* * *
Снегопад словно взор исподлобья
рассекает осеннюю слякоть.
Невесомые снежные хлопья
оседают на прелую мякоть,
на державные строгие лица,
на гранитные львиные морды...
- Петербург, ты уже не столица!
- Ничего... Так спокойней, милорды.
                                                            2003

* * *
Настанет срок. Растает грим.
Умолкнет гул восторга.
И содрогнётся Третий Рим
от жёлтых орд Востока,

и сгинет – сколько бы ни выть,
надрывно и натужно...
Ну а Четвёртому – не быть.
Да это и не нужно.

Заглохнет жидкое “ура”,
и вытянутся морды,
и потекут через Урал
лопочущие орды.

Не нам, в могуществе своём
извечно убеждённым,
десятерых валить вдвоём...
Что ж, горе побеждённым.

Исчезнет Родина моя –
и с вечностью сроднится.
Перевернётся бытия
печальная страница.

Качнётся стрелка на весах.
Остынут наши трупы...
И замолчат на небесах
архангельские трубы.

Мужайся, витязь Пересвет!
Славянской крови запах
поделит тотчас белый свет
на Азию – и Запад.

А дальше – век последних драк.
И ядерные шутки.
И – мрак. Холодный чёрный мрак.
Бессмысленный и жуткий...
                                                1996
* * *
Давным-давно – во сне ли? наяву ль? –
когда ещё не выдумал болеть я –
сквозь марево танцуль и наливуль
мелькали дни (а может и столетья

кружились словно детское серсо) –
нет, в памяти осталось только это:
какое-то лесное озерцо,
всё в жёлтых пятнах солнечного света...
                                                                        2003