Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Старое литературное обозрение 2001, 1(277)

СОВЕСТЬ РОССИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ

Сегодня уже можно сказать, что творчество Булата Шалвовича Окуджавы стало частью не только отечественной, но и мировой культуры. Оно чрезвычайно современно, оно понятно практически всем слоям нашего общества. Творчество Окуджавы способно проникнуть в самые глубокие уголки совести человека. Я полагаю, что Окуджаву можно, не преувеличивая, отнести к очень немногочисленному кругу людей, которые составляют совесть российской культуры. Сказанное относится и к прозе его, и к его поэзии — вообще ко всей его жизни. Жизнь эта представлялась какой-то чрезвычайно беззащитной и, в то же время, на поверку оказалась невероятно прочным монолитом. Монолитом, который не подвергается искусственному разрушению.

Признание творчества Окуджавы россиянами несокрушимо. Для меня это является подтверждением тезиса, что ценность наследия творца определяется после его смерти. Примером того, как глубоко Булат проник вглубь сознания, вглубь быта, вглубь интеллекта российского человека является тот факт, что его творчество после смерти автора стало еще более значимым. Интерес к его фигуре, к его личности со времени кончины не только не затух, но необычайно возрос.

Для меня чрезвычайно приятно и почетно, что Булат был в составе первого Президиума возглавляемой мною Академии Российской культуры, всегда принимал замечательное участие во всех наших мероприятиях. Президиумом Академии — а в него входят такие замечательные люди, как Элина Быстрицкая, Владимир Васильев, Фазиль Искандер, Екатерина Максимова, Игорь Моисеев — было принято решение, что Булат навечно останется в списках Академии Российской культуры.

Версия для печати