Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Урал 2001, 1

?Сумасшедший дом, где все здоровы..



Лариса Петрова

“Сумасшедший дом, где все здоровы”

 

Ни одна из этих историй не выдумана. Ни одна не приукрашена. Все действующие лица – реальные (можете самолично проверить: найдите в Internet театральный сервер и полюбуйтесь на их фотографии). Все они прекрасно знают, что вы прочтете про них нечто забавное в журнале “Урал”. Мало того, событие это им приятно, поскольку работают они, что называется, “на театре”, а театр умеет шлифовать чувство юмора; немаловажно, что факты их жизни оказались не на каких-то там желтых страницах, а в столь солидном издании; и потом – они вошли в историю, избежав лишних расходов – пошутили между делом пару раз и, пожалуйста, кушают себе бессмертие на доброе здоровье.

Нельзя сказать, что они питают юношеские иллюзии по поводу “этого сумасшедшего дома, этого театра”, где целый век крутятся, пользуясь смехотворными льготами и не имея серьезных гарантий. Правда, они уверены, что в их сумасшедшем доме обитает народ здоровый, ибо ни личный опыт, ни общественные уроки так до конца и не вытравили из него юмор. Некоторые одаренные коллеги даже умудряются проживать на театре “большую, интересную соседям жизнь” в уверенности, что “Бог, не умеющий улыбаться, не смог бы создать этой забавной Вселенной”…

Прежде чем вы приступите к дегустации взбитых мною театральных “сливок”, расшифрую аббревиатуры, которые обязательно попадутся, как косточка в вишне на макушке десерта. Сначала СТД – Союз театральных деятелей, такая столетняя общественная организация в масштабах России; потом ЕО СТД – Екатеринбургское отделение этой организации (областное), в нем насчитывается, между прочим, около шестисот человек актеров, режиссеров, художников, музыкантов, критиков , педагогов, менеджеров. Наконец, ЕГТИ – Екатеринбургский государственный театральный институт, самый восточнорасположенный среди театральных вузов, всероссийская кузница звезд.

И последнее отступление. Мне очень хотелось присоединить к выбранным для “Урала” историям еще три – с участием директора Музкомедии Михаила Сафронова, проректора Театрального института Александра Чикина и критика Аллы Лапиной. Признаюсь честно, пока не решилась. Но когда отважусь, можно будет найти их по электронному адресу http//:w ww.theatre.ural.ru.

***

Этой весной посетители Дома актера стали свидетелями интригующей сцены. По всем помещениям ходил непрерывно говорящий директор Дома Владимир Мишарин, а за ним, словно привязанный на ниточке, поспевал какой-то незнакомец. Выражение его лица не поддавалось описанию: смесь внимания, блаженства и сомнамбулизма. Казалось также, что он боялся потерять не просто слово, но сам звук директорского голоса. Во время загадочного похода по этажам и закоулкам Владимир Васильевич ни с кем не здоровался, не отвечал ни на чьи вопросы, а только отгонял попадавшихся на пути энергичными жестами или нелюбезной мимикой. Небывалый случай! Все терялись в догадках.

Когда очарованный мужчина что-то подписал и удалился, Мишарин вернулся в кабинет, рухнул в кресло и объяснил:

– Это пожарный инспектор. Чтобы он не высказал Дому никаких претензий, я взял на себя роль дудочки факира. Той, что гипнотизирует змею: пока я говорю, пожарник меня слушает и двигается в нужном направлении. Стоит умолкнуть хоть на секунду, он сразу начинает “сворачиваться в корзинку”, то есть отвлекаться, менять маршрут, делать замечания… Пришлось пожертвовать вами ради чистоты фокуса!

***

Некоторое время назад театровед Лариса Немченко пробивала идею Школы молодого критика. С просьбой о денежной помощи она обошла все солидные кабинеты и выступила на всех конференциях, форумах и собраниях. Кажется, даже в Клубе любителей пива. Каким-то чудом “цунами Немченко” избежал в тот момент только Валерий Плотников, глава екатеринбургской культуры. Но чуть позже не уберегся и он. Так вот, именно Валерий Павлович вдохновил нашу страстную коллегу на лучшую фразу сезона 1998–1999 гг.

Дело было так. На очередной конференции в честь 275-летия Екатеринбурга цвет города мирно дремал под речи докладчиков в уютных креслах Дома кино. Президиум, в котором сидел и Плотников, тоже находился в убаюканном состоянии. В это время с традиционным опозданием на два часа в зал вошла Немченко. Увидав столь близко от себя еще “неохваченного” руководителя и уловив отсутствие бдительности у своей жертвы, Лариса Давыдовна решительно поднялась на трибуну.

– Друзья, я хочу сказать о Школе молодого театрального критика! – вдохновенным призывом разбудила она присутствующих. – Мы очень нуждаемся в поддержке! Здесь находится Валерий Павлович Плотников. Вот к кому мне надо было сразу прийти за помощью! ВЕДЬ ОН ТАК ДОСТУПЕН!.. НО Я ТАК ЗАНЯТА!

P.S. Кстати, Школа молодого критика уже третий год как работает в нашем Доме актера, а Валерий Павлович действительно выделил деньги и на ее открытие, и на первый выпуск 2000-го года.

***

С Аллой Давыдовной Кернер чего только не случалось за сорок самоотверженных лет ее служения ВТО-СТД! Вместе с этой красивой, умной и всегда молодой дамой мы исколесили немало дорог по нашим общим театральным делам. Однажды смотрели спектакль в Серове, а чуть позже — на банкете по поводу премьеры — поднимали бокалы с вином в честь создателей постановки... Длинный стол. Режиссер, премьеры и премьерши сгруппировались с одной его стороны, небольшая екатеринбургская делегация – с другой. Тост. Дотянуться к виновникам торжества для традиционного “чокания” мы не можем. Главреж Виктор Узун объясняет, что в таком случае нужно “закоротить”: прижать свой бокал к кромке стола и произнести “контакт! есть контакт!” — тогда тост защитывается. Ни минуты не медля, Алла Давыдовна совершает обрядовые действия и философски замечает: “Век пей, век учись!”

***

Начало сезона академическая музкомедия отметила концертом, все музыкальные номера которого не единожды исполнялись ранее. И хотя публика, до отказа заполнившая зал, восторженно аплодировала своим любимцам – актерам, это не спасло театр от заслуженной иронии:

Мы как будто попали в сказку “Огонь, вода и медные трубы”, — говорили остряки. — Помните, как водяного царя развлекали красотки – русалки? Сто лет они ходили со своими песнями-плясками справа налево, а когда царю это надоело, придумали нечто новенькое. Пошли… тем же хороводом слева направо!

***

На юбилее кинорежиссера Ярополка Лапшина красиво выступил премьер-министр области Алексей Воробьев, заслужив одобрительные аплодисменты. Чуть позже в телефонном разговоре с Никитой Михалковым (громкая связь специально работала на зал) московский гость Клим Лаврентьев похвалил Алексея Петровича: дескать, тут в Екатеринбурге есть речистый председатель Правительства, “дюже гарно говорит о кино”. Михалков мгновенно принял решение: — Давайте мы заберем премьера Воробьева в Союз кинематографистов, и пусть он выступает на наших заседаниях как киновед!

***

Хотя жизнь нередко “достает” Валентину Роддэ, ныть, сиротиться или ругать судьбу – не в привычках этой обаятельной женщины. Вместо жалоб она, как правило, подпускает крепкое словцо:

— Сижу, извольте видеть, в полной “просрации”!

***

Вернувшись с VIII открытого фестиваля театров кукол, который проходил в Челябинске в сентябре 2000 г., Петр Степанович Стражников рассказал, что в конкурсной программе участвовали одновременно два “Соловья” — спектакли из Екатеринбурга и Тюмени. Фестивальные остряки отреагировали на этот “прокитайский” факт уморительным опусом a-la классический романс:

Сяу-ляу-вей мой!
Сяу-ляу-вей!
Гяу-ляу-систый
Сяу-ляу-вей!

***

Серовский театр драмы с момента своего рождения и по сей день обитает во Дворце металлургов. Директором дворца назначили тренера Константина Дзю – есть такой знаменитый чемпион мира по боксу. Вот что рассказал нам с А.Д. Кернер при первой встрече этот тренер-директор.

– Год назад уехал я на постоянное место жительства в Австралию. Но недавно вернулся домой. Насовсем.

– А что повлияло на ваше решение? — спрашиваем.

– Если скажу, не поверите... Представил, что жил я там, жил, да вдруг и помер. Закопали меня, остался холмик. И вот прыгает мимо мохнатая австралийская кенгуру, останавливается и с...т на мою могилу. Не выдержал я этой мысли, собрался и улетел на родину!

***

В давние времена общественная организация ВТО — ныне СТД — была состоятельной и могла оказывать приличную финансовую помощь своим членам. Например, при лечении зубов. Сейчас положение изменилось, и Союз театральных деятелей не в состоянии ссужать большие денежные суммы нуждающимся. В сентябре 2000 г. на собрании первичной организации СТД в одном из театров области з.а. РФ Александр Шаманов поинтересовался у Аллы Кернер:

— Чем сегодня может помочь наше Екатеринбургское отделение в протезировании зубов?

— Только само дать в зубы! — ответила Кернер.

***

Иногда, чтобы бесконфликтно вести заседания Секции театральных критиков, надо совершать чудеса дипломатической эквилибристики. Пока сформируешь из их (критиков) интенсивного, но хаотичного броуновского движения единую генеральную линию – вспотеешь. Обижать нельзя никого, и Татьяна Стрежнева, председатель собраний, очень старается выполнять это неписаное правило. Но однажды и она “поскользнулась”.

Как-то по вопросу участия в конкурсе спорного спектакля двое его противников никак не соглашались с одиннадцатью союзниками. Подходит время принимать решение, а разлад среди критиков полный: дискуссия, шум, вспыхивают искры. От отчаяния из головы Татьяны Петровны на мгновение улетучивается вся дипломатия:

– Как быть?! – растерянно восклицает она. – Ну как же быть?! Большая часть – за, но ведь весомая-то часть против!!!

***

17 мая 2000 г. в Свердловском академическом театре оперы и балета произошел этот классический театральный анекдот... В областном конкурсе “Браво!” участвовал балетный спектакль “Своенравная жена” А.Адана. В зрительном зале нет свободных мест. Жюри конкурса впервые явилось полным составом. На просторной сцене развивается красивое действо. Тоненькие балерины в воздушных костюмах, прыгучие балеруны: все воспринимается ну просто образцом вкуса и изящества. И вдруг!

На фоне живописного “задника”, за прозрачным тюлевым занавесом появляется преклонных лет театральная служительница в темно-синем сатиновом халате и начинает пересекать сцену во время очередного па-де-де! Вероятно, ее в пожарном порядке позвали за противоположные кулисы. И вот она, высокая и дородная, старается идти через сцену по возможности тихо, чтобы не мешать танцорам и зрителям. Сгорбившись, на цыпочках, идеально попадая в такт — за дирижерским пультом Владислав Лягас, — дама благополучно добирается до кулис. Надо ли говорить, что в течение ее похода зрители боялись даже сморгнуть! Ни одна душа в зале уже не интересовалась спектаклем: следили только за “сольной партией” смелой служительницы мельпомены... Испытав потрясение от оригинальной трактовки сюжета и оценив тот факт, что даже непрофессионалы “вписываются” в музыку Адана, жюри наградило замечательный спектакль престижной театральной премией.

***

Эти юмористические заметки появились благодаря наблюдательности Елены Обыденновой, завлита Свердловской музкомедии, которая летом 2000 г. выезжала со своим театром на гастроли в Сочи. Часть коллектива театра добиралась до моря “автопробегом” и по пути, естественно, была участником нескольких комических эпизодов. Однажды, допекаемые горячим южным солнцем, путешественники остановились промочить горло недалеко от пивной бочки, где пиво продавалось на разлив. Рядом с бочкой висела печатная реклама: “Пиво. Свежее. Холодное”. А внизу от руки, наверняка от чистого сердца, было дописано: “Честно!” Еще один образец печатной рекламы свердловчане повстречали на пустынной автостраде под Ростовом, посреди широкой степи. Большой рекламный щит — абсолютно белый. Посреди этой снежной белизны большими черными буквами красовалась надпись: “Живите долго”...

***

Название спектакля “Ваша сестра и пленница” Людмилы Разумовской, что идет на сцене Свердловского театра драмы, часто подвергается “исправлению” и в интерпретации невнимательных зрителей звучит как “Ваша сестра и племянница”. Если кто-нибудь из театралов слышит такую оговорку, то начинает испытывать досаду и неловкость. Особенно остро чувствуются моменты ошибок при большом стечении народа. Очень не любит подобные ляпсусы директор театра Юрий Махлин. И вот однажды...

В честь представительного съезда координационного совета “Большой Урал” в Оперном театре давали грандиозный концерт в двух отделениях. Зрителей — полный зал. В первом ряду — министр культуры области Н.К.Ветрова, ее коллеги из Кургана, Перми, Уфы, Ижевска и т.д. Екатеринбургские театры показывают свою программу, в которой среди прочих заявлен отрывок из “Вашей сестры и пленницы”. Ведет концерт семейная пара дикторов: Анжелика Виноградова и Владислав Назаров. Перед началом действа директор Драмы, волнуясь за “невезучее” название, напомнил Виноградовой, что к слову “пленница” надо отнестись с повышенной внимательностью — не дай бог, проскочит что-то другое, ведь в зале такая публика! Анжелика заверила, что с ее стороны никаких накладок не произойдет. Начало. Все глаза устремлены на Виноградову. Она, нарядная, улыбчивая, профессионально-взволнованная, держит в руках красную папку и, не отрывая глаз от текста, торжественным, ясным голосом в полной тишине читает: “А сейчас вашему вниманию будет представлена сцена из спектакля Свердловского академического театра драмы “Ваша сестра и племянница!” В этот момент можно было услышать, как падал со стула в служебной ложе несчастный Юрий Владимирович.

***

В жюри областного конкурса “Браво!” работал весной 2000 г. омский критик и публицист Сергей Павлович Денисенко. Эмоциональный, чуткий, увлекающийся, Денисенко покорил всех нас меткими эпиграммами, которые сочинял буквально на ходу. Под занавес конкурса “на зубок” ему попался спектакль Серовского театра драмы “Но твоя да будет воля...” Марины Порошиной. Справедливости ради надо отметить, что этому спорному, но все-таки интересному, во многом неожиданному спектаклю просто не повезло в Екатеринбурге с публикой, со светом на площадке — ну вот сложились обстоятельства не в пользу серовчан! И тональность спектакля о персонажах пушкинской эпохи из философско-лирической трансформировалась в комическо-гротесковую. Вынести этого спокойно Денисенко не смог. Не дожидаясь окончания действия, он написал:

Два века меж собой переглянулись,
И даже выстрел прогремел вдали...
Сегодня все в гробу перевернулись:
И Пушкин, и Дантес, и Натали.

На наше замечание о том, что сначала надо досмотреть спектакль, а не подтрунивать заранее, Сергей Павлович через пару минут ответил вот таким четверостишием:

Я — зритель. Для театра драмы — Некто.
За мой сарказм — простить меня молю.
Мне просто не хватило интеллекта.
А может, просто Пушкина люблю.

***

Как-то Янина Ивановна Кадочникова, з.р.к. РФ, директор Екатеринбургского ТЮЗа, с болью перечисляла проблемы, стоящие перед ее театром. Чего здесь только не было — финансы, политика, быт и т.д. и т.п. “В общем, — заключила Кадочникова, — сплошная головная боль”. И тут же удовлетворенно добавила: “Но чем сильнее у меня эта головная боль, тем успешнее проистекает в театре творчество!”

***

Директор “Волхонки” Владимир Валл самостоятельно содержит свой небольшой театр. При этом совершая чудеса по части добывания денег, чтобы оплачивать постановку спектаклей, труд актеров и режиссеров, отчислять средства за аренду, электроэнергию и т.д. От непрекращающейся ни на день гонки “за рублем” Валл периодически сатанеет и готов перекусать весь белый свет. Но, понимая всю безысходность такого желания и обладая развитым чувством юмора, он решил ограничиться тем, что сочинил и повесил на дверях своего кабинета следующий призыв: “Уважаемые коллеги! Не уставайте просить и выпрашивать! И пусть поможет Бог в вашем благородном унизительном труде!”

***

По ходу знаменитого волхонковского спектакля “Месяц в деревне” Тургенева актер Александр Фукалов — неподражаемый доктор Шпигельский — садился за фортепиано и непринужденно, живо, весьма профессионально исполнял какой-то музыкальный отрывок. Эта сцена неизменно восхищала публику, среди которой однажды оказался ректор Гуманитарного университета Лев Закс. Доктор философских наук, профессор, глава научных комитетов, Лев Абрамович, всегда выражающий свои мысли языком рафинированным, удивленно воскликнул:

– А Шпигельский лабает недурно!

***

З.а. РФ, актер Свердловской музкомедии Анатолий Филиппенко иногда говорит при знакомстве:

– Служу в театре музыкальной трагедии!

Он же утверждает, что “чем выше поднимается искусство, тем ниже опускаются поцелуи”.

***

В Свердловском академическом театре драмы среди актеров множество острословов. Алексей Петров, Галина Умпелева, Владимир Марченко, Вячеслав Кириличев, Вероника Белковская... Вот одна из метких реплик Вероники Мечиславовны, которую слышала своими ушами. Критик Владимир Калиш обсуждал на труппе спектакль “Поминальная молитва” Горина. Про Вячеслава Кириличева, исполнившего роль Степана, столичный мэтр отозвался как про актера превосходного, очень органичного. “Поставьте рядом с ним собаку, он и собаку переиграет! Зрители принимают Кириличева со сцены как родного человека, как родственника!” — восторженно продолжал Виктор Яковлевич. На что ироничная Белковская незамедлительно нашлась: “Был он всем дядей Ваней, а теперь стал дядей Степой!” (имелся в виду только что сыгранный Кириличевым образ Войницкого в спектакле “Дядя Ваня” Чехова, за которым почти сразу последовала “Поминальная молитва”).

***

Знаменитый свердловский артист Владимир Марченко, премьер академического театра драмы, народный артист РФ, профессор театрального института, зав. кафедрой актерского мастерства и прочая, прочая, прочая... последние годы стал крайне редко — по разным причинам — посещать Екатеринбургское отделение СТД. Однажды мне каким-то чудом удалось вытянуть Владимира Ивановича на встречу в Дом актера, где квартирует родное отделение. Он пришел и, ожидая условного часа, уселся незамеченным — всем известный, титулованный, уважаемый — на маленькой скамеечке под лестницей возле самых дверей. Здесь я его и застала своим приветствием:

– Какой у нас дорогой гость!

– Нет, что вы, — не раздумывая ни секунды, ответил Марченко, — сегодня я репетирую роль бедного родственника...

***

По случаю 295-летия Тобольского драматического театра мы с кинорежиссером Владимиром Лаптевым гостили у друзей-сибиряков. И вот за праздничным столом, уставленным разносолами, между хозяевами и гостями завязывается бесконечный разговор о творчестве и жизни. И директор театра Николай Лаптев, между прочим еще и талантливый актер, заслуженный артист РФ, начинает вспоминать о своих первых шагах на посту руководителя:

– Когда я получил назначение, для решения проблем у меня не было никаких связей, никаких знакомств, никакой “мохнатой лапы”. Осмотрелся я вокруг и понял — крутиться здесь надо будь здоров как и работать, работать, работать...

“Свердловский” Лаптев тут же подхватывает:

– И вот он уже сам стал “мохнатой лапой”, а все крутится и работает, работает, работает...

***

В ноябре 2000 г. наша Музкомедия созвала режиссеров, критиков и театральных директоров на творческий семинар. С командой столичных гостей прибыл мэтр отечественной критики Виктор Калиш. За свою богатую театральными впечатлениями жизнь он повидал что-то более двух десятков Сильв. Познакомился и с нашей “Княгиней чардаша”. Тотчас после знакомства Виктор Яковлевич подарил нам экспромт:

Идет “Княгиня”, как богиня,
Не зная временного груза,
И сладко нам, и не горчит.
А чардаш Кальмана звучит,
Как гимн Советского Союза.

 




Версия для печати