Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Урал 2005, 10

Неужели в самом деле?

Юрий Андреев. Явление четвертого кита. — СПб: Питер, 2005

Честно говоря, возле стендов с книгами этой тематики (а они сейчас есть в любом книжном магазине) я никогда не останавливаюсь. Не то чтобы предпочитаю “официальную” медицину: последний — пятилетней примерно давности — визит в районную поликлинику окончательно отбил охоту там появляться. Но и девиз “Исцели себя сам” (так называется и серия, в которой издана книга Юрия Андреева) не очень меня вдохновляет. Заглядывал в некоторые издания, примерял тамошние рекомендации на себя: это ж надо весь привычный уклад своего повседневного существования изменить, забыть про все заботы и радости жизни и заниматься только собственным драгоценным здоровьем. Помня о герое Джерома, который, читая медицинский справочник, нашел у себя все болезни, кроме воды в коленной чашечке, стараюсь на “симптомы” и “признаки” особого внимания не обращать, а просто сознавать себя здоровым человеком и быть таковым. И знаете — получается!

Однако книгу про “Явление четвертого кита” раскрыл сразу, отодвинув “на потом” другие дела, и прочитал единым духом. Сразу скажу, с большим интересом прочитал. Причин тому было, по меньшей мере, три.

Первая причина, признаюсь без экивоков, — давнее знакомство с автором, Юрием Андреевичем Андреевым, человеком на редкость разносторонним и в каждой своей ипостаси неординарным: ученый-филолог — доктор наук, литературный критик, публицист, прозаик, редактор (в частности, в течение ряда лет был главным редактором знаменитой серии “Библиотека поэта”), один из ведущих организаторов всесоюзного еще движения авторской песни, спортсмен-самбист с немалыми турнирными достижениями, а теперь вот еще и “один из лучших целителей России” (как он представлен в издательской аннотации). И ко всему — обаятельный, неизменно доброжелательный, всегда оптимистически настроенный человек, на удивление молодой душою и телом в свои уже немалые лета (что само по себе свидетельствует в пользу излагаемых им идей). Ну, просто немыслимо, чтобы такой человек написал скучную, проходную книгу.

Вторая причина: те самые “три кита”, которые предшествовали нынешнему, четвертому, впервые явились читателю со страниц “Урала” (в 1990 году), и я, будучи тогда редактором журнала, к их появлению руку приложил. За прошедшие пятнадцать лет книга “Три кита здоровья” выдержала пятнадцать же (!) изданий. Знаю, что некоторые мои знакомые с успехом воспользовались советами ее автора, а однажды и сам я, сильно и очень не ко времени затемпературив, вспомнил про “китов”: сунулся под ледяной душ (понимая, что рискую: за несколько лет до того перенес жестокую пневмонию), после чего растерся махровым полотенцем и — под теплое одеяло; а утром был “как огурчик”.

А вот третья причина не так проста.

Прямо на первой странице яркой обложки обозначена тема книги: “Раскрытие сверхвозможностей человека”. Про “сверхвозможности” сейчас много говорят и пишут; в Екатеринбурге даже выходит газета “Тайна жизни”, специализирующаяся на эзотерике, магии и прочих чудесах. Читать ее занятно, но доверять ее сенсационным сообщениям затруднительно: публикуемые там авторы, как правило, рассчитывают лишь на читателя, который “сам обманываться рад”, а “зануд”, вроде меня, которые хотели бы получить какие-никакие доказательства, они просто игнорируют как заведомых ретроградов и примитивных “материалистов”, неспособных воспринимать “тонкие” субстанции.

Надо сказать, что Юрий Андреевич тоже не очень-то “политкорректен” с инако (по сравнению с ним и его “единоверцами”) мыслящими. У читателя обыкновенного он заведомо предполагает понимание и согласие, а вот “инквизиторов наших дней” из академической “комиссии по борьбе с лженаукой” подвергает уничтожающему сарказму. Особенно достается двум наиболее известным и авторитетным — нобелевским лауреатам. Называет он их даже не господами, а почему-то на немецкий манер — “геррами”. “Если герру физическому академику угодно с брезгливостью вещать о каких-то там придуманных генераторах неизвестных ему, а потому — невозможных — полей, то сколько хихиксов и насмешников собралось в компании, измывающейся над возможностями филиппинских хилеров...” Признаться, такая манера вести диалог с научными оппонентами (даже если “они первыми начали”) не кажется мне выигрышной. Да это бы ладно, если б пафос собственной правоты у автора “Четвертого кита” подкреплялся столь же неотразимой аргументацией...

Тут ведь вот какая штука. Морально изничтожая ретроградов от академической науки, Ю.А. Андреев вполне по-марксистски апеллирует к практике как критерию истины. Но апеллировать к практике — примерно то же самое, что взывать ко Всевышнему: каков бы ни был ответ, его еще надо истолковать. А истолкование возможно лишь на основе той или иной системы мировоззрения. У автора “Четвертого кита” она одна, у “герров нобелевских лауреатов” — другая, а “единственно верное”, потому что “научное”, мировоззрение осталось в вузовском учебнике диамата, который сам Юрий Андреевич сегодня вряд ли сочтет достаточно авторитетным источником мудрости. Я к тому клоню, что не академиков следовало бы бескомпромиссному полемисту Андрееву клеймить за косность мышления, а систему физических знаний, сложившуюся веками и ставшую фундаментом всех поистине чудесных достижений современной цивилизации. Что же касается мировоззрения, на котором незыблемо утвердился ныне Ю. Андреев, то оно основано на обобщении опыта, доступного восприятию лишь 2—3 процентов из нас (как вслед за одним своим единомышленником признает сам автор книги) и заметного влияния на жизнь человечества пока что не оказавшего. К тому же приходится считаться и с “изобилием самого разнообразного шарлатанства и в нашей, и в мировой культурной жизни”, что опять-таки сам Юрий Андреевич признает. Вот и применяйте после этого к ситуации “критерий практики”!

Что касается меня, то я трезво сознаю, что к тем самым 2—3 процентам избранных не принадлежу и обсуждать их опыт с ними на равных не могу. Однако нигде в книге нет и намека, что она адресована узкому кругу посвященных. Напротив, все в ней указывает на то, что автор и издатели рассчитывают на самую широкую публику. И вот я, не посвященный и не причастный, читаю такую, например, рекомендацию: “Представляем себе гигантский пылесос размером чуть ли не с жилой дом и включаем засасывающее сопло у себя под ногами. Включаем аппарат, и он с могучим завыванием начинает убирать из нас всю черную, болезненную информацию”. Или вот такую: “Мы стоим лицом к нему (солнышку. — В.Л.), руки подняты кверху, ладони представляют собой чашу. На вдохе мы медленно разводим руками в стороны, представляя себе, что держим на них солнечный шар. Когда первый период вдоха закончится, руки останавливаем и всю набранную к этому времени и энергию, и информацию на выдохе отправляем в солнечное сплетение”. И т.п. Увы, для меня такие рекомендации — картинки из жизни инопланетян. Между тем в ряду с ними — множество столь же “инопланетных” “невыдуманных историй” о телепортации, чудесных исцелениях, воскресении из мертвых, “случаев из практики” и т.п.

В общем, все мое не диаматом, но многими десятилетиями житейского опыта воспитанное трезвомыслие противится восприятию чудес, о которых рассказывает Ю. Андреев, за чистую монету.

В то же время мне не хотелось бы принимать позу этакого брюзги из комиссии по антинауке, и вовсе не потому, что нынче модно демонстрировать “широту взглядов”. Прежде всего, я и сам считаю (житейский опыт подсказывает), что возможности человека сверх обыденных, востребованных и развитых ради потребностей каждого дня, — не миф, вот только знаем мы о них очень мало. И что физических методов для их познания никак не достаточно.

Думаю также, что весьма резонны теоретические предпосылки “явления четвертого кита”, которые излагает автор. Суть их, если очень коротко, заключается в том, что в расширении своих возможностей человек прошел две стадии и теперь вступает в третью. На первой стадии, продолжавшейся миллионы лет и все еще не завершившейся вполне, он расширял свои физические возможности, прежде всего, свою техническую мощь. На второй, исторически совсем еще кратковременной стадии, он наращивал свою интеллектуальную мощь. Достаточно вспомнить, какой переворот во всех областях человеческой жизни произошел с появлением компьютерных технологий. Ну, а теперь, по мысли Ю. Андреева, начинается “эра использования духовно-психической энергии человека”. Право же, заманчивая мысль, причем не вижу, в чем бы она могла противоречить моему трезвомыслию. Есть, правда, чисто “метафизический” вопрос: если новая эра предполагает активизацию способностей, которыми обладали наши животные предки, но которые “в известной степени атрофировались”, не будучи востребованными, “в условиях технической цивилизации”, то не значит ли это, что именно “техническую цивилизацию” правомерно считать эрой достижения “сверхвозможностей”?

Однако жанр рецензии мало подходит для обсуждения метафизических проблем. Вместо того я лишь констатирую, что неординарный человек Юрий Андреевич Андреев предложил любознательному читателю увлекательнейшую тему для размышлений, подкрепив ее обширным и достоверным (в рамках его мировоззрения) фактическим материалом. И еще немаловажная деталь: на обложке книги есть пометка: “Энергетизировано”. Не берусь судить о том, что бы это значило с точки зрения биоэнергетики (или биоинформатики?), но то обстоятельство, что она заряжена энергией талантливого, деятельного, остроумного, жизнерадостного человека, — свидетельствую.

Валентин Лукьянин

Версия для печати