Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Слово\Word 2007, 56

Крутись, колесо!

Крутись, колесо

Мне приснился вчера удивительный сон,
будто я наконец изобрел колесо,
покатилось оно с пылу, с жару,
невзирая на тренье, меняя углы,
но – ура – продолжая свой путь и – увы –
продолжая его, продолжая.
По дороге за ним устремился народ,
что от счастья танцует и песни поет,
выбирая слова подлиннеe:
все теперь не пешком на работу идут –
вот что сделали ум и мой каторжный труд,
траспортир, ну, и пара линеек.
А народный восторг ярче тысячи солнц,
на четыреста двадцать возрос Доу Джонс,
даже Насдак – на триста двенадцать.
У истории нету иного пути,
как мое колесо на дороге крутить –
нам бы только на нем удержаться.
Стали выше надои, будильник звенит,
просыпается радостным антисемит
и кричит: "С добрым утром, евреи",
к нам в восторге летят НЛО и УФО,
и влюбляется вусмерть былой русофоб
в Иванову – ее же лелея.
И Зураб Церетели, и гей Дамблдор
о моем колесе лишь ведут разговор
и скульптуры огромные лепят,
и ученых мужей обо мне пресс-релиз,
и колючих ежей шепот: "Не уколись" –
это мне, обо мне детский лепет.
Так катись, колесо, по полям и лесам,
вижу – вот оно здесь, а сейчас уже там,
и мелькает, в себе отражаясь,
невзирая на тренье, меняя углы,
но – ура – продолжая свой путь и – увы –
продолжая его, продолжая.