Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дети Ра 2010, 6(68)

В Царицинском парке

Стихотворения

Перекличка поэтов




Максим ЛАВРЕНТЬЕВ




В Царицынском парке
 
 
Церера


В Царицынском парке земля отсырела,
Но выброшен в грязь необычный десант:
Диана, Дриада, Минерва, Церера
Маячат кругом, развлекая детсад.


В руках у последней и серп, и пшеница,
Короче, все признаки ВДНХ.
Она бы могла с каланчой пожениться,
Да где здесь такого сыскать жениха?

Проходит с помятым лицом обыватель,
Большое семейство за ним семенит.
А может, вот этот лохматый писатель?
Но он слишком скучен и не знаменит.




1.   Диана


Природа неидеальна,
Поэтому есть искусство —
И мраморная Диана,
И глиняный бог из Куско.
Лишь в парке императрицы,
Среди остальных убожищ,
Для парня, кому за тридцать,
Диана — гроза уборщиц.
Подглядываньем из камня
Воздействует им на нервы.
Объекты ее исканья —
Склерозные пионеры.




2.   Дриада


Равнодушная Дриада
Держит лиру на весу.
Здесь по совести бы надо
Быть не лире, а веслу.


Желчный лирик озабочен,
Ходит в поисках весла,
Ведь повсюду вдоль обочин
Разливается весна.




3.   Минерва


Минерва — подобие стервы,
Мосласта и руки саженные.
Она подпирала бы стены,
Была бы полезна в сражении.

Под шлемом короткая стрижка,
Что часто бывает у воина,
Да нас не обманешь, сестричка:
Давно ты со службы уволена!

И вот она в полном покое,
Опущены руки усталые.
Не дремлет лишь филин покорный,
Он щит караулит у статуи.

Откуда взять силы и нервы,
Чтоб в парке, особенно вечером,
Бродить — и прислугой Минервы
Не быть плотоядно замеченным!




4.   Неизвестная


На пьедестале без таблички
Мадам сработана чуть тоньше,
С ногами нашей исторички,
Чье имя затерялось тоже.




5.   Кое-что об авторе текста


Бывшее владенье Кантемира —
Верного сподвижника Петра,
Ты не разглядишь на карте мира
Даже в виде мелкого пятна.


Автор ходит где-то в этих рощах,
Всяческих разглядывает баб,
И его не отличишь от прочих:
Уж такой у автора масштаб...


2010




* * *


У исторического парка
Есть власть над временем текущим,
И московит времен упадка
Спешит к тем зарослям, тем кущам,
В которых тени «Илиады»
Сговорчивы и креативны,
Где отрываются дриады,
Колбасятся кариатиды.

Вот он, спасенный миф античный,
Средь приапических реликвий,
Пусть неглубокий, но отличный
От ханжества иных религий! —
И московит, поклонник Сартра,
Подхлестнутый еловой веткой,
Вглубь романтического сада
Бежит за пухленькой нимфеткой.


2010




Максим Лаврентьев — поэт, литературовед. Главный редактор журнала «Литературная учеба». Автор многочисленных публикаций.

Версия для печати