потихоньку... Температура спала...

СТАРУХА (оборачивается). Не мешай, не видишь...

ЖЕНЩИНА. Ну, молись, молись, я не мешаю, все, ухожу...

64.

Зима. Автостанция. Аня и дед, что вез ее в “Запорожце”, стоят возле междугороднего автобуса. На Ане новое пальто, зимние ботинки, детская яркая шапочка.

ДЕД. Ну, Анюта... Не поминай лихом... Приедешь, сразу же тетке Светлане отзвонись! Чтобы мы тут за тебя не волновались. Поняла?

АНЯ. Ладно.

ДЕД. На каникулы-то приедешь?

АНЯ. Приеду.

ДЕД. Ну, смотри... Пообещала — слово держать надо. Мы ждать будем.

ВОДИТЕЛЬ АВТОБУСА. На Владивосток кто — заходим!

ДЕД (протягивает водителю билет). У нас тут девочка несовершеннолетняя, после болезни только, присмотрите за ней?

ВОДИТЕЛЬ АВТОБУСА. Присмотрим.

ДЕД. Спасибо. (Ане.) Ну, Анюта... Долгие проводы — лишние слезы. Пиши обязательно.

Целует Аню.

АНЯ. Деда... Спасибо...

Обнимает деда. Заходит в автобус. Ищет свое место, садится, снимает шапку. На голове у Ани вместо длинных волос жесткий ежик — ее остригли под мальчика. Автобус трогается, едет. Аня из окна машет деду. Тот машет ей в ответ, долго смотрит вслед удаляющемуся автобусу.

Аня смотрит на мелькающую за окном дорогу.

65.

Аня идет по маленькой улочке, разглядывает номера на частных домах. Находит сто пятидесятый дом. Заходит во двор. Из будки вылезает черная собака, настороженно смотрит на нее.

АНЯ. Азор?

Собака громко и заливисто лает. Из дома выходит бабушка в платке, накинутом на плечи.

БАБУШКА. Письмо, что ли?

АНЯ. Бабушка... Это я... (Пауза.) Кристина.

Бабушка какое-то время разглядывает Аню, потом кидается к ней, обнимает ее, целует.

БАБУШКА. Кристиночка... Доехала, девочка моя... Добралась...

На глазах у бабушки слезы.

66.

Дом. Аня сидит за столом, бабушка суетится у плиты.

БАБУШКА. Голодная... Я с тетей Марусей говорила, она сказала — так, конечно, на себя оформлю, если надо... У нее все равно детей нет. Я уж и писала туда, к тебе, сколько... В школу — с Ириной Степановной, завуч она, соседка моя, поговорю, так устроит поди... Ну, кушай, кушай. (Смотрит на Аню.) А как на мать-то похожа...

67.

Актовый зал. Выпускной в девятых классах. На сцене стоит молодая учительница, в руках у нее синяя папка.

УЧИТЕЛЬНИЦА. Аттестат о среднем неполном образовании, а также грамоты — за успехи в изучении истории, русского языка, литературы, географии, английского языка и обществознания вручается Горбуновой Кристине Викторовне. Кристина, выходи сюда...

На сцену выходит Аня в красивом бальном платье. Учительница вручает ей аттестат и грамоты, целует.

УЧИТЕЛЬНИЦА. Аттестат о среднем неполном образовании....

Аня садится обратно в зал, между бабушкой и еще одной женщиной — тетей Марусей. Бабушка плачет, целует и обнимает Аню.

БАБУШКА. Отличница моя! У матери не получилось, так хоть у тебя... Девочка моя, Кристина моя...

МАРУСЯ. Баба Катя, ну все, все... Другим не мешай.

БАБУШКА. Все, все, все, Маруся, молчу...

МАРУСЯ (Ане). Дай аттестат-то посмотреть?

Аня протягивает тете Марусе аттестат, та внимательно его изучает, хотя в аттестате стоят одни пятерки.

МАРУСЯ. Молодец, Кристина! Не подвела! Дай поцелую. (Обнимает и целует Аню.)

68.

Школьный бал. Спортивный зал украшен шариками и ленточками. Играет медленная музыка, кто-то выключил свет. Возгласы одобрения. Аня танцует со старшеклассником Димой.

ДИМА. Кристина, ты такая вообще... (Пытается ее поцеловать.)

АНЯ (улыбается). Эй, молодой человек!

ДИМА. Прости.... Просто у меня от тебя вообще... Крышу сносит... И главное, ты умная такая...

АНЯ. Какая я умная?

ДИМА. Ну вот смотри... Ты девятый закончила, а я десятый, а ты, по-любому, больше меня знаешь. Мне иногда кажется, что ты даже больше учителей знаешь... Как будто тебе не четырнадцать, а лет не знаю... Двадцать пять.

Аня улыбается, но в темноте этого никто не видит.

69.

Лето. Аня звонит с телефона-автомата. Длинные гудки.

ГОЛОС ЛЮЦИУСА. Здравствуйте, вы позвонили Люциусу, или Беспалову Андрею Даниловичу. К сожалению, в настоящее время я не могу вам ответить, оставьте, пожалуйста, ваше сообщение после гудка....

АНЯ. Привет, Люциус. Это Аня. Как ты там? Куришь траву по клубам, зависаешь со студентками, пишешь докторскую? В любом случае, будь счастлив. У меня все хорошо. Сообщи об этом, пожалуйста, моей маме. Ее телефон спросишь в деканате у Марины. И еще... Передай ей, пожалуйста... (Я не вернусь.)

Кладет трубку.

70.

Аня и еще несколько девочек-подростков играют во дворе с Азором. Смеются, брызгают друг в друга водой из бочки. Азор лает и прыгает вокруг девочек.

Во двор заходит Дима, в руках у него букет цветов, видимо, с собственного огорода.

ДИМА (смущенно). Кристин... Это тебе...

АНЯ. Спасибо. (Берет цветы, целует Диму в щеку.)

Девочки возбужденно хихикают.

71.

Пустынный берег океана. Волны тихо перешептываются меж собой, кричат жадные чайки, кружатся над водой в поисках добычи. По берегу бежит Аня, ее босые ноги проваливаются в песок, Аня смеется, размахивает руками.

На песке она большими буквами написала: “Я не вернусь”.

Нахлынула волна и большим зеленым языком слизнула эту надпись.

Конец

Версия для печати