Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Урал 2003, 2

Подарок П.П. Бажову

Владимир Антонович Черепов — доцент кафедры истории искусств УрГУ. В 1970г. окончил искусствоведческое отделение филологического факультета УрГУ.

В доме-музее замечательного уральского писателя по улице Чапаева, 11 в Екатеринбурге более полувека хранилось круглое живописное панно с портретом П.П. Бажова и восемью сюжетами по его сказам. Погрудный портрет писателя на зеленом фоне. Голова в фас. Он оживленно беседует, может быть, полемизирует с незримым оппонентом. Перед ним малахитовая шкатулка-теремок, в правой руке кристалл голубовато-зеленого цвета. Можно предположить, что разговор идет о камне — дорогой для писателя теме. По краю панно на коричневом фоне восемь сюжетов из знакомых зрителю сказов, заключенных в декоративные кольца. В верхнем кольце — молодая женщина — Хозяйка Медной горы. Далее — золотоволосая невеста Айлыпа, Огневушка-Поскакушка, лихая тройка, упоминаемая в разных сказах, бабка Синюшка, Каменный цветок, Великий Полоз, Данила-мастер. По характеру портрета, рисунку сказовых сюжетов, живописному орнаменту чувствуется рука художника своеобразного и несомненно одаренного.

В фондах Объединенного музея писателей Урала, куда входит Дом-музей Бажова, это произведение зарегистрировали, но имя автора известно не было. К счастью, ключ к разгадке оказался в самом произведении. На портрете — надпись: “П.П. Бажову. Картины из Каменного цветка и других сказов. Алапаевск, 1948 г.”. Вместо подписи затейливо выведенные инициалы — ВГ . Известно, что на рубеже ХIХ—ХХ вв. на Урале широкое развитие получила народная живопись по дереву, бересте, металлу. Алапаевск был одним из центров этого искусства. В середине ХХ века еще сохранялись его традиции. Казалось бы, логично искать автора среди оставшихся мастеров, их последователей. Но здесь был совсем другой стиль — в графической и живописной манере некоторых сюжетов видна была связь с традициями востока, скорее всего, Китая (Великий Полоз, Огневушка-Поскакушка). Встреча в Екатеринбурге с И.Д. Самойловым, известным основателем и директором Музея деревянного зодчества и народного быта в Нижней Синячихе, несколько прояснила ситуацию. Он предположил, что, судя по инициалам, автором этого произведения является Вера Городилина.

Вера Борисовна Городилина среди музейных работников и краеведов известна как основатель Дома-музея П.И. Чайковского в Алапаевске. О ней писали А.Н. Шигина в книге “Белая горница” (1985), и Ю.К. Матафонова в “Человеке с изюминкой” (2002). Есть справка и в Уральской исторической энциклопедии (Екатеринбург, 1998).

Родилась Вера Борисовна в 1912 году в городе Никольске-Уссурийском Приморского края. В 1924-м вместе с родителями уехала в Китай. Жила в Харбине, затем в Шанхае. Получила художественное и музыкальное образование. Последнее время работала там главным художником по рекламе кинофирмы “Азиатские фильмы Китая”. В 1947 году вернулась в СССР. Местом жительства выбрала Алапаевск. Работала в краеведческом музее. Ее главной заботой было создание Дома-музея П.И. Чайковского. В это дело она вложила много сил и энергии. Но в указанных источниках ничего не говорится о ее художественных произведениях. О них чуть позднее сообщил И.Д. Самойлов. Он рассказал, что в Доме-музее П.И. Чайковского в Алапаевске хранятся акварельные рисунки Городилиной на темы бажовских сказов. Личная встреча с художницей поставила все на свои места. Вера Борисовна хорошо помнила это произведение. Еще в Шанхае она прочитала сказы уральского писателя, была очарована и увлечена ими. Когда же оказалась в Алапаевске, узнала о нем много нового.

Приближался семидесятилетний юбилей П.П. Бажова. Тогда она и решила подготовить ему личный подарок. Когда была в Свердловске, посетила дом писателя и вручила панно. Павел Петрович был доброжелателен, принял панно, поблагодарил. Но, рассматривая рисунки, посетовал, что в них нет уральского колорита. “Здесь Уралом не пахнет”, — сказал он.

П.П. Бажов был чрезвычайно требователен к деталям. Это отмечают все исследователи его творчества (Л.И. Скорино, М.А. Батин и др.). За это он критиковал и рисунки К.В. Кузнецова, иллюстрировавшего первое московское издание его сказов (1942). Не нравился ему, например, козлик в “Серебряном копытце”, которого художник изобразил в виде домашнего козла. Или в другом случае — считал недопустимым, когда Данилу-мастера изображали в лаптях: “На горнозаводском Урале лапти не носили”.

В доме Бажовых было много произведений декоративно-прикладного искусства и для панно не нашлось достойного места, так оно и пролежало среди других не попавших в экспозицию подарков и было забыто. Теперь, по прошествии 54 лет, ценность произведения, несомненно, возросла. Во-первых, это прижизненное произведение, имеющее непосредственное отношение к уральскому писателю. Во-вторых, иной стиль полотна, напоминающий иллюстрации книг Бажова, изданных в Китае, Японии, Иране и многих западных странах, что само по себе вызывает определенный научный интерес. В-третьих, вполне реалистичный портрет не только “похож”, он очень выразителен, эмоционален и заметно дополняет и обогащает иконографию писателя в изобразительном искусстве.

В начале 50-х годов ХХ века В.Б. Городилина преподавала в детских музыкальной и художественной школах Алапаевска. Сама занималась художественным творчеством — писала акварелью. В музее хранятся ее рисунки на темы бажовских сказов: обложки для книг “Сочневы камешки” и “Про Великого Полоза”, а также несколько иллюстраций к ним. Эта работа была сделана для предполагаемого издания, которое не состоялось.

Версия для печати