Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дети Ра 2013, 9(107)

(Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак. «Время всегда хорошее»)

Литературно-художественный журнал 'Дети Ра'. № 9 (107), 2013. Елена Сафронова.

 

 

Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак. «Время всегда хорошее»
М.: Время, 2013.

Хорошо известны строчки классика: «Только детские книги читать, только детские думы лелеять…». Похоже, Мандельштам говорил о критиках, которым по долгу профессии часто приходится «детские книги читать».
Но недавно мне в руки попала якобы детская книга, которую очень полезно — и, более того, приятно! — прочесть и взрослым. Не только критикам. Речь о книге соавторов Андрея Жвалевского — Евгении Пастернак «Время всегда хорошее» (издательство «Время»). Непосредственная реакция на эту книгу — классно! Наверное, сегодняшние тинейджеры, которым «Время всегда хорошее» прежде всего и адресована, выразили бы свой восторг каким-нибудь другим словом. Для читательских комплиментов есть поводы — история очень трогательная, рассказана увлекательно, без впадения в морализаторство (смертный грех детской и подростковой литературы).
Первое «взрослое» впечатление от романа «Время всегда хорошее» (да, это роман, хоть и короткий, в нем две самостоятельные сюжетные линии) — такая книга давно должна быть написана!.. Ибо это рассказ для детей, как изменилась наша страна от СССР к России, изложенный «тинейджерским» языком. Рассказ с позиций людей, живших в обоих государствах, то есть «в возрасте». Но «взрослое» начало в нем не доминирует. Напротив, черты, отличающие «то» время от «этого», выведены в романе с простотой и лаконичностью, присущей детским «озарениям».
Сюжет книги — социально-фантастический: мальчик Витя из 1980 года и девочка Оля из 2018 года «поменялись» временами. У Вити — настоящая беда: его друг Женя принес в класс по весне ломтик бабушкиного кулича. Женю завуч и пионервожатая хотят исключать из пионеров за религиозную пропаганду, а Витя, как председатель совета отряда, должен вести собрание. У Оли — своя головная боль: в их школе забили тревогу, что дети не отлипают от компьютеров и коммуникаторов и хотят проводить экзамены по старинке: рассказывать билеты устно, писать сочинения ручкой на бумаге… Оля и ее друзья в шоке: они умеют лишь заливать блоги в сеть. На волне переживаний дети заболевают чем-то вроде нервной горячки, а приходят в себя уже в незнакомых мирах. Этот прием хорош тем, что избавляет от необходимости расписывать «технологию перехода», впадая в заумь либо рискуя объяснить неубедительно (что дети сразу же отметят!). А в такой подаче момент обмена временами прочитывается легко и непринужденно.
«Провалившись» в 1980 год вместе с родителями, Оля не может принять абсурд социалистической идеологии, и к ней «прикрепляют» в шефы подругу, у которой пионерский долг — вернуть утратившую память Олю в ряды юных борцов за дело коммунистической партии. Оля мучает подругу (и пионервожатую, и классную руководительницу, и завуча по воспитательной работе) вопросами: если в пионеры положено принимать самых достойных, почему принимают всех? Пионер — честный и верный товарищ, всегда смело стоит за правду, сказано в клятве — почему же никто в классе не заступается за Женю, несправедливо «приговоренного» к исключению из пионеров? Ведь бабушка испекла кулич, а не сам Женя! Угостил друзей потому, что кулич был вкусный, а не из какой-то «пропаганды». Как можно выгонять за такую ерунду из пионеров лучшего ученика класса и спортсмена? Оля становится на Женину защиту.
…Сомневаетесь? Неправдоподобно? Я тоже сомневалась, что молодежь способна сочувствовать и сопереживать. Пока не прочитала в 2005 году в литературном журнале «Утро» (выходил в Рязани, сейчас прекратил существование) рассказ старшеклассницы Ирины Чихачёвой «Таракашка»: то была история современного «Чучела», написанная с состраданием к «Таракашке» — всеобщей жертве. В годы, когда Железников написал свое «Чучело», никому и в голову не могло прийти встать на сторону гонимого — для учителей коллектив всегда был прав, а ученикам было просто наплевать. Наверное, общественное «освобождение» сказывается на внутренней свободе чувств людей.
Короче, Оле удается сагитировать ребят на следующем классном часе вновь повязать Жене красный галстук. За это Олю с родителями вызывают к директору школы, где завуч клеймит ее: «Ребенок посмел пойти против воли совета отряда, против воли своих товарищей, против воли старших товарищей… членов партии». Это уже чревато для мамы и папы девочки. Но Оля с Витей встречаются «неизвестно где» и снова меняются эпохами. Витя доводит начатое Олей до конца, найдя на идеологическую политику завуча идеологическую же управу.
Вите в 2018 году приходится вовсе не так «солоно», как Оле в прошлом. Если не считать некоторого времени довольно комичной адаптации к миру высоких технологий, он живет неплохо. Только мучается, не зная, что там с его товарищем. Попутно Витя обучает Олиных одноклассников связной речи и «ручному» письму, притворившись потерявшим память и прося объяснить ему устройство мира. Возясь с ним, Витины ровесники потихоньку привыкают встречаться, а не чатиться, ходить друг к другу в гости, а не обмениваться лайками в соцсетях. То же самое делают их родители — и все бесконечно благодарны Вите! И ему нравится быть в центре большого коллектива настолько, что, когда ребята возвращаются на свои места, Витя собирается дальше учиться на педагога. Он снова встретится с Олей в 2018 году, будучи экзаменатором, и позовет ее в клуб активных детей.
Так ставятся «диагнозы» прошлому — время тотальной лжи и двойных стандартов — и будущему — время индивидуализма, технократии, утраты общения. И в том, и в другом времени есть факторы, мешающие обычным человеческим отношениям. Поэтому нечего пенять на эпоху: каким быть, зависит от человека! Вот и главный смысл книги. Он прочитывается по названию: «Время всегда хорошее!» — пока есть хорошие люди. Но и сравнение настоящего и прошедшего по нескольким ярким чертам — тоже важная составляющая книги. Раз взрослые не способны дать социокультурное определение советской эпохе, перестройке, девяностым, нулевым, может быть, сделать это детям? Выйдет просто и внятно.
У «дуэта» Андрея Жвалевского — Евгении Пастернак вышло несколько книг для юношества, и теперь хочется прочитать и другие их произведения.

 

Елена САФРОНОВА

Версия для печати