Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Урал 2005, 4

Стихи

Олег Зырянов — родился в 1966 г. Кандидат филологических наук, автор многих статей и исследований о русской литературе XIX века. Живет в Екатеринбурге.

***

Подхвачены потоком —

Строптивою толпой,

Локтями ненароком

Скрестились мы с тобой.

Сдержав сопротивленье

Напористых сторон,

Сердца — хоть на мгновенье —

Забились в унисон.

Минута обладанья

Всем, что я так любил!

Безумного мечтанья

Растрачен дерзкий пыл.

Ревущий эскалатор

В подземное жилье

Спускает, точно в кратер,

Сокровище мое.

Что ж затаенно трушу,

От света хоронясь,

Доверчивую душу

Вобрать в себя стыдясь?

***

Где поемные луга,

Летом травы спелые,

А зимой сквозят снега,

Веют мухи белые.

Непоседливые духи

Крупношерстной завирухи,

Ускоряя жгучий бег,

Подсыпают перца,

Точно злополучный снег

Проникает в сердце.

Снег валит, но не навек —

По весне растает...

Слезка канет в поздний снег —

Травка вырастает.

***

Я сравнил бы воробья

С сереньким комочком,

Чья нехитрая судьба

Век скакать по кочкам.

Век скакать и прозябать,

Слезки кратче утирать

Стареньким платочком.

***

Мы все в руках Амура —

Умелого ловца.

Так не гляди понуро,

Сотри печаль с лица!

За все скажи спасибо —

За жизнь на волоске,

Что бьется, словно рыба

С приманкой на крючке.

А стоило ль соваться,

Когда один конец?

С крючка не даст сорваться

Заядлый сорванец.

Любовные напасти

Грозят со всех сторон —

Искуснейшие снасти

Шутя берут в полон.

Лишь в ямочке подвздошной

Сердечко бросит в дрожь:

Нечаянный, непрошеный,

Как ты, мой свет, хорош!..

Песенка из кинофильма Ф. Озона “Восемь женщин”

Спасение от одиночества —

Собака, розы, крест.

Спасение от одиночества —

Выбранный курс на зюйд-вест.

Спасение от одиночества —

Нежданный приход весны,

Ожившие, Ваше Высочество,

Старинные сказки и сны.

Спасение от одиночества —

Детки, дружок, жена.

Спасение от одиночества —

Игристый бокал вина.

Спасение от одиночества

Под сводом храма найду:

Там всякий, без имени-отчества,

Свою призывает звезду.

За гранью привычного круга

Ни мужа нет, ни жены,

И мальчики любят друг друга,

И девочки не смущены.

Спасение от одиночества —

Ждать и в положенный срок

Уверовать, как в пророчество,

Что ты уже не одинок.

Восьмистишия

***

Не уйти от этой драмы —

В дорогих и близких лицах,

Как ни прикрываешь раны,

Чтобы крови не пролиться.

Все равно тебя отыщет

И настигнет эта драма...

А кровоточит из тыщи,

Может быть, одна лишь рана.

***

Прежде чем остаться соло

И отринуть милый быт,

Он наигранно веселый

И беспечный принял вид.

Замешкался немножечко

В дверях, пускаясь в путь

И ощутив под ложечкой

Разлившуюся муть.

***

Отвергнуты все доводы

За совесть, не за страх:

Нет встреч — есть только проводы

На продувных ветрах.

Знай, призывая мужество,

На роковой черте:

Нет жизни — кроме ужаса,

Что жмется в животе.

***

Время гонит лошадей

Вскачь под перезвоны.

Год от года — ей же ей —

Все красней прогоны.

Остановку или даль

Прочит нам ворожа?

И безденежье — всегда ль

Плата с бездорожья?

***

Неодолим природной страсти зов,

Покоятся сердца в любовном лоне.

Не это ли созвездье Близнецов

Нам вторит на полночном небосклоне?

Непревзойденной дружбы образец

И вечный идеал мужской натуры:

Атлет Поллукс и Кастор, брат-близнец, —

Любовники и оба Диоскуры.

***

Он жил, как жили все поэты:

Молчал, под нос себе мычал

И стих, сочувствием согретый,

От хладной прозы отличал.

Но непременное условье

Постановил ему Парнас:

Сорваться ли на полуслове

Иль дар рассыпать весь... сей час.

***

Мозаична, обрывочна, лоскутна

Картина поэтических плеяд,

И проступают лики как-то смутно

И так невнятно миру говорят.

Проеден грустью стих до самых кромок,

До злых морщинок, коих несть числа.

“Твой дар убог, и голос твой негромок” —

Вот высшая в сем свете похвала.

Версия для печати