Опубликовано в журнале:
«Дети Ра» 2014, №1(111)

На штормовом ветру

Стихотворения

 

 

Зоя Межирова — поэт, эссеист. Прежде печаталась под литературным псевдонимом Зоя Велихова.  Родилась в Москве. Окончила отделение Истории и Теории Изобразительного Искусства Исторического факультета МГУ. Стихи начала писать в 19 лет. Автор трех поэтических сборников: «Качели весны» 1981 г., «Случайный гость» 1991 г. (изданы под упомянутым литературным псевдонимом в издательстве «Советский писатель», Москва), «Часы Замоскворечья» (книга избранных стихотворений издана в «Поэтической серии «Русского Гулливера»/Центр современной литературы, 2011 г. Москва).  Стихи и эссе публиковались в центральных московских и американских журналах и газетах — «Новый Мир», «Знамя», «Дружба Народов» «Арион», «Дети Ра», «Юность», «День поэзии», «Литературная газета», «Московский Комсомолец», «Новый журнал» (Нью-Йорк), «Новое русское слово» (Нью-Йорк) и других изданиях. Член Союза Писателей с 1985 года. Член Союза Писателей XXI века с 2012 г. Живет в Москве и в штате Вашингтон, США.

 

 

 
*   *   *

Главный стих всегда звучит
Где-то в глубине.
Для других людей молчит,
Слышен только мне.

Все, что написать смогу, —
Только слабый след,
Только желтый на снегу
От окошка свет.




*   *   *

Окрик и свист... И мгновенно в сыреющем мраке
Шелест по листьям откуда-то мчащей собаки.
Дальний фонарь. И теней мутноватый клубок.

В час этой мертвой, пустынной, безлюдной прогулки
Снова промчалась в осенней ночи переулка,
Вихрем свободы и верности встала у ног.

Сад опустел. И костры по дворам отгорели.
Странные теплые перед зимою недели.
Окна желтеют, и голые сучья черны.

Отсветы стылой воды на дороге у края.
Что-то не ладится. Дней этих не понимаю.
Впрочем, не вижу ничьей тут особой вины.

Дальше идем и по влажному долгому следу
Тянем опять молчаливую нашу беседу
Темной прогулки сквозь дождь, моросящий тайком.

Произносить все слова ни к чему и напрасно.
Знаешь, наверное, все. Оттого и безгласна.
Сад. Переулок. И тающий призрачно дом.

Снова свищу. Подбегает. Ошейник на шею
Вновь надеваю, того и сказать не умея,
Что этот мудрый и пристальный взгляд говорит.

Тянет на мокрую землю, где запахи млеют.
(Как эта ночь по глубоким дворам цепенеет...)
Лижет холодную руку, зачем-то жалеет.
И по асфальту к подъезду легко семенит.




*   *   *

Там, где желтой пены вьется пряжа
Из соленой ледяной воды,
Полосой заброшенного пляжа
Пес бежит и нюхает следы.

Сильный ветер с мелкого залива.
Резкий предосенний холодок.
Женщина идет неторопливо,
По земле волочит поводок.

Тусклая песчаная дорога
Съежится под ливнями к утру.
Что мне радость, если одиноко
Бьется флаг на штормовом ветру!..




*   *   *

Протаскиваю свое тело волоком
Сквозь гул нью-йоркских щедрот,
Где медный заяц парит над колоколом,
Слушая свой полет.

Где на Бродвее, прося подаянье,
В наушниках черный слепой,
К прохожим без видимого вниманья,
Танец затеял свой,

И на асфальте, судьбой не смяты,
Жизнью не дорожа,
Беспечные уличные акробаты,
Смертельные антраша.

Вопли сирен в никуда — ниоткуда.
Солнцем над сквером палим,
В позе нирваны джинсовый Будда
Пьет сигаретный дым.

Что улей Столицы Мира сулит мне,
Меняясь сто раз на дню?..
В отдельном от всех существуя ритме,
Бреду сквозь бред авеню.

Нью-Йорка яростная утроба,
Безумья и грез обвал.
Мираж стартующего небоскреба, —
Приказ взлететь запоздал.

Но вечен вихрь вселенских тусовок
Наций, пространств и дней, —
Он ловок в сценах гигантских массовок
Без всяких главных ролей.

Вéка заокеанская Мекка.
Души неприют, разброд.
А тело — втянутая помеха
В энергий круговорот.




*   *   *

Странный сон, что часто снится,
Часто снится — ну и пусть,
В ритме снега растворится
Затянувшаяся грусть.

Вмиг удастся в вихре плотном
Все, что мучило, забыть, —
В этом ритме мимолетном
Своего — не различить,

Стоит
       только
               вдоль
                      по скверу
Оснеженному пройти
И случайному размеру
Подчиниться на пути.




© 1996 - 2017 Журнальный зал в РЖ, "Русский журнал" | Адрес для писем: zhz@russ.ru
По всем вопросам обращаться к Сергею Костырко | О проекте