Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дети Ра 2013, 10(108)

Ведущий рубрики — Владимир Коркунов

Литературно-художественный журнал 'Дети Ра'. № 10 (108), 2013. Владимир Коркунов.

 

Сентябрьский «Зинзивер» (№ 9/2013) посвящен конкурсу «45-й калибр». Представлены стихотворения Игоря Царёва, Бориса Белкина, Стефании Даниловой и Григория Якобсона — соответственно, одного из обладателей Гран-при (Царёв), и трех лауреатов (произведения Михаила Анищенко, Анны Полетаевой и Лады Пузыревской были опубликованы в сентябрьских «Детях Ра»).

Гран-при в этом году вручалось посмертно — и Царёв, и Анищенко скончались в годичном интервале 2012/13; жест организаторов выглядит пусть и несколько наигранно, но — благородно.



Они — остались!

Стихотворения Игоря Царёва не так давно уже были представлены в «Зинзивере» (№ 5/2013) в рамках юбилейной подборки победителей «Заблудившегося трамвая». Здесь история повторяется — ушедший поэт в списках лауреатов; своеобразный «Памятник»!

Вопрос, заданный автором, не праздный — кто бы прочел стихи деревенского дурачка Иеронима:

 

Съели сумерки резьбу, украшавшую избу.
Звезды выступили в небе, как испарина на лбу.
Здесь живет Иероним — и наивен, и раним.
Деревенский сочинитель… Боже, смилуйся над ним!
Бьется строф ночная рать… Сколько силы ни потрать,
Все равно родня отправит на растоп его тетрадь.
Вся награда для творца — синяки на пол-лица,
Но словцо к словцу приладит и на сердце звон-ни-ца
На печи поет сверчок, у свечи оплыл бочок —
Все детали подмечает деревенский дурачок:
Он своих чернильных пчел прочим пчелам предпочел,
Пишет — будто горьким медом… Кто б еще его прочел.

 

В каждом стихотворении — и о мире, и о себе. Ведь и Анищенко, и Царёв при жизни — ходили ли в знаменитых, могли ли претендовать на медийность дементьевых и рубальских? А сейчас — премии, память… Горькая, недоданная при жизни. И сколько еще таких на Руси поэтов — неприкаянных при жизни, но восславленных по отбытии в мир иной? И потому благое дело (едва ли не великое!) творит Борис Кутенков, создав фестиваль «Они ушли. Они остались» (по названию одноименной книги, составленной Евгением Степановым) — памяти молодых поэтов, ушедших, но оставшихся. Остаются — благодаря «45-калибру» и Игорь Царёв, и Михаил Анищенко. Их прочтут. И, может быть, где-то сверху возрадуется душа.



Поэзия как искусство?

Стефания Данилова пока не впечатляет хитроумной образностью («Я съела семь ногтей с облезлым лаком,/ оставив три для будущей меня…» и др.); в архитектонике, в пунктуации высвечивается работа, не облеченная пока в индивидуальный стиль и свои слова. Однако возраст поэта (Стефания родилась в 1994 году) оставляет немало надежд на будущее — при том условии, что автор воспринимает поэзию как искусство и идет к этой максиме. И здесь — автор достаточно популярен в молодежном окололитературном обществе — есть опасность скатиться в попсовость иных «поэтических» поединков, явлений, к поэзии по большей части отношения не имеющих (разумеется, нужны и они, но это свой жанр).

У Стефании, человека молодого и увлеченного, все впереди. Публикация в «Зинзивере» — первая в «Журнальном зале». Но о репутации необходимо думать уже сейчас.

А талант у автора есть. Детали, образы, которые сливаются в общих словах в свой мирок:

 

покажи мне то время, где я сильней, чем сейчас.
это сто сигаретных пачек тому назад,
это два институтских курса и школы часть,
это те, еще неподкрашенные, глаза.

 

«Еще неподкрашенные» — это уже поэтическое!

Версия для печати