***

Под нависшим тучным небом,

Под роскошным брюхом тучи,

От меня, прошу, не требуй

Стать веселым и колючим.

Не хочу глядеться в лица,

Не могу менять походки,

Невозможно молодиться

И веселым быть без водки.

Финский залив

Вода, песок и небосклон...

Я целый год залив не видел.

И как впервые: сосен звон,

Вода, песок и створки мидий.

Но перемен в природе нет.

Средь сосен прячутся потемки.

Недолго остается след

На берегу, у самой кромки.

И за спиною, как тогда,

Сосна высокая качнется,

И темных валунов гряда

С водою темною сомкнется.

***

Поют под Курском соловьи,

Стареют девочки твои,

И есть там все, чего не хочешь.

Эффералган торчит упса,

Трендит московская попса,

И жить не хочется, а дрочишь.

Март

1.

На город совершен набег

Под грай вороний с колоколен,

И шалый март, как печенег,

Над нами, пленниками, волен.

И не спастись, всего на день

Сбежав туда, где снег не тает,

А елки в шапках набекрень

К лыжне из леса выбегают.

2.

А солнце за дома садилось,

Позолотив дверной косяк.

Кончался день, и все, что было,

Вертело нами так и сяк.

Казалось, вновь в права вступила

Зима без края и конца —

Ты уходила в вечер стылый,

Через порог, с крыльца...

***

Вот и опять каменистая эта земля...

Все валуны у дорог, у полей да холмы.

Нам ли с тобою не памятны эти края?

Только тогда — мне подумалось — были не мы...

Светло-зеленое тихое поле овса,

Темная хвойная зелень с другой стороны.

И среди сосен холма чуть слышны голоса,

Но обладатели их не видны, не видны...

***

Я помню эту мутотень! —

Я так тебя любил,

Что в дупель пьяным каждый день

Из парка приходил.

Прошло сто лет. Загажен пляж.

И горячит меня

Злой винно-водочный купаж

Без прежнего огня.

***

Пролился дождь, и нынче

К земле прибит песок.

К холму с боков привинчен

Кладбищенский лесок.

Крестов белесы метки,

Прозрачны облака.

От пригородной ветки

Уходит вдаль река.

...Сюда лет через тридцать

Нагрянет жилмассив.

Окраинные лица,

Водозабор да слив...

***

Вдоль черной насыпи, в потемках,

А сверху прогрохочет поезд.

Болотца призрачная кромка,

Кустарник низенький — по пояс.

И в удаленье от разъезда

Осинник шелестит слышнее.

И нет звезде на небе места,

Но если падать — так уж с нею!

Немка

У нее запросы куртуазные,

В офисе — супруг, в шкафу — скелет.

За окном деревья несуразные,

Вытянуты вверх, а кроны нет.

А за ними горы медно-рыжие,

А над ними — серый небоскат.

Две недели отпуска — парижами,

Да немецкой честности квадрат.

***

Весна, а утра все морозней.

Вон замок на горе стоит,

И там тевтонский отпрыск поздний

В фамильном склепе крепко спит

И видит, как с любимой гончей

Бредет за дальние поля.

...Но знает век, что он закончен,

Что под воду ушла земля.

Голос

Серебряный и золотой —

Тому, и этому, и той,

И пусть живут безбедно.

Но лишь когда-нибудь потом

Узнаете, с каким трудом

Дается голос медный.

***

Скользни в полночный сквер,

Спустись в кромешный мрак,

Где люди средь химер —

Никто и звать никак.

Но все слабее тень,

И ночь белым-бела,

И белая сирень

Мерцает из угла.