Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Слово\Word 2006, 51

Стихи

                            Поэт и переводчик, наша гостья из Израиля. Она пишет стихи на иврите, русском и английском языках.

* * *
                                                        Евгению Минину
Прекрасна суета сует,
Все наши хлопоты дневные,
И волшебство ночных бесед,
Их отражения двойные.
Я выбираю этот свет,
С его крадущейся повадкой,
С его негладкой жизнью краткой,
И этой тайной вековой...
Я выбираю мир живой,
С его судьбой, его загадкой,
С его старинною закладкой
На букве той, которой нет...
Я выбираю белый свет.


* * *
                            Генриху Горчакову
Как за соломинку, держусь
за певчую строку.
Я не про музыку – про грусть,
про птицу на току.
Про слов спасительный запас,
про рифмы колдовство...
Я не про музыку – про нас,
про горе и вдовство.
Про то, где силы зачерпнуть,
про сон, про Третий храм...
Я не про музыку – про суть,
неведомую нам.


                            Иврит

Он стал родным.
                            И в этом торжество.
Ведь он язык народа моего.
Он – суть от сути.
                                                        Верный знак любви,
Он смысл письма, он у меня в крови.

 

* * *
                            Дмитрию Шеварову
Когда растает яблоневый цвет
у Вас в саду, в далеком Подмосковье,
орешник мой укроет Вас от бед,
олива защитит своей любовью.

И Вы – хранитель слова и огня,
свет Ваших окон виден мне отсюда,
и в том далеком холоде – о, чудо! –
Вы снова согреваете меня.

И всё сбылось – свет Ваших белых зим,
и в Вашем очаге горящий пламень,
и белый Иерусалимский камень,
и дымка золотистая над ним.


* * *

По другую сторону часов
время запредельно и лениво,
отдыхает вечное огниво,
замкнут мир на солнечный засов.

По другую сторону любви
мы с тобой в зеркальном отраженьи.
Подожди – скажу я – позови
сквозь века, сквозь век моих смеженье.

Боже мой, пусть будет жизнь светла,
Боже мой, пусть повторится снова –
холодом скрепленная основа
по другую сторону тепла.


* * *

Какой январь – любви предтеча,
Холмов янтарных торжество,
Зима моей российской речи,
Весна иврита моего.
Двойной словарь судьбы единой,
Неразделимых азбук круг –
То лепет слышу лебединый,
То дразнит тайною старинной
Гортанный, непокорный звук.
Своей дороге не переча
И злого не боясь огня,
Живу.
                            Пусть вечно два наречья –
Два ангела хранят меня.

 

* * *

Посеешь любовь –
                            пожнешь зависть.
Посеешь зависть –
                            пожнешь гнев.
Посеешь гнев –
                            пожнешь ненависть.
Посеешь ненависть –
                            пожнешь смерть.
Посеешь любовь,
                            посеешь любовь,
посеешь любовь...

 


                            Читая псалмы Давида

Оставлю страхи в стороне,
и вновь прочту псалом.
Певец –
                            он думал обо мне,
он защищал мой дом.

Вот буковок волшебный строй,
целебный сговор слов...
Кем я была ему?
                                                        Сестрой?
Лозой его садов?

Теперь сомкнется вечный круг,
и в нем ладонь моя,
и Божья длань, и царский звук,
и тайна бытия.

Версия для печати