Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Урал 2006, 10

Стихи

***

Если капор, то можно без шарфа,

Если завтра, то вряд ли когда...

День теряется в сумерках марта,

И небесная стынет вода.

День сырой, да и дождь слишком ранний...

Это, видимо, сводит с ума.

И высокое небо окраин,

Темно-желтые эти дома —

Надо их позабыть постараться,

И, сжимая карманную медь,

Невозможно совсем проиграться,

Невозможно совсем подурнеть.

Закрывая глаза на злословье

И не веря, почти позабыв,

То с прохладцей, а то и с любовью,

Напеваешь заветный мотив.

Да и с чем бы то ни было... Вкратце:

Так поют, чтобы не умереть.

Невозможно так просто расстаться.

Невозможно навылет сгореть.

***

А в воскресенье — в церковь,

И вообще: сыграть красавицу

с такими волосами,

в которых вдруг запутаются осы

мирских соблазнов, с паром вылетавших

как будто из разбитого окна.

Что было? Ах, не помню, не жалею.

А в Угличе — играют в домино,

а в Муроме — жует лошадка бублик,

что девочка доверчиво ей тянет,

жует, железом поводя во рту,

роняя крошки крупные на землю.

Куда как хороша

такая жизнь!..

***

Белы снеги, алые помады —

Счастье зимнее куда как хорошо,

Здесь всегда гостям и пиву рады,

Ну а также тем, кто не пришел.

Назовется это простодушьем

Да заестся масляным блином.

Райским ненавязчивым радушьем

Светится рябина под окном.

Буду, как полярник Чилингаров,

Зубы сжав, на белый снег смотреть,

Отходя от медного угара

Слез соленых, стану тихо петь.

Поиграй со мною, сердце, в прятки —

Простучав, как маятник, замри...

Разобью хрустальную лошадку,

Ну, а ты осколки собери.

Я тебе игрушек не дарила,

А тем более хрустальных лошадей.

Ничего тебе не говорила —

Лучше слушай всех других людей.

***

Я, кажется, не знаю, что творю:

Играю в домино, играю в прятки.

Сама с собою громко говорю

И волосы в дремучем беспорядке —

Все в локонах, а локоны, они

Лаокооном пепельным клубятся.

Поверьте, я не знаю, что творю:

Мой пестрый дом мне видится то серым,

то черным, то зеленым; к декабрю

сойду с ума, но с колокольным звоном,

еще сумею, веки приподняв,

прошелестеть, что имя, нет, не имя,

но голос не сумею позабыть,

мне кажется, я голос ваш припомню...

“...в ответ на ваш запрос сообщаем:

редакция не вступает в переписку

по поводу отвергнутых

женщин”.

***

Эта ночь бессонной будет,

Это счастье было глупым,

Это детство было ранним —

Во младенчество ушло.

Это утро было светлым,

Это небо было звонким,

Словно флейта крысолова

Или синее стекло.

Или синие стекляшки...

Поэтическая прелесть,

И безделка, и бездумка,

Вольность, лесть, игра, покой...

Ожила твоя безделка,

Перебивши редкой рифмой

Грохот косточек вишневых

В подоконник жестяной.

...Это сердце было лишним.

***

Эта водка по имени “Стопка”,

Этот наш золотой самопал —

К недалекому прошлому тропка

Или к городу, что запропал

В девяностых, таких виноватых,

Несуразных и громких годах,

И оставил, скатавшись, как вата,

Целлюлозную пыль на губах.

Версия для печати